Корона короля кунилингуса

Мы сидим на свидании. Это моё первое свидание с Tinder — и оно такое провальное. Он явно лет на десять старше, чем на своих фотографиях. Тогда у него ещё были волосы. Если честно, он больше похож на поросёнка. Или на потрёпанный старый чемодан. Если он говорил, что ему сорок, то ему примерно пятьдесят. И выглядит он так себе. Хотя когда тебе самой сорок, особо выбирать не приходится. Либо тридцатилетние на одну ночь, либо за пятьдесят — в категории «серьёзные отношения». Все хорошие мужчины давным-давно разобраны. На некоторых даже стоит очередь. Так говорила мне мама, и она, в общем, оказалась права. Я, конечно, тоже выскочила замуж и честно отмучилась в браке целых пятнадцать лет.

Он пригласил меня в кофейню. Разумно: в кофейне много не съешь, и кофе ты не выпьешь больше пары чашек. Итак, сидим. Он изучает моё лицо, как будто собирается покупать. Его глаза скользят по моему лицу, и я ёжусь внутри. Мне неприятно под этим пристально изучающим взглядом. Хотя если откровенно, выгляжу я лучше, чем он. Вообще я очень старалась перед первым свиданием и потратила часа два на сборы. Он же кажется, в чём проснулся — в том и пришёл. Выглядел неаккуратно. Конечно, он мне не нравится. Конечно, с таким заниматься сексом — вопрос спорный. У него морщины и землистый цвет лица. Почему-то на память приходит старый чемодан. У моего дедушки был такой чемодан — он хранился на антресолях, и раз в год дед ездил на поезде к своему брату, и тогда этот старый чемодан доставался и наполнялся всякими вещами. И вот почему-то, глядя на моего нового знакомого, сразу приходит в голову тот старый чемодан.

Я немного хихикаю. Но я не из тех, кто судит книгу по обложке. Тем более идеальных людей нет. И у меня тоже можно найти какие-то недостатки. Поэтому я решаю поговорить с ним поподробнее. Расспрашиваю его про него самого. Любимая мужская тема. Я это знаю — я выросла с тремя братьями. Они все обожают говорить про себя. И он, конечно, тут же начинает разливаться соловьём, как он незаменим в своём НИИ. А я думаю о том, что если даже местные девушки его не разобрали — значит, он совсем плох.

Интересно, как у него с сексом. Ой нет, думать про секс с ним точно не хочется. Спрашиваю его про свидания. Вообще это вопрос с подвохом — мне не хочется слушать, как он ходит на свидания. Я хочу услышать, что он никогда не ходил, а я — первая. Или вторая. Однако же он с удовольствием начинает распространяться о том, как ходит на свидания, и о том, какие современные женщины — жуткие «тарелочницы», лишь бы пожрать.

Вообще я голодна, и я сглатываю слюну. Даже интересно, какое популярное нынче слово — «тарелочница». Если бы его услышали наши родители и даже бабушки с дедушками, они бы вообще не поняли, кто это. Наверное, решили бы, что это девушка, которая делает тарелки на фарфоровой фабрике. Интересно, есть ли такая должность? Итак, он рассказывает мне про «тарелочность» и про то, как его обжирают.

— А мои ресурсы не бесконечны, — говорит он.

Ресурсы не бесконечны — будто бы он говорит о залежах нефти.

— Да, да, — киваю я.

С этим товарищем всё понятно. Мало того что он неприятный с виду, так ещё и жадный.

— А ещё я король кунилингуса, — гордо говорит он и смотрит на меня.

Я буквально давлюсь кофе. Нет, по-настоящему — я буквально давлюсь кофе и начинаю судорожно хватать воздух ртом. Он смотрит на меня недовольно.

— Что? — переспрашиваю я, думая, как бы не начать хохотать.

— Я король кунилингуса, — повторяет он.

Господи, только бы не умереть от смеха.

— Вот сколько длился твой самый долгий оральный секс? — спрашивает он.

Это явно вопрос с подвохом. Блин, я даже не знаю — я как-то не засекала время, но вряд ли больше чем полчаса. Накидываю пятнадцать минут.

— Сорок пять минут, — говорю ему.

— Ха, — отвечает он. — А я могу три часа.

Я изучаю его лицо, похожее на старого бульдога и на старый чемодан одновременно. Мне сложно представить ту, кто захочет у себя между ног видеть старый чемодан. И ещё и на трёхчасовой сеанс.

— Оооомммн, — отвечаю я неразборчиво.

И он пускается в воспоминания о своих самых впечатляющих сессиях орального секса. Мне заочно жаль этих женщин. Наверное, они очень хотели замуж.

Я начинаю поглядывать на часы. Я никуда не тороплюсь, но сил слушать про чужие стоны у меня больше нет.

— Извини, — говорю ему я, — у меня запись к стоматологу.

— Давай я тебя встречу после стоматолога, — предлагает он. — Устроим взаимную оральную сессию. Поза 69. Ты знаешь, я тоже в этом очень большой специалист.

— У меня рот будет под наркозом, — отвечаю я. — Вряд ли я буду способна участвовать.

— Тогда в другой раз, — протягивает он.

«Другого раза не будет», — думаю я. Вежливость не даёт мне сказать ни слова, я просто киваю. Отхожу за угол и начинаю давиться от истерического смеха. Я смеюсь всю дорогу домой, вспоминая, как старый чемодан рассказывал мне о чужих оргазмах.