Явление. 3-й и 4-й посетители Акаси

АКАСИ

Конни, позови этих польских панов.

ЦИЛЛИАКУС

Порознь, господин полковник? Они уже целый час в коридоре дожидаются.

АКАСИ (машет рукой)

 Порознь? Нет, Конни! У меня больше нет сил беседовать с каждым отдельно и выслушивать их очередные прожекты. Зови обоих вместе. Я выскажу им сразу всё, что о них думаю, а ты потом гони их в шею! Прямо с лестницы!

ЦИЛЛИАКУС

(ухмыляясь)

 Слушаюсь. Эй, паны, заходите! Полковник принимает скопом.

(Дверь с треском распахивается. Появляются пан Дмовский, польский националист: щегольские, аккуратно подстриженные усики, одет как для дипломатического приёма - фрачная пара и лаковые туфли, и пан Иодко-Наркевич, социалист: неопрятная борода, подчёркнуто простонародный вид - косоворотка и смазные сапоги.

 Дмовский и Иодко-Наркевич протискиваются в узкий проем одновременно, плечом к плечу. Слышно кряхтение. Дмовский исподтишка, с каменным лицом, бьет Наркевича локтем под дых. Наркевич в ответ с размаху наступает ему сапогом на лакированный туфель. Наконец они вваливаются в комнату и тут же выпрямляются, тяжело дыша).


ДМОВСКИЙ (с благородным негодованием)

 Господин полковник! Я решительно протестую! Что делает при нашей строго конфиденциальной, геополитической беседе эта социалистическая шваль?!

ИОДКО-НАРКЕВИЧ (держась за бок, яростно)

Нет, это я протестую, пан Акаси! Что делает при НАШЕЙ глубоко секретной, революционной беседе эта буржуазная националистическая свинья?!

АКАСИ (с силой бьет кулаком по столу, так что чашка с чаем подпрыгивает, кричит)

 Молчать! Будете говорить, когда вас спрашивают! Вы разговариваете с полковником Имперского генштаба, злые духи вас раздери.

У меня нет ни времени, ни сил разбираться в тонкостях ваших политических убеждений и партийных программ! Для меня вы все на одно лицо. Будем подводить итог ваших обещаний, реально проделанной работы и затраченных нашей казною средств!

Начнем с вас, пан Дмовский! В марте четвертого года я самолично приехал в австро-венгерский Краков с рекомендательным письмом от ваших финских единомышленников. Вы с порога отвергли идею вооруженного восстания.   Но зато подкинули мне гениальную, как мне тогда показалось, мысль: агитировать солдат-поляков в Маньчжурии сдаваться в плен, чтобы разложить русскую армию изнутри. Меня это крайне заинтересовало. Мы организуем вам поездку в Токио! С написанным мною рекомендательным письмом к генералу Кодама и оплачиваем вам, пан Дмовский, под видом корреспондента журнала

(пытается произнести)

пше... пше...

ДМОВСКИЙ

«Пшеглёнд вшехпольски»...


АКАСИ

Тьфу, язык сломаешь, - роскошное кругосветное путешествие через Канаду! Полтора месяца вы изволили кататься вокруг света за счет микадо!

ДМОВСКИЙ (высокомерно выпрямляясь)

 Это был необходимый кружной маршрут ради безопасности миссии…

АКАСИ

Молчать!

Теперь вы, пан Наркевич! В середине того же марта вы самолично являетесь в наше посольство в Париже с точно такими же предложениями! Литература, призывы сдаваться в плен и — ваш главный козырь — обещание взорвать Сибирскую магистраль! Наши генералы в Токио от счастья потирали руки! Двадцать марта подтверждают вам: «Дадим субсидии, взрывайте!»

А в это время наш министр-крыса, проклятый барон Комура, начинает со своей стороны вставлять палки в колёса: «Никаких диверсий, это терроризм, мы цивилизованная нация»!

Но вы уже во что бы то ни стало решили подогреть наш интерес! И вместо отмененных диверсий тут же, с ходу, предложили нам… организовать в Польше грандиозное вооруженное восстание! То самое, от которого пан Дмовский плевался! Но, разумеется, строго при одном маленьком условии — если Токио зальет вас масштабными денежными вливаниями! И вам, социалистам, пану Пилсудскому и пану Филипповичу мы снова без звука оплачиваем кругосветное путешествие в Токио! Тоже через Америку!

