Агент Карамазов

НАЛЁТ

Однажды в начале августа девяносто шестого в кабинет старшего опера капитана Чередника Григория Николаевича постучали женщина лет тридцати с мужем, примерно того же возраста. Пара рассказала не совсем приятную историю о том, что накануне вечером на них был совершён вооруженное нападение. Четверо налетчиков, угрожая пистолетом, ворвались к ним в дом, избили и связали её, мужа и отца, обыскали всё, но не найдя ничего ценного обещали сегодня зайти еще раз и потребовали собрать им к вечеру триста пятьдесят тысяч рублей. Потерпевшую звали Лена, а ее мужа Валерий и жили они на берегу Волги, в частном доме, принадлежавшем её отцу. Со слов семейной пары, они не знали налетчиков. Да и повода, собственно, для этого нападения вроде-бы не было, семья жила откровенно не «купаясь в роскоши».
Опросив потерпевших, Григорий отправился к ним домой, благо к нему, даже пешком было не более пятнадцати минут. Осмотрев всё и опросив отца Лены, пенсионера, выполнив все процессуальный действия, капитан попрощался до вечера, и ушел к себе. Необходимо было подготовить операцию по задержанию вооруженных бандитов.

ЗАХВАТ

Григорий очень любил эти моменты, когда в ожидании опасности, что-то начинало переворачиваться в животе и такое чувство, будто тебя тошнит. Но после первого выстрела, удара или броска это что-то, что крутилось внутри тебя, вдруг резко падало куда-то вниз и тело становилось таким легким, что казалось, если сейчас подпрыгнешь, то просто полетишь. Время при этом останавливалось, и ты видишь вокруг себя всё одновременно на сто восемьдесят градусов. Григорию в такие моменты казалось, что он может сделать, все что угодно и его просто невозможно было победить. Было ли страшно? Да, было страшно, и он боялся, как и каждый нормальный человек, но он понимал, что надо и делал своё дело.

 Так и здесь, оставив наряд, что собрал из троих участковых в засаде на улице, опер был с хозяевами в хате, когда, толпясь и подталкивая друг друга на пороге затолпились мужики, явно зековского вида, хоть в кино про зону их снимай.
Опер вообще любил красивые эффекты при задержании, не зря ему дали кличку Сигл, и тут показал себя во всей красе. В тесной комнате, куда набилось столько народу, Григорий вертелся как Бог. Уже через три минуты все незваные гости лежали на полу, с руками на затылках, а прибежавшие с улицы менты, вязали их в наручники и выводили на улицу. Пистолет, кстати, был игрушечным, по очень походил на настоящий.

В ходе дознания прояснилась следующая картина: вся эта компания приехала из Воронежа, все сидевшие и не по одному разу. Они показали, что потерпевший Валера, тоже ранее судимый и за полгода до этого, вместе с этой группой в Воронеже совершил несколько квартирных краж, а ворованные вещи Валера, должен был реализовать через свою жену, которая работала проводницей в поезде, курсировавшем из Саратова на юг через Воронеж. Но Валера их кинул и деньги не вернул, а поскольку времени прошло уже прилично, он был уверен, что его дружки уже всё забыли и спустили ему с рук.

Один на один, бывший подельник, а теперь потерпевший рассказал, что в Воронежской зоне он сидел за квартирные кражи. В колонии же, он познакомился с отцом Лены и по его рассказам заочно посватался к ней, а после освобождения, приехал в Саратов и женился.

Он просил не сажать его, говорил, что в колонию он попал случайно, но потенциально презирал и ненавидел воровской мир. Говорил, что старший его брат тоже работал в уголовном розыске, только в Воронеже, а сам он в зоне был стукачом и докладывал обо всем в оперативную часть. Он убеждал, что сейчас он готов работать на Григория, и готов добровольно стать его агентом.

Григорий не знал, что делать со всем этим, чтобы новоиспечённый агент остался нетронутым в этой ситуации. Подсказку дал сам агент. Он рассказал, что во время этих Саратовских гастролей, банда совершила три разбойных нападения на квартиры в Саратове, в привокзальном районе. Ограбленные вещи они хранили в комнате хранения на вокзале. Действительно, связавшись с начальником розыска Ленинского района областного города, Григорий подтвердил все три эпизода и передал все дела в Саратов, вместе с задержанными разбойниками.

О ДЕЛАХ И ПСЕВДОНИМАХ

Романтику по природе и фантазеру капитану Череднику никогда не нравилось давать агентам традиционные клички, типа Косой, Седой, Сивый. Григорий стоящим у него на связи, присваивал оперативные псевдонимы, используя литературные имена. Тут были Пушкин и Некрасов, Карамзин и Пришвин. А оперативные дела у него всегда носили названия из классики: «Трое из Простоквашино», «Криминальный Квартет», «Дама с собачкой». Однажды принеся на подпись начальнику майору Ахмедову очередное дело, между ними состоялся такой разговор:

– Чередник, ти зачем назвал дело «Просто Мария»? Что, нельзя било назвать не «Просто Мария», а просто Мария?

– Заид Гаджибутаевич, я вообще-то так и назвал «Просто Мария»

– Иди отсюда. Ничего не понимаешь.

