Утро

Когда мама встает по утрам первой, передвигается бесшумно и почти бестелесно. Прикрывает двери, беззвучно готовит завтрак ни чем не брякнув и не звякнув. Даже чайник с кофемашиной на пАру, как будто тише жужжат, едва всхлипывая перемалывая и перебулькивая, словно заразившись от мамы ее тревожной бережливостью каждой выкроенной лишней минутой сна для семьи.

Когда папа встает первым после долгого и беспробудного, то об этом знает не только семья, но и соседи. Кухня становится эпицентром кипучей и бурлящей жизни, затягивающей в свой круговорот котов и попугаев. Колонка надрывно басит музыкой, кофемашина подвергается генеральной уборке до самой нутрянки. Тягуче хлопает дверца холодильника, скрипуче двигаются стулья, звонкая вода из крана выводит лейтмотив бодрого и яркого утра. Папа дробной азбукой Морзе стучится ко всем в двери, радостно провозглашает меню на завтрак, а также бесконечный список всех своих утренних достижений, пока вся семья разом оглушенная и примято-потерянная рассаживается за столом, с трудом пытаясь выползти из цепких сонных объятий и подгрузить разом всю окружающую вопящую действительность.

Забавно, что через года протягивается вот это - бравурная, яркая, оглушающая какофония, состоящая сразу из всего: детства, сипящей музыки, всклокоченных волос, примятых щек с оттиском подушки. И весны, разумеется, вечной весны, бережно хранимой на самом донышке души.