Ср. 19 авг. 6 элул 5786г. Обзор 6 00

Израиль и Ближний Восток: война не закончилась — она распалась на хрупкие перемирия

Большой обзор на утро 19 августа 2026 года
Цфат, Израиль

Сегодня на Ближнем Востоке нет одного главного фронта. Есть целая система связанных кризисов: Газа, Ливан, Сирия, Иран, Красное море, Иудея и Самария — Западный берег — и внутренняя борьба за власть в самом Израиле.

Внешне регион выглядит спокойнее, чем весной. Нет непрерывных массированных обстрелов, аэропорты работают, большинство ограничений тыла снято. Но это не мир. Это пауза, внутри которой каждая сторона пытается улучшить свои позиции перед следующим решением — дипломатическим или военным.

Главный вывод сегодняшнего обзора таков:

Израиль добился серьёзных военных результатов, но ни на одном фронте пока не создал устойчивого политического завершения. Противники ослаблены, однако не исчезли. А Вашингтон всё настойчивее пытается превратить израильские военные достижения в собственную региональную конструкцию.

Израиль входит в выборы, не закончив ни одной войны

Парламентские выборы назначены на 27 октября 2026 года. Это будут первые выборы после катастрофы 7 октября 2023 года и последовавших войн в Газе, Ливане и Иране. Reuters подтверждает дату голосования;.

Последний опрос Channel 12 показывает крайне сложную картину:

* партия Гади Айзенкота «Яшар» — 24 мандата;
* «Ликуд» Нетаньяху — 22;
* партия Нафтали Беннета «Бе-Яхад» — 15;
* «Демократы» — 11;
* НДИ Авигдора Либермана — 10;
* блок сторонников Нетаньяху — около 50 мест;
* оппозиционные партии — около 60;
* арабские партии — около 10.

То есть без арабских партий, перебежчиков или новой правой силы никто пока не получает необходимые 61 место. Результаты последнего опроса опубликованы Times of Israel;.

Это означает, что выборы могут определить не победителя, а только начало нового торга. Израиль рискует получить ещё один подвешенный Кнессет.

На прошедших праймериз «Ликуда» первое место занял Эли Коэн, второе — Амир Охана. Явка членов партии составила лишь около 53%. Нетаньяху пытается собрать список, который одновременно удержит идеологическое ядро и вернёт умеренных правых избирателей. Но пока «Ликуд» остаётся заметно ниже уровня, необходимого для уверенного формирования правительства. Подробный разбор итогов праймериз;.

Главный внутренний раскол — призыв харедим

Спор о службе ультраортодоксов перестал быть религиозным вопросом. После нескольких лет войны он превратился в вопрос справедливости и выживания армии.

По данным юридического советника правительства, за призывной год 2025 в армию поступили 4 298 харедим против 2 811 годом ранее. Однако харедим по-прежнему составляют около 80% всех уклоняющихся от призыва. Свежие данные опубликованы Ynet 19 августа;.

Одни семьи проводят в резерве по 80–100 дней в год, теряют работу, здоровье и нормальную жизнь. Другие требуют сохранить почти полное освобождение от службы. Поэтому вопрос уже звучит не только как «кто будет служить», но и как:

может ли государство требовать жертв от одних граждан, одновременно освобождая от них других?

На мой взгляд, именно призыв харедим, а не Газа и даже не Иран, может стать самым сильным внутренним фактором октябрьских выборов.

Газа: заложников больше нет, но мир не наступил

Здесь важно зафиксировать принципиально новую реальность.

Все живые заложники были возвращены осенью 2025 года. Останки последнего заложника, полицейского Рана Гвили, Израиль обнаружил и вернул 26 января 2026 года. Reuters сообщал о завершении возвращения всех заложников;.

Следовательно, нынешний спор идёт уже не о заложниках. Он идёт о четырёх вопросах:

1. Кто и как разоружит ХАМАС?
2. Когда отойдут израильские войска?
3. Кто будет управлять Газой?
4. Кто оплатит и защитит восстановление сектора?

Американская «Дорожная карта» предусматривает передачу оружия ХАМАС новой палестинской полиции, действующей под контролем технократического Национального комитета и при содействии Международных сил стабилизации.

ХАМАС принципиально согласился с разоружением, но требует параллельного прекращения ударов и отвода израильских сил. Нетаньяху отвечает: сначала полное и проверяемое уничтожение оружия, ракет, складов и тоннелей — только потом отход.

Получается классический капкан:

* Израиль не уходит, пока ХАМАС вооружён;
* ХАМАС не разоружается окончательно, пока Израиль остаётся.

