***

Глава 3. ЖЕЛАНИЯ  И НАДЕЖДЫ. Часть1
 
Предыдущее: Глава 2. Рассказ о семье и юности мамы, часть 5. http://proza.ru/2026/05/06/128

Глава 3. Желания и надежды. Часть 1.  Молодёжь и Революция.

             Воспоминания. Слепов Лазарь Андреевич

                Там жизнь скучна, когда боренья нет.
                М.Лермонтов

            
Аскетизм и трудовые будни революционной молодёжи; Учёба в Нижнее-Волжском отделении Института подготовки кадров Красной профессуры; Мечты о дальнейшем образовании

   
  Я выбрал этот эпиграф, потому что он, по-моему, отвечает духу нашего времени, жизни, работы, увлечениям. Конечно, на такой взгляд сказывается пора молодости – время деятельности и кипения сил, когда у человека рождаются чистые и возвышенные мысли и чувства. Прав был Шелгунов*, когда он говорил, что молодость с её  благородным энтузиазмом, с её стремлением ко всему честному, к общественной правде, есть одна из прогрессивных сил общества. И это верно. Идеалы революции, детьми которой мы были, и которые мы впитывали как губка впитывает воду – двигали нашими помыслами, нашими действиями. Работа в комсомоле: бесплатная, безвозмездная, и в то же время, работа трудная…

Помню, когда я работал в Укоме комсомола (1923-1927 гг.), в страдную пору во время посева или жатвы, часто, чтобы не отрывать лошадей от работы в хозяйствах (работа в уезде давала право на использование перекладных лошадей крестьян для поездки по общественным делам бесплатно, т.к. зарплаты мы не получали), мы шагали пешком в стоптанных ботинках или сапогах, от села к селу, от волости к волости, многие километры, чтобы провести собрание комсомольцев, или конференцию или какое другое мероприятие в далёкой степной или лесной деревне. А зимой? В стужу и холод на кляче отсчитываешь версту за верстой, чтобы попасть в комсомольскую ячейку, чтобы сделать доклад или побеседовать с комсомольцами…  И всё же. Какая это была увлекательная работа!
 
Вспоминаются первые годы мирного хозяйственного строительства после окончания гражданской войны. Время борьбы с разрухой, когда жизнь была трудна – физически и духовно. Физически потому, что не было даже хлеба, мы питались кислыми щами и пшенной кашей, вместо хлеба часто на столе были суррогатные лепёшки из муки и картофеля. Духовно потому, что многие  в деревне из зажиточных мужичков смотрели на нас с недоверием, а кулаки - со жгучей ненавистью.

Приходилось во всём отказывать себе. Именно в это время сложился аскетический взгляд на «образ жизни», когда мы, комсомольцы считали, что надо во всём себя ограничивать. Девушки, а тем более парни не могли носить фильдеперсовые чулки или носки (это было модно и красиво, а сейчас даже в словаре такого слова нет, правда в продаже имеются), надевать галстук… Это было «пережитком старого» и считалось зазорным. Танцевать с девушкой или гулять с ней «под ручку» - Боже упаси! Это считалось не этичным.

На фоне разрухи и тяжёлой жизни развилась беспризорность – больно было видеть детей в лохмотьях, голодных, бродивших по базарам, чтобы стянуть у зазевавшейся торговки кусок хлеба, какой-нибудь овощ, чтобы утолить голод. Мы, комсомольцы, по призыву Феликса Эдмундовича Дзержинского** по ночам ходили по развалинам домов и подвалам, собирали этих беспризорных детей, чтобы отправить их в детские дома.
Трудное это было время. Но трудности существуют для того, чтобы с ними бороться, а не пасовать перед ними. Они нас закаляли, тем более что не были мимолётными, а тянулись годами.

Живы воспоминания об индустриализации страны, в начале которой я работал в комсомоле до призыва в Красную Армию. В годы индустриализации советские люди с энтузиазмом строили промышленные гиганты вроде Сталинградского тракторного или Магнитогорского заводов… Пришлось строить, не имея такой механизации, как сейчас, возили глину, лес и другие строительные материалы на лошадях и верблюдах… Слово «строить» советские люди произносили гордо и это помогало им переносить все трудности и лишения. Необходимо было в короткие сроки создать заново нашу отечественную тяжёлую индустрию с её сердцевиной – машиностроением. При этом нужно было создать всё своими внутренними силами, без внешних займов и внешней помощи, т.к. от капиталистов такой помощи не жди.

А коллективизация сельского хозяйства?! Этот труднейший перелом в образе жизни мелкого крестьянства. Многие из нас сами принадлежали к нему, несли на себе груз частнособственнической психологии. И, несмотря на это, комсомольцы, преодолевая психологию отцов и дедов, принимали активное участие в коллективизации сельского хозяйства, занимали  передовые позиции…

Работа в Краевом Плодоовощном Колхозсоюзе дала мне многое. Главное, я приобрёл опыт не только политической и агитационно-пропагандистской работы, которую я вёл в комсомоле, но и хозяйственной в области сельского хозяйства и кооперации. Мне пришлось часто выезжать в сёла, занимающиеся садоводством и овощеводством, организовывать сельскохозяйственные кооперативы, инструктировать их руководителей по организационным и хозяйственным вопросам. В тех кооперативах, которые уже были созданы и работали, пришлось анализировать итоги сельскохозяйственного года, вплоть до анализа балансов, о которых я раньше не имел никакого представления. Пришлось учиться у бухгалтеров счетоводству и бухгалтерскому делу, конечно, всё это в эмбриональном объеме.

