Война и Мiръ СВО, добровольцы и армия
Известные «воцерковленные» православные общественно-политические деятели О.Ю. Кассин, С.В. Скатов, «царист» Л.Е. Болотин откликнулись публикациями на юбилей своего близкого единомышленника: -
Нашему соратнику и давнему другу, зам. главного редактора «Руский Весттник», Борису Юрьевичу Земцову 14 августа сего года исполняется 70 лет…
Земцов в качестве добровольца участвовал в балканской войне начала «лихих 90-х» в распадающейся под западной политической пропагандой «обретения независимости ее народов» Югославии. Собственно в войне сербов против колониальной агрессии глобалистов иудаистов Запада. Впервые книга Б.Ю. Земцова о миссии в ней российских добровольцев под скромным названием «Боснийская тетрадь» вышла ещё в девяностые годы. Она осталась практически неизвестной широким читательским массам. Земцов написал и издал следующую книгу о тех событиях: - «Мой Балканский рубеж. Исповедь русского добровольца» М.: Книжный мир, 2018.
Его друзья поделились своими мыслями о добровольческой миссии Земцова 1992 года в событиях Боснии, описанные им в книге «Боснийская тетрадь». Мысли эти, как в капле воды отражают политическую сумятицу этноруского мировоззрения всех этих людей «патриотического» толка. Далее Мы с Вами разберем их публичные впечатления и отделим «зерна» руской правды от советско-демократических «плевел». И так на выдержках из «Боснийской тетради» в ее комментариях соратников Земцова Мы с Вами и посмотрим на те судьбоносные события «лихих 90-х»: -
Земцов по пути в Боснию. В поезде «Москва — София» уже первая встреча Земцова с будущими соратниками сбивает остатки романтического настроения с реалий этого русского добровольческого движения начала 1993 года: -
«Война есть война, и притягивает она в первую очередь, разумеется, людей жёстких… Тем не менее действительность превзошла все ожидания. Изрядная часть группы, похоже, ёмко может характеризоваться мало ласкающим слух термином «шпана». Ясно, что в Югославию едут они с какими угодно, только не с политическими целями, и вряд ли свербят их души боль и беда братского православного народа.
Вот эти подвыпившие, матерящиеся мужчины едут на… войну. По сути, они добровольно приближают возможность собственной смерти. Значит, они изначально незаурядные люди. Но там ты наёмник, человек почти вне закона. Пытаюсь осмысливать суть грядущей миссии. Наш отряд объективная реальность: - почти три десятка российских граждан, принявших решение, рискуя собой, помочь сербам в их неравной борьбе с Мировым порядком.
Продолжаю присматриваться к своим попутчикам. Почти половина — казаки. В основном с Дона, есть и уроженцы Ставрополя, сибиряки. Они страшно горды принадлежностью к казачеству, держатся свысока. Обратился к ним по незнанию: - «Мужики!», в тот же миг был жёстко одёрнут: - «Мы не мужики, а казаки». Оказывается, в их сознании уже четко отложилось: русские мужики это, по сути, второй сорт, казаки же элита».
Эти казачьи фрагменты «Боснийской тетради» вызвали возмущения у многих представителей общественного казачьего движения.
Здесь сразу требуется руское расовое разъяснение. Государственную роль военных мобилизантов на Руси выполняли стрельцы, сословие созданное и удтвержденное Царем Иваном Грозным. В то же время в Малороссии за днепровскими порогами образовалась Сечь, военизированное полубандитское сотрудничество «лихих людей». Те занимались набегами за «хабаром» и наемничали тем, кто платил. Казаки Заруцкого собственно и посадили на царский трон Михаила Романова, в народе прозванного «казацкий царь». И первое царствование проходило под попытки выгнать из Москвы этих разбойников. Великий Раскол сразу противопоставил стрельцов, государственников и иудохристианский нововеров Романовых. Стрельцов изтребили, а на их место поставили новое сословие казачества. Но сечевой дух вольницы, всегда в чем то противопоставлялся духу рускому государственному, и в самом казачестве линейцы государственники и «черноморцы» сечевого духа сторонились друг друга. А с появлением автоматического оружия роль конного казачества, как грозной военной силы упала и в казачестве, изпользуемой как полицейская сила пошло политическое брожение автономии. Революция сделала казачество поголовно автономщиками. Поэтому застрелился наказной атаман, генерал Каледин, а казачество фактическине поддержало Корнилова и Деникина. Собственно здесь чисто руским, погранично государственным, было лишь терское казачество. Оно договором Сталина, Кирова, Микояна и т. д., с кавказцами сразу пошло под нож горских бандитов, коим согласно договоренностти и отдали земли, имущество, казачьи станицы, как и сами города Грозный и Владикавказ.
