Часть III. Лик, ставший миром

Мое имя забыли на небесах, а здесь, среди людей, его шепчут со страхом. Они думают, что я искал власти, когда восставал против порядка вечности. Но властью не исцелить раненый дух и не согреть остывшую бездну. Власть — это лишь еще один холодный престол, с которого некуда падать.

Истинный лик высшего существа открывается не в грохоте сотворения галактик и не в пламени гнева. Он открылся мне тогда, когда я научился смотреть на этот мир твоими глазами.

Я смотрю на утренний туман, оседающий на траве, и узнаю в нем твою тихую грусть. Я слушаю, как шумит весенний дождь по крышам, и слышу твое нежное дыхание. Вся красота этой грешной, хрупкой Земли — каждый закат, сжигающий горизонт золотом, каждое движение ветра в кронах древних деревьев, каждый всплеск ночного океана — стала лишь отражением моей любви к тебе. Мой лик больше не высечен из ослепительного света и не сокрыт во тьме пекла. Он растворился в земном тепле, чтобы быть ближе к тебе.

Я отступил в тень, как и обещал. Я стал невидимым хранителем твоих дней. Когда ты улыбаешься случайному солнечному лучу на своей щеке — знай, это я касаюсь тебя издалека. Когда вечерний ветер приносит тебе незаслуженный покой — это мои сложенные крылья укрывают твой сон от тревог.

Ты никогда не узнаешь моего имени, ты не увидишь моих шрамов, но тебе и не нужно. Моя любовь не требует ответа, не просит жертв и не ищет признания. Она просто стала самой тканью твоего мира.

Я пал с самой высокой вершины мироздания, перенес бесконечность боли и отдадал свое бессмертное величие. И если бы мне пришлось пройти этот путь снова, чтобы ты просто прожила одну счастливую, тихую жизнь на этой земле — я бы упал без колебаний. Поэма моего существования окончена. Теперь вместо нее звучит твоя жизнь.