И вот три главных польских патриота — Дмовский из Лиги Народовой, и  Филиппович с Пилсудским из ППС — совершенно случайно сталкиваются нос к носу в Токио. Посреди престижного торгового квартала Гиндза. И что же?   Вместо того чтобы вежливо раскланяться и пойти заниматься делом, ради которого им купили билеты вокруг света, они прямо на улице, на глазах у изумленных японцев, устраивают грандиозную разборку! Начинают орать и выяснять, кто из них больше любит Польшу, а кто только спит и видит, как бы повыгоднее продать её русскому двуглавому орлу! И вы, пан Дмовский, сделали всё, чтобы сорвать в наших официальных инстанциях план пана Пилсудского по организации всеобщего вооружённого восстания в Польше! Что вам и удалось!


ДМОВСКИЙ (насупившись)

За последние сто лет в Польше было три восстания против русского господства, и все они были залиты кровью!

АКАСИ

Молчать! И я ещё должен давать вам уроки элементарной стратегии! Никогда ещё не было такого благоприятного шанса, как сейчас. Царь и его генералы с громадным трудом за год перебросили бОльшую часть своих войск за десять тысяч километров в Маньчжурию. И что, по-вашему, они с лёгкостью бы вернули их обратно в западные губернии? Особенно, если бы Транссибирская магистраль была подорвана во многих местах!


Дальше я уже действовал на свой страх и риск в обход Комуры, опираясь только на Генштаб.   Пока вы, пан Дмовский, вальяжно катались вокруг света, изображая из себя великого журналиста, руководство вашей партией временно перешло к Зигмунту Балицкому. И в том же марте четвертого года я предложил вашему Балицкому подумать: как бы нам, хотя бы временно, вывести из строя сибирский рельсовый путь? И ваш Балицкий запрыгал от радости! Закричал, что идея подрыва Транссиба полностью соответствует замыслам самих поляков. Мол, шляхта костьми ляжет, но максимально затруднит российским властям переброску солдат-соотечественников на Дальний Восток!

Я, как дурак, запросил у своего Генштаба в Токио тридцать тысяч иен специально под ваши польские диверсии. Генштаб ради такого дела мгновенно согласился и выделил золото. В конце марта четвертого года я лично передал всю эту немалую сумму вашему Балицкому! Из рук в руки! И с апреля наши генералы замерли у телеграфных аппаратов в ожидании, когда Транссиб взлетит на воздух и русские поезда полетят под откос! И каков же итог?!

 ДМОВСКИЙ (пытаясь сохранить лицо)

 Газеты писали о серьезных происшествиях на магистрали…

АКАСИ

 Молчать! Происшествиях? С апреля из Сибири стали поступать известия о ваших великих «диверсиях». Сравнительно мелкие, ничтожные аварии! То телегу на рельсах оставят, то гайку открутят! Максимум, чего добились ваши доблестные подпольщики на наши тридцать тысяч иен — это остановили движение поездов на одни сутки!
 
И тогда, раз ваши дилетанты не могут взорвать Транссиб, я решаю вырастить профессионалов! И в июне предлагаю вашим «народовцам»: дайте мне верных людей, мы сделаем из них мастеров подрывного дела! Из самой Японии выезжает специальный инструктор подполковник Танака — артиллерист, гений взрывчатки! Человеку специально оплачивают проезд вокруг земного шара, чтобы он передал технику взрывного дела польскому подполью! И что же, пан Дмовский! Что вы мне ответили?!

ДМОВСКИЙ (высокомерно поджимая губы)

Мы, Лига Народова, — солидная организация. Мы терроризмом никогда не занимались, подрывного дела не знаем, а благородная шляхта марать руки в динамите не приучена.

АКАСИ

И вы, гордые паны, бежите на поклон к своим злейшим врагам — к социалистам в ППС! Просите: «Дайте подрывников, а то перед японцами неудобно, иены пропадают!» И вы, пан Наркевич, с барского плеча выделяете двух молодых боевиков. Всего двух! Хотя в Кракове пан Пилсудский, он же "Дзюк", открыл в Кракове целую школу для подготовки боевиков для нападения на банки, грабежа поездов и других революционных экспроприаций. Убийц и грабителей готовили пачками! Что же. В Германии эти двое проходят курс обучения под руководством Танака.

 Но в Сибирь в итоге так никто и не был послан! Когда пришло время ехать в Сибирь, паны вдруг внимательно прочитали отчеты об охране магистрали. И с ужасом обнаружили, что на каждом — надо же, на каждом! — устое моста круглосуточно стоит русский часовой с заряженной винтовкой Мосина!