После переговоров Джареда Кушнера с Нетаньяху были созданы две рабочие группы — по демилитаризации и по гуманитарным нуждам. Однако окончательного соглашения нет. Reuters подробно описывает спор о последовательности разоружения и отхода;.

Новый конфликт между Нетаньяху и Вашингтоном

По данным Times of Israel, Кушнер потребовал, чтобы Израиль не расширял понятие «непосредственной угрозы» и прекратил удары, мешающие процессу разоружения.

Нетаньяху настаивает, что Израиль продолжит ликвидировать участников нападения 7 октября, даже если они в данный момент включены в структуры ХАМАС, участвующие в переговорах.

Есть и очень практическая проблема: Израиль не разрешает новобранцам будущей палестинской полиции выехать в Египет для подготовки. Но именно этой полиции предполагается передавать оружие ХАМАС. Получается, политическое недоверие блокирует сам технический механизм демилитаризации. Эта деталь появилась утром 19 августа;.

18 августа Израиль нанёс удар по району порта Газы. ЦАХАЛ заявил, что целью была встреча командиров подразделения «Нухба», планировавших нападения на израильские силы. Палестинские медики сообщили о шести погибших, среди которых был ребёнок, и более десяти раненых. Reuters приводит позиции обеих сторон;.

Гуманитарная ситуация

Перемирие не остановило гибель людей. По данным ведомства здравоохранения Газы, которые приводит ООН, после объявления прекращения огня в октябре 2025 года погибли 1 259 палестинцев и были ранены 4 148. ООН также сообщает, что:

* большая часть населения остаётся перемещённой;
* 90% жителей испытывают умеренную или тяжёлую нехватку безопасной воды;
* около четверти всех раненых получили потенциально пожизненные травмы;
* продолжаются ограничения на ввоз оборудования и запчастей для больниц и систем водоснабжения.

Гуманитарный отчёт OCHA от 14 августа;.

Восстановление Газы оценивается примерно в 71 миллиард долларов. Но деньги сами по себе ничего не решат. Никто не станет вкладывать десятки миллиардов, если через год восстановленные объекты снова окажутся военной инфраструктурой или будут уничтожены в очередной войне.

Поэтому Газа сегодня упёрлась не в бетон и гуманитарные грузы. Она упёрлась в отсутствие доверенной власти.

Иудея и Самария: фронт, который становится опаснее Газы

Самая тревожная тенденция последних недель — рост насилия на Западном берегу.

Особенно резонансной стала ситуация в деревне Кусра, где радикальные поселенцы окружили палестинские дома, перекрывали доступ к воде и электричеству и вступали в столкновения с местными жителями. Среди владельцев одного из домов оказался американский гражданин.

Посол США Майк Хакаби назвал виновных в подобных нападениях израильтян «террористами» и заявил, что они «подливают бензин в огонь». Для администрации Трампа это необычайно жёсткая формулировка. Хакаби подтвердил свою позицию 19 августа;.

По данным ООН, к концу июня более 2 200 палестинцев были перемещены в течение 2026 года из-за насилия поселенцев и ограничений доступа. Reuters приводит данные ООН;.

Одновременно правительство выделило 1,3 миллиарда шекелей на создание 34 новых поселений. Решение правительства — Reuters;.

Это создаёт сразу три угрозы для Израиля:

* новый цикл палестинских нападений и израильских операций;
* прямое столкновение с администрацией Трампа;
* окончательный срыв возможного сближения с Саудовской Аравией.

Газа может быть разоружена технически. Но если одновременно взорвётся Западный берег, палестинский конфликт просто переместится с одного фронта на другой.

Ливан: две стороны требуют, чтобы первой уступила другая

На ливанском направлении действует почти та же логика, что и в Газе.

Израиль удерживает буферную зону глубиной примерно 8–10 километров на юге Ливана. Израильское руководство заявляет, что ЦАХАЛ уйдёт только после проверяемого разоружения «Хезболлы».

«Хезболла», в свою очередь, отказывается обсуждать полное разоружение, пока израильские войска находятся на ливанской территории.

Американский план предусматривает постепенное размещение ливанской армии в пилотных зонах, устранение там инфраструктуры «Хезболлы» и синхронный поэтапный отход Израиля. Но стороны до сих пор не согласовали даже государства, которые будут проверять выполнение соглашения. Reuters о споре вокруг разоружения и израильского отхода;.

15 августа израильские удары по югу Ливана стали самыми смертоносными после июньского перемирия: ливанская сторона сообщила об 11 погибших, включая женщин и детей. Израиль заявил о ликвидации местного командира «Хезболлы» и назвал удары ответом на атаку беспилотника, тяжело ранившую трёх израильских военнослужащих. AP о последней эскалации;.

