Сон правду скажет, да не всякому

         

            На великий праздник 9 мая молодая учительница начальных классов Ступина Татьяна Ивановна предложила своим ученикам рассказать о своих родных. О тех, кто воевал на фронтах Великой войны, о победивших и о тех, кто отдал свои жизни во имя победы.
       Серёжа Булаев был прилежным учеником и считался хорошистом. На следующий день он первым поднял руку и рассказал всему классу о своём отце, участнике Великой Отечественной войны. Его отец встретил победу в Праге в офицерском звании и кавалером нескольких боевых наград. При этом, ученик показал отцовские фронтовые фотографии. Поэтому Татьяна Ивановна от имени директора школы пригласила папу Серёжи на школьный митинг, посвящённый двадцатилетию Победы.
       Через несколько дней Серёжа со своим другом играли во дворе в ножичек, когда их увидел второгодник и хулиган из пятого класса Генка Серых, проживавший в соседнем дворе. Он был на голову выше ребят и не упускал случая обидеть пацанов младше себя. Переросток хотел забрать у Серёжки перочинный ножик, но ребята оттолкнули долговязого и неповоротливого Генку и смогли от него убежать.
       На следующий день в школьном коридоре Генка отомстил Серёжке. Во время перемены он грубо схватил его за рукав и повалил на пол. Затем замахнулся, чтобы ударить, но его как будто кто-то оттолкнул. Генка в азарте ничего не понял, хоть и удивился такому странному обстоятельству. Затем он хотел пнуть Серёжу, но опять отлетел в сторону, завалившись на пол. Резко подскочив, Серых попытался рукой ударить Булаева, но в этот момент прозвучала резкая пощёчина. Голова второгодника отлетела назад. На глазах Серёжи и девочек, которые стояли неподалёку у окна, щека Генки в секунду покраснела и опухла. Он взыл, схватился за лицо обеими руками, и стреляя глазами по сторонам, быстро убежал.
       Никто так и не понял, откуда прилетела звонкая пощёчина, но после того случая Генка близко не подходил к Сергею. Если они встречались, Серых испуганно озирался по сторонам и старался исчезнуть.
   
       Об удивительной помощи в драке со старшеклассником Серёжа вскоре позабыл. Будучи взрослым он вспомнил то странное происшествие после рассказа своего отца. Взрослому сыну старый ветеран как-то рассказал о загадочном случае, происшедшем с ним на фронте. Рассказ был небольшим:
      Он с двумя солдатами должен был разведать какую-то высотку. Безлунной ночью втроём поползли по ложбинке. На полпути их что-то остановило. Послушав тишину, они хотели продвинуться ещё вперёд, но какая-то сила не дала им даже пошевелиться. Было предположение, что их держит колючая проволока. Но, проверив, они ничего не обнаружили. Отец Серёжи был молодым и не верил ни в чудеса, ни в чертовщину. Но тогда он действительно был прижат к земле и никакие усилия не могли дать ему возможности ползти вперёд. Два его товарища также замерли на месте.
       Через некоторое время бойцы увидели, как в двух десятках метрах перед ними замелькал огонёк. Стало понятно, что кто-то курил сигарету. Затем в ночной тиши негромко прозвучала вражеская речь. Разведчики разглядели сквозь кустарник, что впереди находился вражеский дозор с пулемётом. Если бы они проползли ещё немного, то оказались бы в ловушке.
       Разведчикам удалось медленно и бесшумно уползти с опасного места. Своему начальству они сообщили о том, что обнаружили замаскированную огневую точку. О том, что их кто-то держал они умолчали. Что это было они и сами не поняли, но были искренне благодарны тем силам, которые спасли им жизнь.
       Много лет спустя Сергей был на школьном вечере, куда была приглашена его первая учительница - Татьяна Ивановна. Собравшиеся вспоминали свои школьные годы и любимых учителей. В конце вечеринки Татьяна Ивановна неожиданно рассказала о мистическом случае, свидетелем которого она была в стенах старой школы. Сергей связал это происшествие со своим необъяснимым случаем, который предшествовал основному событию.