Какая неожиданность! Нежные польские революционеры вдруг совершили потрясающее открытие: оказывается, Транссиб охраняют! Оказывается, если ты с рюкзаком японского динамита попытаешься подползти к мосту, в тебя — о ужас! — будут стрелять! Настоящими боевыми патронами! Диверсия отменяется, потому что там могут убить! «Ой, там стреляют, мы не поедем»?!

(Акаси вплотную подходит к Дмовскому и Наркевичу, трясясь от ярости)

И это ещё не всё! Вы обещали мне сорвать призыв в русскую армию на территории западных губерний! Сказали: «Польские парни солдатские сапоги не наденут!» Субсидии выделены, субсидии освоены, а результат? Ноль! Абсолютный ноль!

ИОДКО-НАРКЕВИЧ (оправдываясь)

Пан полковник, но мы же развернули колоссальную, титаническую работу среди солдат! Вся партийная печать работала на износ!

АКАСИ 

Молчать! Работа у них кипела! Нашли дураков! Единственное, чем вы реально и беззаветно занимались — это распространяли свои партийные брошюры среди польских военнопленных в лагерях на территории Японии!  В глубоком, безопасном тылу, за тысячи верст от царской полиции и жандармов! Пристроились!

ДМОВСКИЙ (гордо)

Мы ковали национальное самосознание будущих борцов за свободу!

АКАСИ (вскипает)

 Зачем мне их самосознание?! Вы занимались саморекламой за японский счёт! Эти пленные для Имперского генштаба — отработанный материал! Сброшенный со счетов балласт, который больше не сделает ни одного выстрела в этой войне и сидит на нашем казенном рисе!

(резко выпрямляется, его лицо становится абсолютно каменным)

 Итог, гоноровые панове, неутешительный! Дальнейшее сотрудничество я полагаю бессмысленными. Конни, покажи господам, где находится дверь!

ДМОВСКИЙ (вскидывая подбородок, с благородным негодованием)

Господин полковник, я решительно протестую! Это несправедливо! Весь ваш бюджет сожрала эта проклятая социалистическая шваль! Они сорвали мне великую геополитическую миссию!

ИОДКО-НАРКЕВИЧ (багровея от злости, перебивает)

Нет, это я решительно протестую, пан Акаси! Вы совершаете историческую ошибку!  Мы, социалисты, готовы были горы свернуть. А тут сейчас свалили на наших святых, сознательных пролетариев, тотальную тупость, шляхетскую лень и импотенцию этих буржуазных псевдопатриотов!

АКАСИ

Прошу на выход, господа!

ЦИЛЛИАКУС

Господин полковник, погодите. Рассудите здраво! Польша ведь слишком важна. Это истинная ахиллесова пята Российской империи. Мы не можем оставить этот регион вообще без агентуры.

АКАСИ

 Конни, ты посмотри на них! Это не агентура, это оперетта!

ЦИЛЛИАКУС

Уверяю вас, если я сейчас пойду набирать новых, они окажутся еще хуже. Эти двое
 
 (показывает на притихших панов)

 ещё из самых вменяемых. Помните, как писали в газетах про массовую польскую эмиграцию в США? Британские ученые подсчитали, что этот процесс резко понизил уровень интеллекта в обеих странах!

АКАСИ (недоуменно)

 Это как это?

ЦИЛЛИАКУС

Очень просто. Из Польши уехали лучшие умы — но по американским меркам они всё равно оказались настолько тупыми, что уронили средний IQ в Штатах. А в самой Польше после их отъезда остались ещё более тупые! Так что набирать новых – бесполезно. Других у меня для вас нет.

АКАСИ (долго смотрит на Дмовского и Наркевича, те синхронно и преданно заглядывают ему в глаза, как побитые спаниели; полковник обреченно машет рукой)

Ладно. Твоя правда, Конни.

(Акаси нехотя запускает руку в набрюшник. Достает оттуда две тощие, сиротливые пачки британских фунтов. Поляки мгновенно выпрямляются и делают стойку).

 Вот! Последние субсидии на вашу клоунаду. Но предупреждаю! Я самолично приеду в Краков. Как ревизор! Тайный, внезапный и беспощадный! И вы, гоноровые панове, дадите мне отчет по каждому истраченному фунту! Если Транссиб снова устоит — я лично заставлю вас зубами откручивать гайки на рельсах! Убирайтесь!