Утром 19 августа ливанские СМИ снова сообщили об израильских ударах по нескольким районам юга страны.

Что это означает для севера Израиля

Полномасштабная война сейчас не является наиболее вероятным вариантом. Но перемирие остаётся условным.

«Хезболла» потеряла значительную часть командования и инфраструктуры, однако сохранила вооружённые группы, беспилотники и способность наносить потери. Израиль создал территориальную дистанцию от своих северных городов, но расплачивается за неё постоянным присутствием войск внутри Ливана.

Для Галилеи и Цфата главный риск — не запланированная большая война, а цепочка ответных ударов, которая выйдет из-под контроля.

Сирия: вместо Ирана к границе Израиля подходит Турция

18 августа Израиль нанёс восемь ударов по авиабазе Абу-эд-Духур на северо-западе Сирии. Взлётная полоса и склады были повреждены, данных о погибших нет.

Израиль объяснил атаку намерением не допустить размещения на базе турецких военнослужащих. Анкара отвергла израильские обвинения и резко осудила удар. Американский представитель Том Баррак назвал его ненужной эскалацией и предупредил, что Турция, не получившая предварительного уведомления, могла ответить военной силой. США теперь создают специальный механизм предотвращения случайных столкновений между Израилем, Турцией и Сирией. Reuters о сирийском ударе и реакции Турции;.

Это важнейший стратегический сдвиг.

При Асаде основной израильской угрозой в Сирии были Иран и «Хезболла». После падения режима главным внешним игроком становится Турция. Она вооружает и обучает новую сирийскую власть Ахмеда аш-Шараа, укрепляет базы и стремится превратить Сирию в собственную зону влияния.

Израиль не рассматривает Турцию как прямого врага, но и не согласится на появление турецких радаров, систем ПВО и авиации вблизи своего воздушного пространства.

Поэтому сирийский фронт теперь представляет собой не старое противостояние Израиля с Ираном, а опасное соприкосновение Израиля с государством — членом НАТО.

Ядерный след Сирии

Параллельно Дамаск признал наличие ядерного материала на ранее не объявленном объекте. Сирийское руководство утверждает, что материал не представляет опасности, останется в стране и может использоваться только в мирных целях под контролем МАГАТЭ.

МАГАТЭ получило доступ к объектам, связанным с прежней секретной программой Асада. Это позитивный шаг, но Израиль будет внимательно следить за любой ядерной деятельностью в Сирии, особенно после уничтожения предполагаемого реактора в Дейр-эз-Зоре в 2007 году. Reuters о найденном ядерном материале;.

Иран и Ормуз: главный региональный кризис ещё не закрыт

28 февраля 2026 года США и Израиль начали масштабные удары по Ирану. В первый день был убит верховный лидер Али Хаменеи и ряд высших командиров. Его преемником стал Моджтаба Хаменеи. Reuters о начале операции и гибели Али Хаменеи;.

Израиль прекратил активное участие в интенсивной фазе после апрельского перемирия. Однако война США и Ирана фактически продолжается в форме морской блокады, ударов по американским базам, атак на суда и взаимных угроз.

Сейчас спор сосредоточен вокруг Ормузского пролива.

Тегеран требует:

* снять блокаду иранских портов;
* ослабить нефтяные санкции;
* разморозить иранские активы;
* прекратить американские военные угрозы.

До этого Иран отказывается гарантировать свободное судоходство.

Трамп утверждает, что пролив открыт и контролируется США. Иран заявляет, что он закрыт без разрешения Тегерана. На практике движение судов остаётся резко ограниченным, а атаки продолжаются.

18 августа Трамп сообщил, что переговоров с Ираном нет и новые встречи не назначены. Это противоречит заявлениям Кушнера о продолжающихся контактах. Иран одновременно объявил о переходе к «полностью наступательной» военной позиции. Reuters о срыве переговоров и противоречивых заявлениях;.

Вот почему Иран нельзя считать побеждённым.

Он потерял руководство, военные объекты, часть ракет и флота. Но сохранил возможность воздействовать на мировую экономику через Ормуз, союзные формирования и атаки на инфраструктуру стран Залива.

Военная мощь Ирана уменьшилась. Его способность создавать хаос — нет.

Йемен и Красное море: второй морской капкан

Хуситы продолжают атаки на торговые суда и объекты Саудовской Аравии. 11 августа удар по судну в Баб-эль-Мандебском проливе привёл к гибели четырёх членов экипажа; погибли также двое спасателей. Reuters о нападении в Красном море;.

Получается двойная угроза мировой торговле:

* Иран контролирует риски в Ормузском проливе;
* хуситы создают угрозу в Баб-эль-Мандебе.

