Главред КубаньПресс Евгений Мельченко про уехавших

Небольшая часть интервью с Андреем Осокиным из «ЖурналистЪ».

… Вы ранее говорили, что сбежавшие журналисты не имели на это права.

– Скажем так. Каждый имеет право ехать, куда ему угодно. Но тут есть момент. Если человек просто уезжает, на здоровье. А если он делает специальные действия для этого – это уже иное.

Что вы имеете в виду?

– Мне предлагали уехать. Просто нужно было выйти с плакатом, попасть в руки полиции, получить протокол. И вот тогда – можно бежать, и давить на то, что вас угнетает власть и вы – политически гонимый журналист. Как говорится, сбежать под «политичку».
Те, кто так поступил – это не журналисты, а… ну, вы поняли. Пахнут плохо.
Есть убеждения, есть борьба за свободу слова. А есть вот это вот, которое просто воспользовалось тем, что они журналисты, и позорно убежать из страны можно именно таким гнилым способом. Это противно.

А как же журналистская этика – не критиковать коллег?

– А где я кого-то критикую из коллег? Повторяю – кто уехал чисто, спокойно и по убеждениям – какие претензии? Это их дело. Я ни капли их не осуждаю. Многие из них – это отличные профессионалы, которых тут не хватает. А кто воспользовался своим положением и профессией – это не коллеги. Могу спокойно критиковать.

А вы сами как относитесь к тому, что людей массово забирали в полицию?

– Как я могу к этому относиться? Крайне негативно. Свобода – это такое состояние, к которому быстро привыкаешь. Её дали нам в 90-е. Её, эту свободу, подтвердили нам… можно сказать, что «продлили» в начале 2000-х. Мы же помним раннего Путина? Это же был либерал, который эти свободы и продлил, дал надежду. Но, если вы её дали, то отбирать таким способом – это варварство и неправильно.

Но ваши высказывания о том, что правильно задерживали… вы же так говорили?

– Читайте контекст. Я говорил, что вполне понятно желание задерживать и вышвыривать из страны тех, кто пытается за деньги других государств сменить власть в России. За это предусмотрена тюрьма не только в России, а во многих передовых странах мира. В США, например. В Великобритании, в Испании и так далее.
Аналогично я говорил и про тех, кто выступает за развал страны. Мол, надо Россию распилить по народностям, и дать им жить отдельно. Вспоминается ситуация в Испании, когда мы наблюдали с коллегами воочию, как там паковали таких «больных», которые выступают за отделение Каталонии от Испании. Таких провокаторов нужно садить надолго, изолировать от общества. Что, собственно, испанцы тогда и сделали. Насколько помню, до сих пор они сидят, эти зачинщики их отделения от Мадрида.
Всё просто. Нужно запомнить, и не лезть: Каталония – это Испания, Шотландия – это Великобритания, Тайвань – это Китай, Корсика – это Франция, Сицилия – это Италия, Калифорния и Техас – это США, а Алтай и Кавказ – это Россия. И точка.

А вам не кажется, что это какие-то двойные стандарты? Вы за свободу, но против свободы.

– Свобода – это ценность, это награда. Будь свободным, но в политику не нужно опускаться. Именно в какие-то большие и сложные вещи.

Мы же видим, если не лезть в политику, политика полезет к тебе. Начнётся стрельба, и вас потянут на фронт.

– Я говорю не об этом, а о том, что в политику не нужно лезть варварским способом. Хочешь повлиять? Иди в партию, иди на выборы, защищай свои интересы. Но не на улице. А если уже вышли, то действовать нужно до конца. В этом плане я – троцкист. Или кровь, или никак. А все эти сопли с плакатами – это всё… (мат).

А как же та самая партия, которую сейчас отменили перед выборами?

– Стоп-стоп. Я об этом говорил выше: берёшь на политику деньги за рубежом? Не должен иметь права участвовать в судьбе страны. Это простые и понятные истины.

Если вы за насилие, то чем вы отличаетесь от тех, кто сейчас это насилие творит?

– Я против любого насилия, против войн и оружия. Любой нормальный человек против таких вещей.
Но, ежели вы собрались «сносить» кого-то с пьедестала, то это делается жестоко и жёстко. Ни один король не отдаст свой трон просто так. И вот тогда я ничем не отличаюсь, только знаком «плюс» или «минус». Друг в друга стреляют полицейский и бандит. Можно сказать, что они оба – убийцы. Но нет. Один – преступник, другой – справедливость. Хотя, справедливость у всех разная. У всех она своя. Вот я со своей справедливостью, а кто-то со своей. А рассудит только история, и никто иной.

Почему вы не уехали из России?

– Зачем? Это моя страна, которую я пока понимаю. Я понимаю глубинные процессы, понимаю происходящее.
Убегают от того, чего боятся.
А я свою страну не боюсь. По крайней мере, на данный момент. Ну, и не сказал бы, что за пределами России прям больше справедливости. Я объездил более 40 стран, и не увидел рая. Возможно, кстати, это какой-нибудь Таиланд или острова какие-то. Но я там не был. Что касается Франции, Германии или Испании, а уж тем более Англии, то нет. Там мне крайне некомфортно.

Почему некомфортно?

– Потому что, всё то же самое, только не вслух и с умным личиком. В Европе вообще интересный такой феномен. У нас с ними есть большая разница. Они на кухнях говорят о том, о чём мы на улицах, а на улицах они говорят о том, о чём мы на кухнях.