Лопнувшие

В парламенте был объявлен красный уровень опасности после того, как в здание проник террорист.

Террорист, правда, был необычный.

В прошлом он работал журналистом и, по общему мнению, был журналистом довольно неплохим. Более того, при соблюдении определённых требований к тематике публикаций его можно было бы даже назвать очень хорошим журналистом. Проблема заключалась исключительно в том, что писал он не то, что следовало писать.

С ним неоднократно проводились профилактические беседы. Ему объясняли. Его убеждали. В отдельных случаях — с использованием дополнительных аргументов. Однако гражданин упорно отказывался делать правильные выводы.

Вместо этого он написал у себя в блоге крамольную статью, в которой утверждал, что наши политики — все сплошь надувные.

После этого с ним снова поговорили.

Ему напомнили о существовании исков, уголовных дел и исправительных учреждений.

В ответ он заявил, что если его продолжат запугивать, то он назовёт имя владельца синдиката, который всех этих политиков и общественных деятелей надувает.

Вот тут государство уже не выдержало.

Гражданина признали психически нездоровым и поместили в психиатрическую лечебницу, в отделение для буйных. Главным доказательством его болезни служило то обстоятельство, что он продолжал упорствовать в своём заблуждении.

Особенно его беспокоил один из лидеров парламентских фракций.

— Вы только посмотрите на его рожу! — кричал он. — Она у него вот-вот треснет!

Врачи посмотрели на рожу, затем на пациента и пришли к выводу, что пациент действительно нуждается в лечении.

Его стали пичкать лекарствами.

Лекарства начали действовать.

Пациент сделался тихим, покладистым и почти перестал интересоваться государственным устройством. Правда, однажды ночью он всё-таки спросил медсестру, не знает ли она, кто надувает депутатов.

Медсестра вызвала врача.

А утром пациент сбежал.

Через несколько часов он объявился в парламенте.

Сотрудники охраны обнаружили его не сразу. К этому времени он уже успел разбросать по коридорам и залам заседаний несколько пригоршней обыкновенных булавок.

Первые жертвы появились почти сразу.

Один депутат зашёл в кабинет, устало плюхнулся в кресло и тут же лопнул.

Именно лопнул.

С характерным, вполне бытовым звуком.

От него осталась какая-то эластичная оболочка, напоминавшая изделие санитарно-гигиенического назначения.

Другой депутат наступил на булавку у самого входа в зал заседаний.

Лопнул.

Третий — в коридоре.

Лопнул.

Четвёртый — возле буфета.

Тоже лопнул.

Некоторые лопались с такой силой, что следы их жизнедеятельности обнаруживали потом не только на полу и стенах, но даже на потолке.

Парламентская служба безопасности была приведена в состояние повышенной готовности.

Наконец террориста обнаружили.

Он сидел в углу и спокойно пересчитывал оставшиеся у него булавки.

Его ликвидировали.

После этого красный уровень опасности был отменён.

Государство было спасено.

Уборщицы отмыли ступени от крови, стены — от неизвестного происхождения пятен, а потолок решили пока не трогать: всё равно заседание должно было продолжиться.

Заседание действительно продолжилось.

На следующий день акции фирмы, занимавшейся надуванием государственных деятелей, снова пошли вверх.

Таким образом, происшествие не оказало существенного влияния на стабильность государственной системы.

За исключением некоторых депутатов.

Они лопнули.