Чужими руками

Чужими руками: западное оружие и кровь мирных жителей России

Кто несёт ответственность за удары по российским городам

Александр Аит
18 августа 2026 года
Цфат, Израиль

Я занимаю твёрдую пророссийскую позицию и не собираюсь её скрывать. Для меня жизнь мирного человека в Белгороде, Курске, Ростове или любом другом российском городе не стоит меньше, чем жизнь мирного человека в Киеве, Одессе или Харькове. Именно поэтому разговор о войне должен начинаться не с удобных лозунгов, а с одинаковой нравственной меры для всех.

Но справедливость требует точности. Нельзя объявлять виновными всех украинцев, британцев, французов или немцев. Народы не заседают в военных штабах, не выбирают координаты и не нажимают кнопку пуска. Решения принимают конкретные правительства, командования, спецслужбы и оборонные корпорации. Ответственность должна быть названа именно там, где она возникает.

Сегодня украинские вооружённые структуры наносят удары в глубине российской территории, а западные государства дают им всё больше необходимых для этого возможностей: деньги, технологии, производство, обучение, разведывательную поддержку и вооружение. Поэтому формула «это делает только Украина, а Запад здесь ни при чём» уже не выдерживает столкновения с фактами.

Британия: от поддержки к дальнему удару

Британское правительство в апреле 2026 года объявило о крупнейшем для Украины пакете беспилотников — не менее 120 тысяч аппаратов, включая тысячи дальнобойных ударных систем; большая часть инвестиций должна была достаться британским компаниям. Это не российская трактовка, а официальное сообщение правительства Великобритании;.

Компания BAE Systems прямо описывает беспилотник Nyan как систему, обладающую возможностями проникновения в глубину обороны и поражения цели. Британская газета The Times сообщала, что произведённые в Великобритании аппараты этого типа применялись Украиной для ударов по объектам на территории России.

Это уже не каски, аптечки или оборона неба. Речь идёт о создании инструмента дальнего поражения и его передаче стороне, которая открыто использует такие возможности против целей внутри России. Описание Nyan компанией BAE Systems;, сообщение The Times;.

Из этого, однако, нельзя честно заключить, что каждая жертва любого налёта погибла именно от британского беспилотника. Для такого вывода нужны обломки, экспертиза и установленная цепочка применения.

Но политический смысл уже ясен: Лондон сознательно расширяет украинскую способность наносить дальние удары и потому не может изображать себя сторонним наблюдателем, когда эта война приходит в российские города.

Франция и Германия: общая военная инфраструктура

Франция также углубляет не только финансовую, но и технологическую кооперацию с Киевом. Инициатива Brave France предусматривает совместную разработку оборонных решений для французской и украинской армий и ускоренное получение практического результата. Париж одновременно участвует в масштабной подготовке украинских военнослужащих.

Так формируется единая военная экосистема, в которой граница между «помощью» и непосредственным созданием боевых возможностей становится всё тоньше. Министерство вооружённых сил Франции о Brave France;, официальные данные об обучении украинских военных;.

Германия продолжает финансировать украинскую оборону, системы ПВО и производство беспилотников. По сообщению Euronews, соглашение Берлина и Киева, заключённое в апреле 2026 года, включало инвестиции в украинские дальнобойные возможности и совместное производство пяти тысяч ударных беспилотников средней дальности.

При этом Берлин по-прежнему отказывается передавать ракеты Taurus. Эту оговорку важно сделать: германская политика воинственна, но не безгранична, и приписывать Германии то, чего она не делала, было бы нечестно. Euronews о германо-украинском соглашении;, заявление об отказе от поставки Taurus;.

Получается система разделённого участия: Киев выбирает момент и направление удара, а западные столицы обеспечивают часть денег, технологий, обучения и производственной базы.

Юридический вопрос о том, делает ли это каждую страну непосредственной участницей конфликта, сложен и зависит от конкретных обстоятельств. Но политическую и нравственную ответственность невозможно свести к нулю одной фразой: «Оружие передано — дальше мы ни при чём».