В особенности интересна была работа в летние месяцы в таких пригородных сёлах как село Синенькое (на Волге) с его  ананасными анисовыми яблоками и виноградниками, или село Богаевка с его «богаевским мальтом», известным в Европе. Отсюда шли на экспорт многие вагоны, нагруженные первосортными яблоками, помидорами и другими овощами.
 
Диво-дивное необыкновенного лета, эти месяцы богатого урожая плодов и овощей. Едешь в кооператив, чтобы помочь организовать сбор урожая и отправку его потребителям. Живёшь прямо в саду в шалаше или на открытом воздухе. Какая это красота: не потолок квартиры над головой, а высокая лазурь, крики птиц. Не теснят стены, а открывается широкое поле, дальние яблони, вишни. Понимаешь душой восклицание Л.Толстого: «Какое счастье быть с природой!» И действительно, вид русской природы вселяет в сердце чувство молодости, радости жизни, восторга от встречи с ней.

Работа в Колхозсоюзе дала мне политическую закалку и опыт. Вместе с тем она показала недостаток у меня знаний. Мне стало ясно, что человек тогда может выполнить своё призвание в полной мере, когда он получит серьёзные знания, которые позволят хотя бы немножечко внести в жизнь нечто от себя.
Рассказывают, что один философ говорил, что если бы ему предложили на выбор истину или дорогу к истине, то он выбрал бы второе. Почему? Потому что к первой дорогу прокладывают другие, во второй же надо прокладывать путь в какой-то мере ему самому.

Разумеется, каждый человек должен освоить, прежде всего, то, что накоплено человечеством. Но, усваивая накопленные уже знания и опираясь на них как на могучие плечи Атланта, каждый человек должен стремиться, вместе с тем, внести что-то своё, хоть совсем немногое, но своё. Тогда жизнь будет прожита не зря. Дух этой «философии» занимал меня, наполнял мои думы, помыслы и действия. Я, прежде всего, решил учиться дальше. И вот в 1931 году я оставил работу в Крайплодовощколхозсоюзе и поступил в Нижнее-Волжское отделение Института подготовки кадров Красной профессуры, которое через год реорганизовалось в Институт Марксизма-Ленинизма. Год учился в Саратове, но потом центр Края был переведен в Сталинград, куда перевёлся и наш Институт.

Тем временем в семье произошло важное событие. В июле 1932 года родился наш первенец – сын Лев, названный в честь Великого писателя Льва Николаевича Толстого.
 
Учился я в Институте очень хорошо. Мною двигала мечта и надежда.
Мечта! Конечно, между мечтой и действительностью бывает разлад. Но означает ли это, что не надо было мечтать коммунисту? Разлад между мечтой и действительностью не приносит вреда, если мечтатель серьёзно верит в свою мечту и когда между мечтой и действительностью есть какое-то соприкосновение, т.е. если мечта совсем не бесплодна (эти слова Писарева приводил Владимир Ильич в годы своей молодости, когда боролся с экономистами, кичившимися своим приземлённым реализмом). Более того, без мечты человек легко деградирует, легко становится мещанином, мелочным человеком. Мечты двигают человеком, его благородными побуждениями. Мечты придают жизни человека интерес и смысл. И мне думается, что надо мечтать как можно больше, как можно смелее, и тогда человек не будет топтаться на месте, а будет идти вперёд, его взгляд будет устремлён в будущее, а его действия – торопить это будущее.

Надежда! А что это такое собственно – надежда? Это то, чего очень хочешь, это общее для всех нас, людей, ибо если у кого и ничего нет, то она-то уже есть. Надежда – это по словам Декарта – есть расположение духа уверить себя, что то, чего желаешь, сбудется, а постоянная надежда – это вера в свои силы. И вот: мечта и надежда быть преподавателем, как упоминаемый уже мною тов. Мызников, быть учёным, руководила моими стремлениями. Во что бы то ни стало овладеть науками. И фортуна мне улыбнулась.

На фото: слева Лазарь Слепов перед поступлением в Институт Красной Профессуры.

Примечания:
             * Шелгунов Николай Васильевич (1824-1891) - русский писатель-публицист, литературный критик и революционер-демократ, автор революционной прокламации "К молодому поколению", распространявшейся в России в сентябре 1861.
            ** Феликс Эдмундович Дзержинский – родился 30 августа [11 сентября] 1877 года в  имении Дзержиново, Российская империя (ныне, Минская область, Беларусь) — 20 июля 1926 года, Москва, СССР) — революционер, советский государственный деятель, глава ряда наркоматов, основатель ВЧК (Всероссийская чрезвычайная комиссия по борьбе с контрреволюцией и саботажем), в дальнейшем ГПУ НКВД РСФСР Государственное политическое управление при Народном комиссариате внутренних дел. Член социал-демократической партии Литвы и Польши с 1895 года, ВКП(б) с 1917. Член ЦК партии большевиков (1917—1926). Скоропостижно умер в 1926 году от сердечного приступа, похоронен у Кремлевской стены.
 
Последующее: Глава 3. Желания и надежды. Часть 2. Начало учёбы в ИКП