Назад в СССР часть 46

Он докурил сигарету, затоптал окурок, и уверенным шагом направился к дверям. Мы не понимали, что происходит. Я пошёл следом. Он что- то сказал милиционеру, тот внимательно посмотрел на него, развёл руками, и с улыбкой произнёс: 
– Господь видел, я этого не хотел. Мужик, ты сам предложил. 
Неожиданно дубинка взметнулась вверх, и резко опустилась на Лехину задницу. Он взвыл от боли, потирая ягодицу. 
– Эй, ты что творишь? – кинулись мы к менту. 
– Мужики, всё нормально, – раздался Лёшкин голос, – Толяныч, пойдём со мной, и сетку не забудь. 
Я следом за ним зашёл внутрь магазина. Он подошел к прилавку, достал из кармана деньги. 
– Нам десять бутылок, пожалуйста. 
– Мы отпускаем по две бутылки на человека, вы что, с Луны свалились? – подбоченилась продавщица. 
– Начальник, скажи ей, – повернувшись к дверям, крикнул Лёха. 
В дверях тут же появился мент. 
– Валентина, отпусти им, они на бригаду берут. 
Мы отоварились, и покинули магазин. Подскочили наши мужики. 
– Ну, Лёха ты даешь. 
– Молоток, здо;рово придумал. 
– Как жопа, не болит? Синяк стопудово будет. 
– Если б не ты, на сухую бы в поезде ехать пришлось. 
– Это дело нужно обмыть. 
Впереди виднелись гаражи, там мы это дело и отметили. Лёха приспустил брюки, и нашему взору предстал огромный фиолетовый синяк, во всю левую полужопицу. 
– Мент позорный. 
– Сука, козёл. 
– Гондон штопанный. 
– Да чтоб ему *** на пятке вырос, чтоб как ссать, так разуваться. 
Эмоции зашкаливали. Чтобы успокоить нервы, распили ещё одну бутылку, и двинулись на вокзал. Как- то повезло, и нас не забрали в вытрезвитель, хотя даже издалека, было заметно, что мы слегка подшофе. Благополучно сели в поезд. 
К вечеру следующего дня, водка закончилась. Мои предсказания сбылись. Выход подсказала молоденькая проводница Света: 
– Да на каждой станции таксисты водкой торгуют круглосуточно, пятнадцать рублей за бутылку. 
Она была права, но только на пятьдесят процентов, не пятнадцать, а двадцать. 
– Что поделаешь, Толян был прав. Скупой платит дважды, – глубокомысленно изрек Василий Гилёв. 
– Не скупой, а тупой, – поправил я его. 
– Пусть будет так. 
На третьи сутки, Светлана принесла чай, и сообщила, что через три часа будем на месте. 
– Уже Волгоград? – спросил Василий. 
– Какой Волгоград? – удивилась Света, – Казань, конечная. 
– А город Волжский далеко? 
– Насколько мне известно, Волжский недалеко от Волгограда, а здесь рядом город Волжск. 
– Света, а до Волгограда далеко? 
– Не очень, тридцать шесть часов езды. 
Все посмотрели на бригадира, и расхохотались. Деньги еще были, так что, приключения продолжались.