       Началась эта история с того, что в последних числах мая Татьяна Ивановна пришла пораньше в школу, чтобы успеть перед уроками проверить стопку школьных тетрадей. Проживала она рядом со школой, в домике у одинокой бабушки, которая в прошлом работала в госпитале санитаркой.
       Утро было по летнему тёплым. Солнце медленно освещала своими нежными лучиками улицу и виднеющееся вдали четырёхэтажное здание школы. В палисаднике распустились белые соцветия черёмухи и яблони. Красивые кустарники дарили улыбку и доброе настроение. Впереди было лето и отпуск, отчего на душе была радость не только у школьников, но и у учителей. Но наряду с прекрасным настроением молодую учительницу не покидала грусть одиночества. В свои двадцать три года Татьяна так и не встретила своего кавалера.
       В то раннее утро на улице было безлюдно. Только птички чирикали, радуясь наступлению нового дня. У дверей школы Татьяна Ивановна встретила седого сторожа, проживавшего рядом со школой. Он молча кивнул и открыл замок, удивлённо провожая глазами молодую учительницу, пришедшую в школу в такую рань.
       В стенах школы было тихо. В утренней тиши эхом отдавался стук её каблучков по деревянному полу. Поднявшись по широкой лестнице на четвёртый этаж, она прошла по коридору и открыла двери в свой класс.
       Не включая света прошла к столу, чтобы положить ключи на стол. Но на полпути она резко оглянулась: краем глаза ей показалось какое-то присутствие. Она хотела закричать, но присмотревшись, поняла, что ей просто показалось. Включив свет, она внимательно осмотрела класс и никого не увидела.
   — Почудилось, — прошептала учительница.
       В последующие пять минут ничего сверхъестественного не происходило. Татьяна сидела за учительским столом и проверяла тетради. В скором времени уже должны были придти ученики, радуясь последнему школьному дню.
       Неожиданно Татьяна почувствовала, как кто-то погладил её чёлку. Она поправила свой локон, но вскоре опять что-то прикоснулось к её волосам. Учительница замерла и внезапно почувствовала прикосновение чьих-то рук на своих плечах. Как будто кто-то сзади обнял её за плечи и прикоснулся к ней головой. Резко подскочив, девушка оглянулась, но за стулом и у доски никого не было.
   — Кто здесь? — испуганно спросила молодая учительница.
       Но ответом на вопрос была громкая тишина. Неожиданно лежащая на столе стопка тетрадей как-будто пошевелилась. Верхняя тетрадка плавно съехала вбок и замерла.
       Не выдержав нахлынувшего на неё ужаса, Татьяна выбежала из класса и быстрым шагом направилась на третий этаж в учительскую. На её счастье учительский кабинет был открыт. Испуганную учительницу встретила довольно пожилая завуч Петухова Надежда Васильевна.
   — Что случилось?
   — Здравствуйте, — только и ответила Татьяна.
   — Да что с вами? На вас лица нет!
   — Меня в классе что-то напугало! Меня кто-то гладил за плечи.
   — Кто?
   — Не знаю. Там никого не было!
   — Пошли! — уверенно направилась в коридор Надежда Васильевна.
       Класс был пуст. Только через открытое окно слышалось птичье чириканье. Молодая учительница прошла к своему столу и сказала:
   — Вы мне, конечно, можете не верить.
   — Рассказывай всё, как было!
   — Я сидела за столом, когда меня кто-то обнял сзади. Внезапно почувствовала ладони на плечах и прикосновение к своему затылку. Затем зашевелилась тетрадная стопка и верхняя тетрадь съехала вниз.
   — Да, — многозначительно сказала завуч. — Теперь начинаю верить словам сторожа.
   — Какого сторожа? — машинально переспросила Татьяна.
   — Позже об этом поговорим. Как будете свободны, зайдите ко мне в учительскую, — строго сказала завуч и вышла из класса.
   — Хорошо, — тихо ответила учительница вслед Надежде Васильевне.
      
       После уроков Татьяна Ивановна объявила итоговые оценки за год и торжественно сообщила о том, что все до единого её ученики переведены в четвёртый класс*. (До 1968 года начальная школа в СССР длилась 4 года). Класс опустел и молодая учительница вновь вспомнила утреннее происшествие. Чуть позже она зашла в учительскую, где её встретила Надежда Васильевна.