(Посетители одновременно протискиваются в дверь, пытаясь исподтишка лягнуть друг друга).


АКАСИ (со стоном падает в кресло, закрыв лицо руками)

Моя голова… Эти паны высосали из меня последнее здоровье.

(Вдруг сверху, с потолка, раздается топот, будто прямо над номером полковника проходит стадо слонов).

АКАСИ (подскакивает)

Конни, что там происходит?!

ЦИЛЛИАКУС (с ухмылкой смотрит на качающуюся люстру)

Ничего особенного. Это революционного попа Гапона осаждают посетители. Это я на всякий случай посоветовал ему поселиться здесь, чтобы был под рукой… В основном французские и английские журналисты. Все хотят видеть эту новую звезду русской революции, взять интервью или хотя бы сделать фотографический снимок. Вы разве не читали в газетах?

АКАСИ

Читал! Но я абсолютно ничего не понял в этой политической каше. Мой японский разум отказывается это переваривать.


ЦИЛЛИАКУС

А тут всё просто, господин полковник. В январе этот поп — ну, то есть бонза по-вашему — поднял тысячи рабочих в Петербурге и повёл их с петицией и политическими требованиями прямо к царскому дворцу.


АКАСИ (округляет глаза, искренне потрясен)

Что?! Бонза повёл толпу простолюдинов с политическими требованиями к императорскому дворцу?! Для Японии это уму непостижимо! Конни, объясни мне, как власти вообще допустили такое? Если бы наш бонза, если он конечно сойдёт с ума, посмел вести толпу оборванцев к дворцу Микадо, его бы изрубили на куски у первых же ворот!

ЦИЛЛИАКУС (разводит руками)

Примерно так и произошло. Толпу рассеяли ружейными выстрелами, было много убитых, а сам поп сбежал. Ему состригли волосы, переодели в мирское платье, и через пару недель он появился здесь, за границей.

АКАСИ (нервно ходит по комнате)

Но как вообще дело дошло до этого? Где была тайная стража? Где глаза и уши государства?

ЦИЛЛИАКУС

Видите ли, господин полковник… Этот поп первоначально сам был секретным агентом на содержании Департамента полиции. Ему платили приличные деньги, чтобы он организовал лояльный рабочий союз и отвлекал пролетариев от революции молитвами и борьбой с фабрикантами за улучшение бытовых условий. Но тут его куратора, одного полицейского чиновника – его фамилия Зубатов,-  который единственный мог держать его в узде, неожиданно уволили за какие-то интриги против министра. И поп, оставшись без присмотра, пошёл вразнос! Почувствовал себя мессией, то есть человеком, пришедшим в мир для того, чтобы спасти его, по вашему - Буддой Матрейей. А высшие власти до последнего момента и в ус не дули — сидели и думали, что всё схвачено, ведь во главе рабочего движения стоит их карманный человек!

АКАСИ (останавливается)

Конни, какие еще интриги? За что уволили куратора?

ЦИЛЛИАКУС (пожимает плечами)

Сейчас уже никто не может вспомнить. На месте министра внутренних дел у них уже третий человек за год.

АКАСИ

За один год?

ЦИЛЛИАКУС

Именно. Первого, Плеве, взорвал — ну, не своими руками, конечно, а бомбами боевиков — тот самый господин с внешностью профессионального провокатора, которого вы только что принимали.

АКАСИ
Не только с внешностью провокатора, но и внутренностью!

ЦИЛЛИАКУС

Как скажете, вам виднее. А раньше до этого, эсеровские террористы застрелили предшественника Плеве, Сипягина. И он, Диканьский, тоже был к этому причастен, хотя и не он тогда руководил. 
 
АКАСИ

А кто пришел после Плеве?

ЦИЛЛИАКУС

После Плеве был князь Святополк-Мирский. Так вот его-то и свалил наш попик своим Кровавым воскресеньем! Князя тут же выперли в отставку. Сейчас министром назначили уже Булыгина, но судя по тому, какой бардак творится в империи, и этот в своем кресле долго не продержится.

Впрочем, Булыгин в своём министерстве вовсе не хозяин. Всем министерством и всей полицией империи сейчас заправляет его заместитель — генерал Трепов. И тут, господин полковник, кроется примечательная историческая деталь! Отца этого самого Трепова тридцать лет назад подстрелили из револьвера товарищи нашего самого первого посетителя — «дедушки» Николая Чайковского!