А возрождающееся в перестройку новое казачество «ряженых», сразу приняло лозунг: - «казаки есть народ». Вот откуда и родилось то, что «казачьи фрагменты «Боснийской тетради» вызвали возмущения у многих представителей общественного казачьего движения.
«Довелось познакомится с третьим соотечественником… Это Саша Щ. И сербам, и нашему брату-добровольцу он известен под колоритной кличкой Граф. Родом откуда-то из Сибири. Гражданская специальность — повар. К военному делу отродясь никакого отношения не имел. Даже не служил в армии. Зато здесь, в Югославии, быстро выделился среди русских добровольцев организационными способностями, сколотил мобильный отряд из нескольких десятков сорвиголов, на счету которого немало смелых, грамотно спланированных операций. Видно, природа щедро наделила Сашку полководческим талантом, и дремал тот талант в человеке, пока обстоятельства его не разбудили. Для сербов Граф — едва ли не национальный герой. «О Граф», — восклицают они и, восхищенно округляя глаза, цокаю языками. Воевать Сашке определенно нравится. Но воюет он не ради войны, а ради правого дела. Граф прекрасно ориентируется в нынешнем хитросплетении политических интриг на Балканах, знает истинную цену «нового мирового порядка», осведомлен о роли международного масоно-сионистского капитала. Однако от ура-патриотических, шапкозакидательских настроений Граф далек…
— А вообще-то, эта война никому не нужна.
— Никому! Ни сербам, ни хорватам, ни мусульманам. Да и нам…
Что же, Графу виднее, он здесь давно, право на личное, даже нетрадиционное, мнение имеет. Нам же, не воевавшим, рассуждать на эту тему пока безсмысленно. Во все времена во всех войнах всегда существовало две правды — правда верхняя, правда политиков и больших полководцев, и правда низовая — окопная, правда солдатская. Сталкивать «лоб в лоб» две таких точки зрения попросту неразумно».
(естественно диалога между подобными «правдами» идеологической красной псевдоправдой и правдой руской быть не может; а вот утверждение этой публикой двух правд есть типичное наследие духа советского ренегатства, от подобных «православных, воцерковленных» деятелей; кое идеологически неискоренимо в современной «православной псевдоруской патриотической» среде чекистской РПЦ; тот же «царист» Болотин типичный ее представитель; тут можно смело провести параллель с красноренегатским духом нового казачества; к этому времени «ссср» была обречена на распад и все эти «воцерковленцы», интеллигенты: - «физики и лирики» начала 80-х в массе были направленцы идеологического андроповского красного призыва «воцерковления» в РПЦ начала 80-х годов XXвека; многие из них далее стали «царистами»; и их ренегатская роль в разследование Цареубийства показана у меня в разных работах В.М.)
Сам Борис Земцов с четырнадцатью русскими добровольцами взял и отстоял высоту Заглавок в бою 12 Апреля 1993 года против нескольких сот исламских боевиков и тем самым свою жизнь полагал на то, чтобы террористическую орду не допустить в сербский Вышеград, где изуверы намеревались устроить резню. Теперь 12 Апреля в Республике Сербской является государственным праздником, посвященном Русским Добровольцам.
Болотин: -
У автора происходит творческий акт самопознания, осознания самого себя среди вроде бы чуждых по духу и настроениям людей, так отличающихся от основной массы пассажиров-челночников. Те везут российские электротовары в Болгарию, реализуют их там, а потом отправляются с вырученными деньгами в Турцию для закупки дубленок, кожаных курток и тому подобного. С новыми товарами они возвращаются в Россию, чтобы выгодно продать турецкое добро, а на вырученные деньги повторить новый цикл. В гражданскую войну 1918–1922 годов такой спекулятивный типаж на железных дорогах России именовался мешочниками.
(не знаю, как характеризовать отзыв Болотина о мешочниках 1918-1922 годов; это было руское крестьянство оторванное красными революционными зверями от связи с городом»; руские крестьяне с мешками продуктов пытались прорваться в город и обменять их на соль, спички, ткана и т. д.; красные звери перехватывали их и убивали, а в деревню отправлялись продотряды отнимать зерно и продукты у крестьян; мнение Болотина кощунство над безчисленными ритуально-мистическими рускими жертвами красного террора В.М.)
Эта малочисленная группа из 27 добровольцев, вне зависимости от побудительных импульсов каждого из них, вливалась в русское добровольческое движение.
А ещё большее значение движения русских добровольцев в Сербии 1992–1996 годов, как оказалось, имеет громадное духовное значение для борьбы ополченцев и добровольцев на Донбассе в 2014–2021 годах. Потом же и с некоторого этапа СВО.