   — Вы уже освободились?
   — Да, — ответила Татьяна.
   — Я сейчас отправлю кого-нибудь за сторожем. Сейчас ещё раз послушаем его рассказ.
   — О чём вы?
   — Сейчас всё услышите сами, — многозначительно ответила завуч.
       Через некоторое время в учительскую заглянул седой сторож. На вид ему было не больше шестидесяти лет, но седина и белая бородка сильно его старили.
   — Вызывали? — робко спросил сторож.
   — Да, заходите! — сразу отреагировала завуч. — Проходите к окну и присаживайтесь.
       Мужчина осторожно прошёл к стулу, на который указала завуч и сел.
   — Что-то случилось? — обеспокоенно спросил пожилой мужчина.
   — Ничего не случилось, — невозмутимо ответила Надежда Васильевна. — Расскажите нам, пожалуйста, всё то, что вы мне рассказывали.
   — Что именно?
   — Про привидение.
       Сторож оглянулся на молодую учительницу, но завуч его успокоила:
   — Можете говорить всё без утайки. Мы хотим понять, что происходит в стенах нашей школы.
       Мужчина прокашлялся в кулак и через паузу начал говорить:
   — Мне ещё покойный дед, который был до меня сторожем, говорил, что в школе живут неупокоенные души. Чаще они бывают на первом этаже, в подсобке, где есть чёрный вход.
   — Почему именно там?
   — В войну там была мертвецкая. Вот души умерших в той комнате и обитали.
   — А вы сами что-то видели?
   — Видел, — коротко ответил сторож.
       Он наклонил голову вниз, будто решаясь, говорить дальше или нет.
   — И что же вы видели? — прервала молчание Надежда Васильевна.
   — Я сначала не поверил. Сколько лет-то прошло? А потом как-то смотрю в сумерках с улицы - свет на втором этаже горит, там где кабинет физики. Я тогда подумал, что это я забыл выключить. Побежал домой за ключами. Потом открыл класс, а свет выключен. Вышел в коридор и почувствовал, как мимо меня что-то пронеслось. Я быстро направил фонарь и увидел фигуру на уровне человеческого роста. Голова, туловище и руки. Ног не рассмотрел. Я тогда впервые за много лет перекрестился. Сразу вспомнил байки старого сторожа.
   — Один раз видели?
   — Нет. Еще раз видел эту фигуру в столярке и опять в коридоре. Второй раз я хорошо рассмотрел этот призрак. Он имел форму головы с туловищем и руками, но без ног. И на голове у него была как будто бы солдатская пилотка.
   — Что вы сделали, когда встретились с ним лицом к лицу? — спросила завуч.
   — Мне ещё бабка в детстве рассказывала, что нечисть надо прогонять ругательствами. Чтобы с ума от страха не сойти. Вот и я тогда разразился громкими криками.
   — Помогло?
   — Помогло, — облегчённо ответил сторож. — В столярке на первом этаже я ещё пару раз видел это привидение. И каждый раз ругался. Кричал, чтобы уходил и не пугал людей.
   — Значит, привидение в нашей школе всё-таки существует? — задала вопрос завуч.
   — Стало быть так, — без всякой паузы ответил сторож. — Только вы не велели об этом говорить, я и молчал.
   — Правильно, что молчали. Зачем людей пугать? Тем более, оно только ночью появляется, — ответила Надежда Васильевна, хитро посмотрев на Татьяну Ивановну. — Если у вас всё, то можете идти, — отпустила она сторожа.
       Когда сторож ушёл, завуч сказала, повернувшись к учителю начальных классов:
   — Теперь вы сами слышали, что какая-то неупокоенная душа живёт здесь. Но она появляется только ночью и сама боится, когда на неё кричат.
   — Но меня по плечам кто-то гладил не ночью, а утром, — возразила молодая девушка.
   — Ну и что? Теперь вы знаете, как защитить себя и что делать.
   — Поняла, — ответила учительница. — Буду кричать и ругаться.