АКАСИ (останавливается посреди комнаты, качает головой)

Конни, в Российской империи уже больше тридцати лет продолжается непрерывная внутренняя война!

Сын мстит за отца, полиция взращивает попов-революционеров, министры взлетают на воздух один за другим… И вместо того, чтобы наконец заняться обустройством внутри собственной империи, эти люди постоянно задирают соседей! Они ввязываются в новые войны и пытаются присоединять всё новые территории и племена. Как будто им мало имеющихся нескольких десятков народов, которые и так не имеют между собой ничего общего! Зачем им чужая земля, если они на своей порядок навести не могут?!

ЦИЛЛИАКУС (усмехается)

Всё очень просто, господин полковник. Эта огромная империя держится исключительно военным престижем и внешним блеском завоеваний. Только этот блеск и заставляет всех внутри и вне страны склоняться перед силой царя. Ну чем ещё, скажите на милость, эти «рюся» могут кого-то поразить? Своей культурой? Бытом? Техническими достижениями? Быть может, народной зажиточностью и богатством? Смешно! Вся их колоссальная империя — это обычный карточный домик, только гигантского размера, который неминуемо развалится после двух-трёх серьёзных военных поражений. Одно такое у них уже было — Крымская война. Ещё одно-два поражения, скажем от вашей армии — и вся эта гигантская пирамида с треском рухнет. Некоторые умные ловкачи в Петербурге, вроде Витте, сидя на самой верхушке этой пирамиды, прекрасно всё понимают. Они отчаянно пытаются балансировать и спасти её от обрушения.

Витте попытался лихорадочно нарастить империи индустриальные мускулы. Он понимал: иначе Россия безнадёжно отстанет от других великих держав в мировой гонке вооружений. Но за чей счёт проводилась его политика индустриализации? Чтобы привлечь в страну иностранный капитал (а на хилый отечественный -  надежд не было), норму эксплуатации русских рабочих задрали до немыслимых пределов. Иначе иностранные капиталисты в Россию просто не пришли бы. Такой эксплуатации трудящихся, как там, нет нигде в развитых странах, разве что в колониях.  Положение русских рабочих хуже положения чёрных рабов на плантациях. С них дерут буквально три шкуры — и всё это с полного дозволения и благословения властей.

Своей ускоренной индустриализацией Витте создал многомиллионный рабочий класс. И теперь этот пролетариат — кипящий котёл, готовый взорваться в любую секунду.
 
Царские министры в панике. Они понятия не имеют, что делать с этой разъярённой массой!

Зато отлично знают социалисты и коммунисты всех мастей. Они спят и видят, как воплотить свои социальные теории на практике. Агитаторы облепили промышленных рабочих со всех сторон, как мухи. И тогда в недрах Охранки родился ответный план. Начальник московского охранного отделения Зубатов разработал гениальную теорию — «полицейский социализм». Суть проста: его собственные тайные агенты должны возглавить рабочее движение, создавать легальные союзы и уводить людей подальше от анархистов и коммунистов. Канализировать гнев в мирное русло. И кто у Зубатова был первый и самый перспективный агент на этом поприще? Наш попик! Но Зубатова выперли и даже сослали.  И поп, предоставленный сам себе, пошёл в разнос. Но до последнего момента полицейское начальство пребывало в уверенности, что ситуация под контролем.

А Витте? Его тоже по сути отставили, лишив реальной власти. И он принялся заигрывать с революцией, дожидаясь, когда его призовут вновь. И тщательно скрывая свои планы беспощадной борьбы с нею, начиная с момента, когда власть опять очутится в его руках.


АКАСИ

Ты знаешь, Конни… Наш министр иностранных дел, барон Комура, ужасно опасается одного деликатного момента. Он боится, что если мы с тобой свалим русского царя, то в Токио просто не с кем будет подписывать мирный договор!
Японской империи юридически некому будет продиктовать условия капитуляции!

ЦИЛЛИАКУС (громко хохочет)

Какой болван ваш барон Комура! Передайте ему, господин полковник, если царь рухнет — просто берите себе столько русских территорий, сколько захотите! Ни в чём себе не отказывайте! По мне, так забирайте всё - вплоть до самой финской границы. А если Комуре так уж необходима подпись на официальной бумаге с печатью — пусть не переживает. Мирный договор они могут подписать прямо со мной!

АКАСИ (смеётся)

Или с сегодняшним паном в лакированных штиблетах.


ЦИЛЛИАКУС

Романом Дмовским? Кто знает...