Гл. 10. Привидения старого дома

Пока Мишка с Леной бегали в поисках Павлика, солнце уже высоко встало над деревней.
– Пошли чаю попьём, нам надо беречь силы.
Дети быстро вскипятили чай. В сумке-холодильнике нашли колбасу и сделали бутерброды. Потом побежали в сад. Возле ямы они стали внимательно осматривать всё вокруг и… обомлели. Прислонившись к старой груше неподвижно сидел дед Матвей с раной во лбу.

– Это всё Егора шуточки! – закричал Миша. – Мы его уже разоблачили с этими «ранами», а ему неймётся. Это совсем не смешно! Но дед-то каков! В детство впал – участвует в спектаклях внука.
В это время они увидели Егора.
– Твоих рук дело? – закричал ему Миша. – Тут Павлик пропал, а ты резвишься.
– Павлик пропал? – эхом откликнулся Егор. – Это не я. – И бросился к деду. – Он же совсем мёртвый!..

Но дед был жив. Ранен ножом, а кровь на лбу рукой размазал: комаров отгонял.
– Кто тебя, дед? Эти двое?
– Да. Они нашли!.. Мальчика ищите. На болоте… – при этих словах старик потерял сознание.
– О ком речь? Что они у вас искали?
– Потом об этом. Деда нужно домой унести и искать Павлика на болоте.

– Павлик на болоте? Один?
– В лучшем случае – да.
Мишка представил своего друга, городского интеллигентного мальчика, одного среди трясины, где истошным голосом кричит выпь, и ужаснулся.
– Босиком среди болота?! – потрясённо воскликнула Ленка, как будто именно обувь сейчас имела какое-то значение.

Дети соорудили носилки и перенесли деда домой. Заполошная баба Даша, которая толком не может сказать двух слов, оказалась весьма искусной в травах. Она тут же зашуршала кулёчками, затрясла мешочками – насыпала разных травок, заварила их, промыла деду рану, перевязала её куском старой чистой простыни.
Матвей пришёл в себя.
– Что Павлик? Эти изверги могут… – речь ему давалась с трудом. Баба Даша напоила его отваром, и он, откинувшись на подушки, мгновенно забылся тяжёлым сном.

Миша с Егором пошли на болото, за ними увязалась Ленка. Как её не прогоняли, она ни за что не хотела отстать. Ей казалось предательством сидеть дома, когда Павлику где-то так плохо. Никакие доводы не помогали. Ну чем здесь в трясине может помочь девчонка? Да и от них небольшая польза. Надежда только на случай.
Они подошли к болоту.

– Я тропку знаю через болото, разведал по старой карте – мне её дед Семён подарил, – сказал Егор .
– Который пишет историю вашего села?
– Да. Но идти сейчас по ней бесполезно: Павлик её не знал.
– А почему ты их не провёл через болото, если знал дорогу?

– Ночью я их выследил, когда они стали рыть яму в вашем огороде и подслушал, как  решали мою судьбу: собирались меня убить, когда я    проведу их через болото. Они меня заметили в саду, но я смог удрать. А тут Павлик вышел в моей майке. Говорил же я ему, предупреждал!..
– А кто они такие и что искали в вашем селе?

– Об этом потом. Павлик ждёт помощи. Он на болоте явно один – они его бросили, а сами вернулись. Если бы они прошли болотом, зачем им было убивать деда?
– Кстати, а зачем?

– Об этом тоже потом. Вы останетесь здесь и будете подавать мне голос, чтобы я не сбился с пути. Я схожу влево, вправо, вперёд. Далеко они не могли зайти – просто увязли бы в трясине.
Егор уходил, долго где-то лазил, возвращался, вымазанный в болотной тине и отправлялся на поиски вновь. Пока всё было безрезультатно. И вдруг включился сотовый. Пришла SMS-ка. От Павлика! Он живой! «Я на болоте. Спасите!» – писал им друг.

«Павлик, держись! Мы тебя ищем. Сообщи хоть какие-нибудь приметы», – ответил ему Мишка. Никогда раньше он не ценил так сотовый телефон.
«Кругом трясина, кочки… Вижу сухое дерево на сопке», – пришёл ответ.
Дети с трудом дождались возвращения Егора.
– Знаю я это дерево, – сказал он и, не давая себе отдохнуть, вновь полез в болото.

Вернулся он вместе с Павликом. Миша скинул свои кроссовки и отдал другу – у них был один размер. Ради друга он мог бы сейчас босиком пройти по углям, не то что по колючей траве. Дома они вытащили из сумки-холодильника всё самое вкусное и устроили пир.
– А теперь рассказывай, – попросили они Егора.

И мальчик рассказал.
Дом, в котором они сейчас жили, построил в конце XIX века очень богатый и набожный дед Игнат. Приехал он из города Владимира и привёз с собой семейные реликвии – старинные иконы. Много икон. Они передавались из поколения в поколение в этой семье.

Село Земляничка было хоть и зажиточным, но церкви своей не имело. Тогда в своём доме Игнат выделил одну комнату под молельню. В революцию церкви стали разорять, иконы сжигать – печки ими топить. Чтобы сберечь своё сокровище, сложил Игнат иконы в сундук и закопал ночью под грушей. Никому не сказал об этом. Только перед самой смертью сыну открылся, где сундук закопан.

Не стало деда Игната, а с ним и семья развалилась: одни погибли в лихую годину, другие – по стране разбрелись. А история та с годами стала легендой. Про иконы забыли, говорили, что в селе где-то сокровища зарыты. Пробовали селяне искать, только не судьба им была ничего найти.

Эту легенду услышали на зоне два уголовника. Так она им понравилась,     что сбежали они из лагеря. Нагрянули в Земляничку к деду: «Давай показывай!» А тот и знать ничего не знает. Долго они с ним бились, чувствуют: грубостью да угрозами не возьмёшь, надо – хитростью.
                Рисунок Елены АБРАМЕНКО.
                Продолжение следует.