   — Правильно поняли. Но нужно это делать так, чтобы никого не напугать. И чтобы о вас не подумали плохое.
   — Что именно?
   — Чтобы никто не подумал, что вы сошли с ума.
   — Но ведь я говорю вам правду!
   — Всё может быть. Только чертовщину не мы придумали, а как её объяснить, никто не знает. Поэтому, молчок. Как будто ничего не было. Договорились?
   — Хорошо, — через паузу ответила Татьяна Ивановна.
   — Совещание будет в актовом зале в час дня. Не опаздывайте, — сказала вслед уходящему учителю завуч.


       На итоговое совещание, которое вела Петухова, молодая девушка пришла раньше всех. Она села на последний ряд у окна. Зал постепенно наполнился учителями, но место рядом с Татьяной осталось свободным.
       Надежда Васильевна монотонно рассказывала о результатах и происшествиях за прошедший учебный год. Кто-то выступал с места или отвечал на вопросы завуча. А Татьяна тем временем немного задремала, опустив голову вниз.
       Внезапно молодая учительница ощутила, что кто-то сидит рядом с ней и поддерживает своим плечом её голову. Она открыла глаза и увидела рядом с собой незнакомое лицо. Это был молодой парень в военной гимнастёрке старого образца. Светлые волосы были коротко острижены.
       Она хотела закричать от неожиданности, но её остановили глаза незнакомца. Он смотрел на неё с теплотой и улыбкой.
   — Тсс! — поднёс он палец к своим губам. — Не пугайтесь меня, пожалуйста, — прошептал парень.
   — Кто вы и что здесь делаете? — шёпотом ответила девушка.
   — Вас зовут Таня?
   — Да, — подтвердила удивлённая учительница.
   — Как мою маму, — тихо ответил незнакомец. — А меня зовут Никита.
   — Вам надо уходить. Идёт собрание и вас могут увидеть.
   — Нас не увидят, — улыбнулся парень.
   — Почему вы здесь?
   — Вы мне давно нравитесь и я хотел с вами познакомиться.
   — Зачем?
   — Не знаю. Наверное потому, что скоро мы с вами расстанемся.
   — Вы куда-то уезжаете?
   — Нет. Я как раз останусь здесь. А вы скоро выйдете замуж за военного.
   — Откуда вы знаете? — спросила удивленная девушка.
   — Можете мне верить. Жалею, что мы с вами живём в разное время. И я не могу быть вашим мужем.
   — Почему вы останетесь и что с вами будет?
   — Я уйду тогда, когда за мной придут.
   — Когда это будет?
   — Когда откроется небо. А пока я здесь.
   — Это вы были утром? — девушка наконец задала вопрос, который её мучил.
   — Извините меня ещё раз, Таня. Я настолько проникся к вам, что сам не понял силу переполнявшей меня энергии. Именно в этот момент я просто вас обнял, но никак не ожидал, что вы меня почувствуете.
   — А тетрадную стопку зачем сдвинули? Чтобы меня напугать?
   — Ни в коем случае! — возразил парень. — Я задел их, чтобы проверить эфирную силу. Но когда мне удалось сдвинуть тетрадку, я понял, какая может быть мощь у божественной любви.
   — Значит вы и есть то привидение, которое пугало сторожа?
   — Может быть, — вновь улыбнулся незнакомец. — Хотите я вам покажу, где я живу?
   — Как же мы уйдём с совещания?
   — Я вам обещаю, что никто ничего не заметит.
   — Сейчас?
   — Пойдёмте!
       Незнакомец протянул свою руку. Девушка робко протянула свою ладонь и почувствовала силу, с которой парень сжал её.
   — Вашего отсутствия никто не заметит!
       Молодые люди тихонько встали со своих мест и пригибаясь прошли к выходу вдоль стены. Никита осторожно и совершенно беззвучно открыл дверь и они благополучно вышли в коридор. Парень повёл девушку в сторону лестницы.
       Они поднялись на четвёртый этаж. Дальше был поворот в сторону коридора. Но Никита повернул в сторону чердака. Татьяна остановилась, но внезапно рассмотрела, что вместо узкой чердачной лестницы перед ней открылась широкая каменная с ровными и чёткими ступеньками.