Но больше всего его названия нравились заму начальника управления, отвечавшему за учет оперативной работы. Он всегда с удовольствием читал новые дела Чередника, улыбался и говорил:

– Ты. Григорий. просто поэт какой-то, а не опер.

С Валерой, Гришка немного изменил свои привычки и назвал агента не именем писателя, а именем литературного героя – Карамазов. Скорее всего от «кара» (чёрный) и мазать. Чёрным мазать, чёрным метить, чёрная метка, умение подмазаться с чёрной мыслью за душой, чёрного отмазать. Ну или «маза» - план, мысль, шанс, ставка в игре, возможность, идея, защита. Получалось; «Чёрный план», «чёрная мысль» или «чёрная идея», «чёрная защита». Ну и весь трагизм «Братьев Карамазовых» до кучи! В общем, ёмкий псевдоним получился у Валеры, многозначный и говорящий.

ХИТРЫЙ АГЕНТ

Валерий, под оперативным псевдонимом «Карамазов», на самом деле стал ценным агентом.

 Проныра и подлиза, он быстро вписался в местную братву, а его судимость, придавала ему авторитета в этой среде. Он просто заваливал Григория информацией о преступном мире поселка и вообще города Энгельса. Его информацию можно было и не перепроверять – она всегда была достоверной. В то же время, хотя агент и представлялся добровольным помощником опера, на самом деле, его работа не была бескорыстной. С первого дня он попросил оформить его как платного агента, но узнав, что это практически невозможно, он старался получать за свою информацию хотя бы разовые выплаты. Григорий разъяснил, чтобы получать плату за информацию, она должна стоить того, чтобы за неё платили.

И агент старался.  Раскрытия преступлений Григорием просто сыпались валом, а порой случалось, что потерпевший только приходил, чтобы сообщить о преступлении, а в камере уже сидел задержанный по этому эпизоду.

В криминальной среде местной шпаны расползался слушок, что опер «Григорьич» (так иногда его называли бандиты), обладает паранормальными способностями и умеет читать мысли. А все дело было в хитром агенте «Карамазове» и его умении подмазаться к любому человеку. Правда, смущало, что практически во всех кражах, раскрытых по его информации, он сам везде участвовал и сыщику все трудней и трудней становилось отмазывать его и защищать от решетки. Он неоднократно говорил своему агенту, что вечно так продолжаться не может – Валера либо сядет, либо его прирежут, сданные им дружки.

РАСПЛАТА

Однажды Валера завалился в кабинет Григория и объявил, что ему срочно нужны деньги на проезд до Воронежа. По его словам, там умерла его бабушка и ему нужно срочно ехать, решать наследственные вопросы. Он просил в долг и обещал вернуть, когда вернётся. Григорий дал, и агент пропал более чем на месяц. Ни жена, ни её отец ничего не знали куда он исчез и вернется ли вообще, а может, просто так говорили. Ни адреса, ни телефонов у оперативника не было и капитана стала посещать мысль не случилось ли с его человеком неприятность. Все-таки разоблачение той воронежской банды гастролеров-грабителей было серьёзным делом, за которое могли бы и убить.

 Но вскоре пропажа объявилась. Валера как ни в чем не бывало появился в кабинете Чередника, но вид у него был какой-то взволнованный. На вопрос, что случилось, ответил, что просто устал с дороги и у него все нормально. А отвечая на вопрос о наследстве, даже не сразу и понял, о чем вообще идет речь. Было понятно, что о смерти бабушки он просто наврал.

Для Григория стало принципиальным разгадать, куда он ездил и зачем. А когда Валера, как будто невзначай поинтересовался, не было ли из милиции Воронежа на него запроса, стало ясно, что агент влип в какую-то неприятную историю.  Но сам нашкодивший отрицал все и убеждал, что с ним ничего не случилось. Про взятые в долг деньги он не обмолвился и словом. Уже вечером, когда агент ушел домой, пришла телефонограмма из Воронежа, в которой начальник воронежского уголовного розыска просил задержать Валерия за совершенные им квартирные кражи. Аж целых семь эпизодов. Утром опера должны были прибыть за задержанным.

Надо было видеть испуг и растерянность в глазах Валеры, когда на следующий день капитан прямо с постели поднял его и сообщил:

– Собирайся. За тобой опера из Воронежа приехали.

От души хитрована отлегло, когда уже в отделении он узнал, что воронежских нет и у него появилась надежда, что опер просто пошутил, и он стал опять по своей привычке юлить и изворачиваться, мол ничего в Воронеже не было и он не при делах. А когда Григорий все же выудил из него все семь краж, Валера стал уговаривать его отпустить, и он навсегда исчезнет, и никто его найти не сможет. Видно, что обратно на нары ему очень не хотелось.

Как не жалко оперу было терять ценного агента, но было видно, что этот человек никогда не исправится. Да и честно сказать, этот хитрый и беспринципный, он был ему самому неприятным, чтобы из-за него идти на служебное нарушение. В это же день хитрого агента «Карамазова» увезли, приехавшие из Воронежа коллеги Григория. Больше в жизни капитана, Карамазов не встречался, да и осадок в душе остался очень неприятным, как будто запачкался чем-то противным. Вот почему опера сами говорят, что сыск – это «грязное дело», хотя и служат ему благородные люди.