В начале Осени 2022 года в бои на некоторых участках фронта СВО включилась группа «Вагнер». Через некоторое время руководителям группы разрешили верстать в число своих бойцов добровольцев из числа заключенных, которым после определенного срока боев, участия в штурмах гарантировалась амнистия. После — уже со второй половины 2023 года испытанная «вагнеровцами» практика верстания бойцов-«кашников» из зеков распространилась и на регулярные части Вооруженных Сил России в зоне СВО. Причем такая практика сохраняется и до сих пор. В своем подавляющем большинстве практика оказалась достаточно успешной. Многие бывшие — уже амнистированные «кашники» добровольно заключали и заключают контракты с ВС России. Нередко они становятся опытными командирами боевых групп».
Подведем некоторые итоги послевоенной ВОВ катастрофы руских воинов мобилизантов, как и значения добровольчества 90-х и его влияния на события Новороссии 2014 и СВО.
Любая война, а тем более такая как ВОВ это народная трагедия, коя лишь частично излечивается в среде народа. Руский народ трагедия ВОВ захватила кратно более всех остальных «братских народов». «Война есть война, и притягивает она в первую очередь, разумеется, людей жёстких…» характеризует ее главных действующих лиц. Годы между жизнью и смертью и полное беззаконие хода войны накладывают неизгладимый отпечаток и особенно на ее ведущих участников. Масса людей добившихся неимоверными усилиями и страданиями Победы в ВОВ и выделившихся в ней оказались неспособны влиться в упорядоченный ритм и труд в мирной жизни. В первые послевоенные годы эти демобилизованные бойцы косяком пошли в лагеря. Но и там воровская среда приняла их «мужиков» в штыки, а они презирали воровскую среду и не могли приспособится к лагерной жизни. Вот тогда красные звери стали вовлекать бывших фронтовиков, «красноповязочниками», в сотрудничество с лагерной администрацией. Так разгорелась жестокая кровопролитная борьба «воров» и «сук».
Привлечение в СВО лагерников сыграло и играет большую роль. В этом плане роль ЧВК Вагнер в СВО и Руской Истории стоит особняком. То был прорыв к рускому расовому духу. Пока его громадное историческое значение российским обществом воспринимается интуитивно, смутно. Под стать ему упоминание о Вагнер типичного гражданского «пинжака» Болотина и всей этой «патриотической» компании.
Вагнер создавался околокремлевскими международными торговцами оружием для Сирии и африканского влияния, как околокоммерческая служебная и политическая структура. Но в руках кремлевских «пинжаков» он обрел свои великие черты. Там сошелся организаторский гений Пригожина и воинский гений Уткина. Пригожин прошел восьмилетнюю лагерную школу жизни. В лагере не ломается, а оформляется в самостоятельную личность лишь психосоциолог обладающий соответствующим природным даром. Там надо отвечать по большому счету за каждое свое движение и слово. Иной там ломается, либо превращается в послушную пыль на ветру. Привлечение лагерного контингента в ряды Вагнер там было простой жизненной потребностью. Подготовка была жесткой и тяжелой для всех. Новобранец начинал службу рядовым. Исключений не делалось ни для кого. Это и послужило известным отказом Стрелкова от его участия в Вагнер, где ему предложили пройти подготовку и встать в строй рядовым. Основой воинства Вагнер был железный характер, и самой системы, коллективное обсуждение поставленных задач, принятие решений, и такого же неукоснительное исполнения принятых решений.
Такая системность для соединений МО Шойгу не подходила в принципе. А Вагнер категорически отказался менять свою воинскую структуру, как и требовал от службы тыла МО безперебойного снабжения всем для выполнения поставленных задач СВО в духе «так нам воевать или сказки слушать». Разрешить этот вопрос руководство РФ было не в состоянии, да и не имело суверенного права решать его в подобном ключе. Надо было тогда переводить в существующий воинский режим Вагнер и иные соединения ВС МО. Последовал марш справедливости. Что в итоге и привело к убийству Пригожина и Уткина, с фактическим шельмованием их памяти, как мятежников, и уничтожению самого Вагнер.
Уже два месяца идет новый этап СВО. ВСУ БПЛА методично выбивает беззащитную госстуктуру жизнеобеспечения РФ. А сама линия ЛБС практически потеряла значение, для сил БПЛА ВСУ вся территория РФ превратилась в учебно-тренировочное Поле Боевого Столкновения. Причем Зеленский делает программные заявления «принуждения России к миру» и прочее. Публичной реакции Кремля не следует давно никакой.
Сегодняшняя СВО все же, когда то, рано либо поздно кончится и что ждет ее военных демобилизантов уже сегодня должно волновать кремлевскую власть. Но судя по вовлечению в исполнительную власть околовоеных прилипал, типа рыбного спекулянта, торгаша Жоги и ему подобных, российская власть совершенно недееспособна здесь ни в каком созидательном плане.
Вот такой тягостный финал сегодня у Наших с Вами разсуждений.
Свидетельство о публикации №226081901532