   — Не бойтесь, Таня! — сказал молодой человек и смело стал подниматься вверх по лестнице.
   — Сколько ходила здесь, а эту лестницу не видела, — удивлённо ответила учительница.
   — Это наш мир. Наше воспоминание, но посторонним сюда попасть невозможно.
   — А мне разве можно?
   — Можно, если вы будете со мной.
   — Зачем мы сюда идём?
   — Я хочу, чтобы вы знали, что здесь было раньше. Мне было очень приятно, что вы храните память о войне, о тех людях, которые не щадили свои жизни ради мира и победы. Спасибо вам от всех нас.
       С этими словами Никита открыл дверь и они вместе зашли на этаж, находящийся над четвёртым этажом.
       Первое, что увидела Татьяна, это был длинный коридор с окнами. Такой же, как и остальные. Но в этом коридоре у окон стояли койки, на которых лежали больные. На подоконниках стояли деревянные лотки, в которых прорастали зелёные ростки лука. Около некоторых коек находились люди в белых халатах.
       Двери в классы были открыты. Никита провёл Татьяну в один из классов. Вместо парт там стояли больничные койки. У окна стояла буржуйка, рядом лежали несколько мелко расколотых полешек.
       Сквозь клубы табачного дыма, смешанного с запахом махорки, Татьяна услышала голоса:
   — Сестра, заберите утку!
   — А что на обед будет? Опять каша?
   — Гречневая каша - сестра наша, а хлебец ржаной, как отец наш родной.
   — Так то греча. А принесут опять капустный суп и перловку.
   — Братцы, у кого махорка есть?
   — Опять заладил! Нельзя тебе! Напиши лучше письмо домой. У Васьки огрызок карандаша есть.
       Когда глаза девушки привыкли, она рассмотрела пустую койку, на подушке которой лежала солдатская пилотка. На остальных железных койках лежали или сидели люди в больничных халатах. У входа находился столик, над которым стоял высокий мужчина в форме военных лет с погонами. Он молча рассматривал какие-то документы, не обращая внимания на гостью.
   — Вы здесь живёте? — спросила Татьяна Никиту, показывая взглядом на пустую койку, на которой лежала солдатская пилотка.
   — Да. Пока я живу здесь, — ответил Никита, взяв рукой пилотку и надев её на голову. — Кто-то из нас поправится и снова уйдёт на фронт. Некоторые из этих людей погибнут в бою. Кого-то комиссуют и они вернутся домой к своим родным. А кто-то останется в госпитале даже после победы.
   — А вы? — спросила Татьяна.
   — Что я?
   — Что будет с вами?
       Взгляд Никиты поник. Через паузу он ответил:
   — До войны мы с мамой жили под Ленинградом, в Лебяжье. Я учился на первом курсе в педагогическом, но с началом войны записался добровольцем в Красную Армию. Мама умерла от голода в первую военную зиму. Я не знал и очень переживал за неё.
   — Но война ведь уже закончилась?
   — В вашем мире закончилась. А в этом измерении она ещё идёт.
   — Кажется я поняла. Я сейчас попала в ваш мир, где ещё идёт война?
   — Вы правы. Но не бойтесь, Татьяна, вы обязательно вернётесь в ваше пространство.
   — Хорошо. Так что с вами было дальше?
   — Воевать мне довелось на Ленинградском фронте. Во время наступления под Тихвином был тяжело ранен. Долго лежал на морозе, пока меня не обнаружили санитары. Меня эвакуировали на Урал, в Челябинск. Там мне ампутировали ноги по колени. Потом в санитарном эшелоне меня доставили в Иркутск.
       Татьяна машинально посмотрела вниз, но на плечах Никиты уже был накинут серый больничный халат, из-за которого она не смогла разглядеть, есть ли у него ноги.
   — В это невозможно поверить.
   — Я понимаю вас. Но вы спросили, что со мной было. Я вам рассказываю; некроз прогрессировал. Мои культяшки страшно болели и вновь посинели. Я противился повторной операции и боялся, что меня тайно усыпят. Поэтому перестал есть, и это сильно меня ослабило. Однажды ночью у меня поднялась температура. Я впал в забытье. Примерно такое же, в каком находитесь сейчас вы, Таня.