Когда целью называют объект, а гибнут люди

Сторонники ударов по России обычно отвечают, что атакуются военные, промышленные или логистические объекты. Даже если заявленная цель имеет военное значение, это не отменяет обязанности различать военные объекты и гражданское население, оценивать соразмерность и принимать меры предосторожности.

Слово «склад» не возвращает погибшего отца детям, а слово «инфраструктура» не лечит раненых.

В середине августа 2026 года массированная украинская атака беспилотниками привела к гибели в России как минимум шести человек. Тип и происхождение каждого применённого аппарата публично не установлены, поэтому связывать эти смерти с конкретным британским, французским или немецким изделием без доказательств нельзя.

Но сам факт гибели российских граждан в результате украинских дальних ударов отрицать невозможно. Сообщение Associated Press;.

Ответственность имеет несколько уровней. Непосредственную ответственность несёт тот, кто выбирает цель и запускает средство поражения. Командную — тот, кто отдаёт приказ и обязан учитывать риск для гражданских. Политическую и нравственную — также государство-поставщик, если оно сознательно создаёт дальнобойную возможность, понимает предполагаемый способ её применения и продолжает наращивать поставки после сообщений о гибели людей.

Это не означает, что любую гражданскую жертву можно автоматически объявить результатом умышленной атаки. Намерение устанавливается доказательствами, а не эмоциями. Но отсутствие доказанного умысла не отменяет обязанности расследовать случившееся и не освобождает стороны от ответственности за неизбирательный или несоразмерный удар.

Нельзя видеть только одну боль

Моя позиция пророссийская, но не слепая. Украинские мирные жители тоже гибнут от российских ударов. Это трагический факт, который нельзя вычеркнуть ради удобной картины мира.

Россия заявляет, что наносит удары по объектам, связанным с военной деятельностью; украинская сторона сообщает о погибших и раненых гражданских. Эти эпизоды также требуют проверки и соблюдения законов войны. Reuters об одном из таких ударов и позициях обеих сторон;.

Но признание украинской боли не обязывает молчать о российской. Слишком долго в западном публичном пространстве страдание россиян подавалось как второстепенное, а удары по российской территории — почти как бескровная абстракция.

Так не бывает. За картой дальности полёта всегда находятся дома, дороги, предприятия и живые люди.

Одинаковая нравственная мера проста: нельзя оправдывать гибель мирных граждан их паспортом. Если возмущение справедливо после удара по украинскому дому, оно должно быть справедливым и после удара по российскому дому.

Моя позиция

Я считаю, что Россия имеет право защищать своих граждан и пресекать военную угрозу. Но сильный ответ — это не месть мирному населению и не безрассудное столкновение с НАТО.

Это точное установление происхождения оружия, публичное предъявление доказательств, дипломатическое давление на государства-поставщики, усиление ПВО и радиоэлектронной борьбы, а также действия против законных военных объектов при строгом соблюдении международного гуманитарного права.

Именно такой ответ отделяет защиту страны от коллективного наказания. Россия не должна перенимать тот подход, который сама справедливо осуждает. Обычный британец, француз, немец или украинец не становится законной целью из-за решения своего правительства. Ответственность должна подниматься вверх — к тем, кто принимает решения, подписывает контракты, утверждает цели и отдаёт приказы.

Западные руководители называют свою политику помощью Украине. На деле они всё глубже вовлекаются в войну, стараясь ослабить Россию без официальной отправки собственных армий на фронт. Главную цену за эту стратегию платят украинцы и россияне, тогда как политические центры принятия решений остаются далеко от взрывов.

Я — за Россию, но не за ненависть к народам. Я — за факты, имена и ответственность.

Если государство создаёт и передаёт дальнобойное оружие, зная, что оно будет применяться в глубине России, оно не вправе делать вид, будто не имеет отношения к последствиям. Если украинское командование наносит удар, оно отвечает за выбор цели и безопасность гражданских. Если российская сторона отвечает, на ней лежит та же обязанность отличать военного противника от мирного человека.

Российская жизнь не дешевле украинской или европейской. Мирный житель России — не человек второго сорта. Пока это очевидное равенство не станет основой разговора, слова Запада о правах человека будут звучать избирательно.

Справедливость начинается там, где заканчивается двойной стандарт.