Цена спасения

Он стоял у открытого окна, устало опираясь на рукоять верного меча, с тревогой вглядываясь вдаль. Даль была прекрасна. Цветущие сады у подножия старых холмов наполняли пьянящим ароматом воздух. В синеве реки отражалось восходящее солнце, его лучи играли искрами в напоённой росой траве. Высокие белоснежные башни замка зарделись румянцем. Но он не замечал этой красоты — его думы были тяжелы.

Древняя Печать трещит по швам, демоны Хаоса завладевают душами людей, они подчинили себе уже почти весь мир. И лишь его родной Иссор всё ещё был им неподвластен. Тревожное ожидание буквально висит в воздухе. Ещё чуть-чуть — и тёмные полчища прорвут границы его владений. Всю ночь он, Рыцарь Утреннего Света, изучал старые манускрипты в поисках ответов и советов. И когда ему уже казалось, что выхода нет, он наткнулся на упоминание о пророке Теосе. Вот только где, где же его искать?

Но что это? Утреннюю тишину безжалостно разорвали надтреснутые голоса ворон. Со всех сторон они устремились к нему. От неожиданности рыцарь отпрянул вглубь комнаты. Чёрная стая вихрем влетела в окно и превратилась в сгорбленную, сморщенную старуху в разорванном, потрёпанном плаще. Странно смеясь, она бесцеремонно устроилась в обитом тёмно-вишнёвым бархатом кресле.

— Не ждал? — спросила она.
Рыцарь молчал.
— А ведь именно я нужна тебе сейчас.
Он не спеша вложил сверкающий меч в ножны, прислонился спиной к прохладной каменной стене и, скрестив руки на груди, произнёс:
— Кто ты, почтенная женщина?
— Авдира — повелительница Дремучего леса, — пафосно прошамкала старуха.
— Повелительница? — он насмешливо усмехнулся.
— Да, повелительница, хозяйка.
— Одним словом — ведьма, — уточнил он.
— Ведьма значит «ведующая». Только я ведаю, как найти твоего Тевоса-пророка.
— И какую награду ты ожидаешь за эти сведения? — его голубые, почти прозрачные глаза стали грустными.
— Поклонись мне и попроси о помощи, только и всего. Такая малость.
— Ты служишь Князю Тьмы, и если я поклонюсь тебе, то пророк Теос откажется мне помогать. Он служит Повелителю Света. Однако ты коварна, женщина. Решила устроить мне ловушку, — его голос стал твёрже стали меча, рукоять которого он сжимал. — Покинь мой дом и никогда больше не попадайся на моём пути.
Ведьма вскочила, угрожающе подняла свою кривую, сучковатую клюку.
— Как ты смеешь так говорить со мной, жалкий воин! — визгливо закричала ведунья.
— Уходи! — мрачно проронил он.
— Ты ещё пожалеешь, страшно пожалеешь, — прошипела она. Взмахнув полами замызганного плаща, мгновенно обернулась чёрной птицей и вылетела в окно.

Он шёл по коридорам замка. Его шаги были легки, но весомы. Он напоминал зверя на охоте: высокий, широкоплечий, с чуть вьющимися волосами цвета спелой ржи. Хорошо выраженные скулы, красиво очерченные тонкие губы и совершенно очаровательные ямочки на щеках, которые придавали его мужественному лицу детскости. На стенах плясали причудливые тени от горящих факелов. Мягкое ковровое покрытие поглощало звук шагов. Он шёл в домашнюю часовню. Там он опустится на колени перед образом Повелителя Света и прольёт горячую молитву, прося помощи, защиты Иссора и того, чтобы ему открылось, где искать пророка Теоса.