   — А разве это сон? — удивилась молодая девушка.
   — Сон в кручине, что корабль в пучине. А ваш сон в руку, — ответил ей военный в кителе с погонами.
       Татьяна вопросительно посмотрела на внезапно оказавшегося рядом высокого мужчину, который прошёл мимо и удалился.
   — Это наш главный хирург, — спокойно сказал Никита.
   — Что было дальше?
   — Ко мне пришла моя мама. Она сообщила мне, что умерла от истощения прямо на работе. Я не хотел в это верить. И тогда стал проситься к ней, но она ушла от меня, сказав, что мне с ней нельзя. Я долго плакал, а к утру умер.
   — Почему вы остались здесь? — спросила Татьяна.
   — Я ждал свою маму, звал её, кричал, чтобы она меня подождала. Везде было темно, но сквозь пелену я видел какие-то тени. Они звали меня с собой, но я без моего единственного родного человека никуда не хотел идти. Я ждал, что мама вновь придёт ко мне и тогда я смогу уйти вместе с ней. Но она так и не пришла, а я остался здесь. В своих воспоминаниях и ожидании.
   — Кого вы ждёте?
   — Я уже говорил вам, что меня заберут из этого астрального мира только тогда, когда исчезнет крыша.
   — Когда же это будет? — спросила девушка.
   — Не скоро. К тому времени вы будете директором школы, Татьяна. И у вас уже будут внуки.
   — Вы видите будущее? — удивилась Татьяна.
   — Нет. Но я могу спросить о том, что будет.
       Никита взял ладонь Татьяны в свою руку и пристально посмотрел ей в глаза. Нависла небольшая пауза.
   — Мне, наверное, пора.
   — Да, конечно. Простите ещё раз за то, что напугал вас утром. Бояться нас не надо. Но знайте, что во Вселенной есть не только материальные миры. Они могут быть рядом, но не пересекаться, хотя исключения иногда случаются. Спасибо вам за то, что поговорили со мной. 
   — И я вас благодарю, Никита.
   — Прощайте, Таня!

       Внезапно откуда-то издалека раздались голоса. Татьяна широко открыла глаза и посмотрела на соседний стул. Он был пуст. Она посмотрела на сидевших рядом учителей, но они увлечённо смотрели вперёд. Кто-то из выступающих говорил, кто-то возражал. Молодая девушка поняла, что она нечаянно задремала всего на несколько минут. На счастье, никто этого не заметил. Зато в эти короткие минуты она узнала о том, что где-то совсем рядом, в параллельном мире, живут души и добрый Никита. Татьяна не могла думать о нём, как о привидении. Это была бестелесная душа, которая не смогла уйти туда, куда обычно уходят все остальные. Он не хотел отпускать свою мать и верил, что она вернётся. Наверное, поэтому он остался там, где его душа покинула тело.

       Через месяц Татьяна познакомилась с молодым военным в звании лейтенанта. Вскоре он сделал ей предложение. Девушка дала согласие и уехала на Дальний Восток, куда её мужа отправили на службу по распределению. Спустя двадцать лет вместе с супругом и дочерью вернулась в Иркутск. К 1995 году Татьяна Ивановна работала директором одной из иркутских школ.


       (Общеобразовательная школа № 3 города Иркутска была построена в 1937 году в Знаменском предместье по адресу: улица Госпитальная, 2. В годы Великой Отечественной войны в здании школы располагался эвакогоспиталь № 933 с общехирургическим профилем, где проходили лечение воины Красной Армии. После войны школа была преобразована в женскую гимназию, затем в общеобразовательную.
       30 июня 1995 года в областном центре было землетрясение, магнитудой шесть баллов. От колебания земли внутри школы появилась трещина, которая расколола здание в середине по всем этажам и по фундаменту. Строение было подготовлено к сносу, но из-за бюрократических проволочек долго стояло без окон и крыши. Только через два года оно было окончательно снесено тяжёлой техникой и тракторами. В настоящее время на этом месте находится новое образовательное учреждение.*)