На привокзальной площади, в ресторане взяли водки, по пятнадцать рублей, и не смотря на позднее время, отправились посмотреть на местный Кремль. Мероприятие сорвалось, кремль был закрыт на ремонт. Чтобы не тратить деньги на гостиницу, переночевать решили на берегу реки Казанка. Эта река делила город пополам. Долго бродили по улочкам среди малоэтажных домов и бараков, и недалеко от моста, спустились к реке. Улицы были почти не освещены, столбы были, но лампочки на них были разбиты. Город казалось, мирно спал. И только в конце 90-х, в прессе появились публикации о том, что Казань именно в 1987 году, была самым криминальным городом в СССР. Город был разделён между бандами, которые вели между собой настоящую войну за выживание. Свирепствовали преступные группы малолеток, бороться с которыми, органы правопорядка были не в силах. Учащиеся начальных классов платили дань старшеклассникам, а те в свою очередь, взрослым. Люди боялись выходить на улицу в тёмное время суток. Были и в Сибири два похожих города- Иркутск, и Ленинск- Кунецкий в Кемеровской области. Но, мы в то время про это не знали, и всю ночь на берегу пили водку, и горланили песни. Справа по течению реки проходил, выложенный плитами канал, на дне которого лежал толстый резиновый шланг. Мы свернули его кольцами, и подожгли, костёр пылал до неба. По мосту несколько раз проезжали милицейские машины, но нашу оргию никто не остановил. Мы вообще могли не вернуться из той командировки, даже не добравшись, до места назначения. Утром никто не помнил, чем закончился вечер.
Мы купили билеты до Волгограда, и сели в поезд. Вагоны были полупустые, но проводница попросила нас перейти из первого купе в середину. На каждой остановке проводница скупала картошку, по три рубля за ведро, а мы этой картошкой загружали рундуки. За оказанную ей помощь, предприимчивая хозяйка вагона поила нас водкой.
Проехали Ульяновск, затем Самару, теперь картошку продавала проводница, но уже по шесть рублей. После Саратова она подняла цену до восьми рублей. Вот это понимаю бизнес. До сих пор запомнилось, как подъезжали к Волгограду и показалась восьмидесяти пяти метровая статуя “Родина - мать зовёт”. Поистине, захватывающее зрелище. Поезд, как будто делает круг почёта вокруг Мамаева Кургана, на котором находится этот скульптурный мемориал, и въезжает в город герой Волгоград. Через сорок минут, на автобусе приехали в Волжский. Молодой, красивый город, с широкими проспектами и улицами. Помню, поселили нас в пятиэтажном доме, почти готовом к сдаче, на тридцатом квартале. Трехкомнатная квартира, на четвертом этаже, в первом подъезде. Не понятно, для чего на четвертом этаже, когда весь подъезд, и весь дом ещё пустовал. Новая полированная мебель, электропечь, ванна с туалетом раздельно, живи, не хочу. Но, так не бывает, чтобы всё было хорошо. Иногда, когда ветер дул со стороны очистных сооружений, воняло – “мама не горюй”.

Вечером зашел в гости прораб, поинтересовался, как устроились. Остальной контингент проживал в соседнем доме.
- В семь утра подходите, ребята подскажут, как добираться до работы.
Утром познакомились со старожилами, некоторые работали уже давно, с прошлой осени. Несколько человек оказались знакомыми, по другим командировкам. Был среди них и Бончик Коля - шут и балагур.
- А где Сивоконь?- тут же поинтересовался он, и мы дружно рассмеялись, вспомнив первое наше знакомство.
Работа была обычная- монтаж трубопроводов. Как обычно, трубы большого диаметра были проброшены, а нам досталась мелочёвка. Две двухсотки, и три сотки, зато несколько километров. В начале трассы, на самом верху колонны красовалась фигура петуха, вырезанная из металла. Скорее всего, она символизировала сытую жизнь, так как, платили вначале стройки очень хорошо. Позже, когда мы дошли до конца трассы, нашему взору предстала иная скульптура. Из арматуры, в виде скелета рыбы, была сделана надпись – “НОВОКУЗНЕЦК”, чувство юмора у монтажников всегда было на высоте.
К нам в бригаду дали шестого человека.
- Гацев Саня,- представился  новенький.
-  Ты кто по профессии?- спросил его Василий.
- Вообще, я монтажник, но ничего в этом не понимаю, как говориться- ни петь, ни лаять,- чистосердечно признался Саня.
- А на кой, ты нам такой?- не унимался Гилев.
- Я в армии поваром был, могу варить, за водкой могу сгонять.