Ирландский лось большерогий олень

Стояла осень, плыли облака,
Алел закат расплавленным металлом,
В седые древние забытые века,
Среди долин река змеей петляла.

Вечерний сумрак падает на склон,
Бежит по степи исполинский лось.
Он на курган взбирается, силен,
Чтоб над землей дыхание разнеслось.

Рогов огромных щеголяя красотой,
Стоит олень-гигант с коричневой спиной.
Гнет шею, и закинувши рога,
Он трубным ревом оглашает берега.
Трубит олень и рвет траву копытом,
Сзывает самок под свою защиту.

Но рев в ответ натянутой струной
Приносит ветер, близко враг лесной!
В четыре метра он носил рога,
Ирландским лосем называли чужака.

Застыл олень с коричневой спиной
И рев в ответ раздался над долиной.
Он принял вызов и жестокий рок
Сплетет рога в смертельный поединок.

Он чешет лоб о вековой гранит,
Из-под копыт его земля летит.
Олень ревет, поднявши морду ввысь,
Роняет капли пены на лопатки.
В его груди кипит борьба за жизнь,
Рога склонив, готов он к лютой схватке.

В ответ чужак крушит древа рогами,
Втоптать готов соперника во прах.
Земля дрожит под мощными ногами,
И эхом застывает в небесах.

Глаза блеснули красными огнями,
И лютый гнев в груди заклокотал.
Сшибутся в схватке великаны лбами,
Обрушив друг на друга дикий шквал!

Два звонких вызова сплелись в один аккорд,
Самцы безумны, каждый дик и горд.
Глаза налились кровью, шаг назад —
Два поединщика лоб в лоб, в атаку мчат.

Бегут самцы, подняв клубами пыль,
Склонив рога, топча степной ковыль.
За продолженье рода бились звери.
В свою победу до конца веря.

Глухой удар, за ним удар второй!
Соперник свержен, убегает прочь.
Победный клич разнесся над горой,
Уходит эхом в трепетную ночь.

Лег первый снег на белое плато,
Спустился хлад в зеленые долины.
Оленей стадо медленно плыло
По берегу, сквозь заросли крушины.

Вожак вел жен, копытами шурша,
Рогов корону нес над головою.
Брели олени тихо, неспешна.
И вот семейство вышло к водопою.

Садилось солнце, плыли облака,
Багряным светом тая над долиной,
Как в темноте мелькнули два зрачка,
Гиен раздался хохот над равниной.

Горят глаза, пять пар, а может шесть.
Ведь многих жен могли гиены съесть!

Стоит разбойный, леденящий хохот,
Блеснули зеленью голодные глаза.
Дрожит земля, копыт десятков грохот,
Вокруг гиены, отступать нельзя.

Дорогу стаду преградил обрыв,
Вожак ревет, закинув морду ввысь.
Он принял вызов, страх переломив,
В его груди кипит борьба за жизнь.

«Бегите!» в темень трубный рев летит,
Гиены воют, плотный круг сужая,
А впереди — крутой обрыв стоит,
А сзади — смерть клыкастая мигает.

Он заслонил испуганный гарем.
Удар копытом — первый враг визжит,
Второй хрипит, раздавленный совсем.
А третий, хвост поджавши, убежит.

В глазах гиен он лишь живой обед,
Они пьяны от крови, свежих ран.
Олень застрял, и выхода уж нет.
Рога попались в ветви, как в капкан.

Раздался хруст, спасительный и звонкий,
Освободился исполинский лоб.
Рог рухнул наземь и рывком в сторонку
Самец умчался, разметав сугроб.

В жестокой схватке отстояв гарем,
Он убежал, гиен отстала стая,
И скрылся в чаще, незаметен всем,
На раненую ногу припадая.

Багрянец крови замела пурга,
Бежало стадо, припустившись наутек.
В густых кустах остались лишь рога —
Как нападенья памятный урок.

Но шли столетья, отступит ледник,
Где степь была, поднялся темный лес.
Лесные дебри покрывают материк,
Ирландский лось, олень-гигант исчез.

В болотах топких, в отложениях речных,
Находят только кости и рога.
Вернуло время из глубин его скелет,
Когда вода подмыла берега.

Олень-гигант, которого уж нет,
Стоит в музейном зале, за стеклом.
На обозренье выставлен скелет,
Есть номерки и бирочки на нем.

Теперь олень музейный экспонат,
Реликт и памятник эпохи древней той.
Во тьме веков, сто тысяч лет назад,
Он вел сородичей своих на водопой.