ВОВ. Как исследовать?

Вопросы и *ответы*. Возможно.


Как исследовать?

Я верю, что наш мир познаваем. Т.е. a) он логичен – существуют законы физики, которые выполняются во всех обстоятельствах, и b) эти законы можно постигнуть силами человекоподобного разума.

Но как познавать этот мир? Найти себе клевого сенсея, обложиться самыми крутыми учебниками или всеми правдами и неправдами поступить в убершколу/институт? Там-то нам и раскроют все секретны этого мира. Правда, например лет через 100 (оптимистично) окажется, что все, что мы с таким трудом вызубрили – устаревший хлам. Найдется новый Эйнштейн, который убедительно покажет «глупому» человечеству, что оно глупое вместе с этим вашим старым Эйнштейном. Обидно. Я же учил…

Чтобы не остаться за бортом истории или даже войти в ее анналы, некоторые «выдающиеся» личности сомневаются во всем, что видят и что слышат. «Я знаю, что я ничего не знаю». Учителя негодуют: «Ты что сомневаешься во мне? Во МНЕ?», одноклассники  нашли неплохую мишень: «Че, самый умный?». При благоприятных обстоятельствах юный исследователь даже выживает и не перестает задавать вопросов. И со временем он понимает, что эффективнее всего пытаться самому найти ответ. Хотя бы сначала. И таким образом открывает для себя великий и ужасный в своей обманчивой простоте

*Научный метод*.

1. Столкнулся с каким-нибудь явлением - выдвигай гипотезы.
2. Развивай гипотезы в непротиворечивые теории.
3. Проведи подтверждающие теорию эксперименты.
4. Сравнивай теории между собой.
5. Для разных теорий проведи критические эксперименты.
6. PROFIT.
7. …
8. Ищи во все глаза новые явления и/или придумай еще гипотез.

Гипотезы и теории – частные случаи отображения мозгом мира. Мозг органами чувств фиксирует, сопровождает явления, т.е. какому-то положению вещей в мире (A, B, C…) он приводит в соответствие некоторую картину в голове (a, b, c...). Это практическое эволюционное решение. Хоть мозг и не учитывает всю сложность этого явления, а для некоторых связей у него даже инструмента наблюдения нет, это не мешает ему на практике использовать какие-то наиболее вероятные ветки развития события.

Мясо, собака, Эйнштейн…

Мы показываем собаке кусок мяса и бросаем его вдаль. Собака ничего не знает про баллистику, но инстинкт подсказывает ей бежать в направлении броска и нюхать. Конечно, инстинкт может и подвести. Так весело обмануть собаку и смотреть, как она мечется туда-сюда. Первые отражения – самые простые. Но именно они помогли этим собакам раньше других оказываться у объедков кроманьонцев, выжить и оставить потомство.

Древние греки тоже любят мясо. Но они умнее собак. Они начали думать: «А как летает мясо?». Про баллистику они тоже ничего не знали, но начали ее изобретать. Изобретать с нуля довольно сложно: инструментов лучше рук и глаз нет, про параболы никто ничего не слышал. Но греки любят индукцию. Они знают, что если просто уронить предмет или подкинуть его строго вверх, то он полетит по прямой. Поэтому они смело обобщили эти частные случая до всеобщего правила: предметы летают по прямым. Придумывать-то гипотезы они любили, а вот задачи проверять их не ставили. Древнегреческая культура созерцательна. Мало кто тогда задумывался о практической значимости. Объяснение считалось приемлемым, если оно было правдоподобным и элегантным, т.е. простым.

Ко времени Ньютона люди настолько пристрастились к мясу, что стали активно убивать друг друга с помощью летающих предметов побыстрее и/или потяжелее. Поэтому к летающим туда-сюда предметам накопилось уйма вопросов. Тарталья заподозрил, что предметы летают вовсе не по прямым, а по кривым, а особенно хорошо они это делают, если их кинуть под углом в 45 градусов к горизонту. Галилей смотрит в телескоп на маленькие летающие точки в небе и выдает основу баллистики в виде парабол. Но век уже не тот, когда можно взорвать людям мозг сильным предположением. Поэтому Галилей меняет все, предлагая проверять все экспериментом. И не таким, где умирают люди, а таким, где умирают гипотезы. Ньютон с товарищами провели столько этих экспериментов, что объяснили все, и даже немного загрустили, что больше никто не умрет. Конечно, они были неправы. Эйнштейн показал, что мясо можно хранить дольше, если его хорошенько разогнать. Гейзенберг предложил телепортировать очень маленькие кусочки мяса прямо в рот. Мораль: всегда будут новые способы употребить мясо.

Вывод как всегда внезапен - эволюция рулит.

Эволюция – это накопление приспособленности. Приспособленность – выживание в ситуации, адекватность ей. Насколько внутренне устройство организма соответствует пространство-временному изменению ситуации, настолько организм приспособлен. Иными словами приспособленность - это степень отражения мира в организме. В живой природе отражения фактически записаны в ДНК: смерть без потомства – статистическая несостоятельность отражений. У людей же появилась изменчивая психика. И если что-то идет не так, то еще до наступления критического отказа она может скорректировать поведение. Язык и культура позволяют мировозрению жить вне конкретного человека и тестироваться на бесчисленных ситуациях. Научный же метод - это следующий шаг. Мы не дожидаемся собственного провала, а активно ищем свою неправоту и, следовательно, становимся лучше, приспособленнее.

Таким образом, в природе отражения проявляются в виде конкретных приспособлений: крылья, ноги и хвосты. Каждая собака является проверкой как идеи собаки в целом, так и конкретного набора отражений. Человек благодаря ослаблению инстинктивного поведения и превосходной обучаемости стал значительно гибче реагировать на изменение ситуации. Он может перенять приемы у более успешного представителя или даже самостоятельно изобрести их. Т.е. изменчивость стала проявляться не столько в момент передачи генов, а просто в процессе жизни. Древние греки сделали следующий шаг. Они начали массово применять обобщения: из частных случаев они пытались выводить общие глобальные правила и объединять их в непротиворечивые теории, мировоззрения. Они старались отсеивать несостоятельные, но из-за слабости практической базы они в основном пользовались логическим анализом. В ходе этого мыслеизвержения было наработано огромное количество различных теорий и подходов. Если вам кажется, что вы придумали что-то новое, то это, скорее всего, уже было у греков в каком-то виде. Но только в эпоху Возрождения с развитием технических возможностей (инструменты, приборы, механизмы) научный метод замкнулся в круг: теперь каждую мысль мы стремимся проверить экспериментально. А часто наоборот: практика подкидывает сюрпризы в виде неожиданных результатов.

Но, как бы далеко мы не ушли от собаки, эволюция все равно будет нас преследовать. Кому-то придется умереть. Пусть лучше это будут наши теории.