Если одновременно становятся опасными оба маршрута, нефть, газ и контейнерные перевозки либо дорожают, либо уходят вокруг Африки. Это превращает локальную ближневосточную войну в глобальный экономический кризис.

США и Израиль: союз сохраняется, но расхождения растут

Вашингтон остаётся главным военным и дипломатическим союзником Израиля. Но отношения Нетаньяху и администрации Трампа становятся всё более сложными.

Разногласия уже проявились на четырёх направлениях:

* Газа: США требуют дать шанс разоружению ХАМАС и ограничить израильские удары.
* Ливан: Вашингтон настаивает на выполнении схемы постепенного израильского отхода.
* Западный берег: американский посол публично осуждает насилие радикальных поселенцев.
* Сирия: США критикуют удары, способные привести к столкновению Израиля и Турции.

Трамп смотрит на Ближний Восток как на одну большую сделку: Газа, Иран, Ливан, Ормуз и арабская нормализация должны быть связаны между собой.

Нетаньяху исходит из другой логики: Израиль не должен связывать себе руки соглашением, пока вокруг остаются вооружённые противники.

Оба подхода понятны. Но совместить их всё труднее.

Экономика Израиля: устойчивость есть, цена войны растёт

Несмотря на многолетнюю войну, израильская экономика не рухнула.

На 18 августа:

* ставка Банка Израиля — 3,5%;
* годовая инфляция — 1,5%;
* валютные резервы — почти 239 миллиардов долларов;
* во втором квартале шекель укрепился примерно на 5,9% к доллару;
* курс доллара находился около 2,99 шекеля.

Актуальные показатели Банка Израиля;.

ОЭСР прогнозирует рост ВВП Израиля на 3,3% в 2026 году и на 5,6% в 2027-м. Однако этот прогноз предполагает отсутствие нового полномасштабного витка войны. ОЭСР также предупреждает о растущем дефиците, расходах на оборону, проблемах туризма и нагрузке резервистской службы на рынок труда. Прогноз ОЭСР по Израилю;.

Сильный шекель показывает доверие финансовых рынков. Но он не отражает усталость семей, потери малого бизнеса, проблемы резервистов, разрушение туризма и отъезд квалифицированных специалистов.

Экономика держится. Вопрос — сколько ещё общество сможет выдерживать такую цену.

Человеческая новость дня

18 августа Израиль сообщил, что после 44 лет поисков обнаружены и возвращены останки сержанта Йехуды Каца — последнего пропавшего без вести участника боя при Султан-Якубе в июне 1982 года.

В операции участвовали военная разведка и «Моссад». Семья наконец получила возможность похоронить своего близкого. Сообщение об идентификации останков;.

На фоне бесконечных споров это очень израильская история: государство может меняться, правительства могут уходить, войны — сменять друг друга, но обязательство вернуть своего солдата сохраняется десятилетиями.

Наиболее вероятные сценарии

1. Управляемый тупик до выборов

Это сейчас самый вероятный вариант.

Израиль продолжит точечные удары в Газе и Ливане, не начиная новой большой операции. ХАМАС будет демонстрировать готовность обсуждать оружие, но затягивать практические шаги. «Хезболла» сохранит силы, избегая массированных обстрелов Израиля.

Нетаньяху вряд ли пойдёт на крупный отход из Газы или Ливана за два месяца до выборов.

2. Ограниченный прорыв в Газе

Возможна передача первой партии оружия новой палестинской полиции, выезд новобранцев на обучение и начало уничтожения отдельных тоннелей под международным контролем.

Это не будет окончанием конфликта, но станет первой проверяемой демилитаризацией.

3. Новая региональная эскалация

Наиболее опасные точки:

* атака Ирана на американские корабли или базы;
* новый смертельный удар «Хезболлы»;
* столкновение Израиля и Турции в Сирии;
* крупная атака хуситов на нефтяное судно;
* вспышка насилия на Западном берегу.

Любое из этих событий способно снова соединить все фронты в одну войну.

4. Выборы без победителя

Даже если блок Нетаньяху потеряет большинство, это ещё не означает смену власти. Оппозиции придётся либо договариваться с арабскими партиями, либо создавать крайне широкий кабинет — от левых до Либермана, Беннета и Айзенкота.

Поэтому политический кризис может продолжиться и после 27 октября.

Мой итог

Израиль сегодня находится в странном положении.

Он военным путём отодвинул угрозы от границ, уничтожил значительную часть командования противников, вернул всех заложников и показал способность наносить удары на огромном расстоянии.

Но одновременно:

* ХАМАС ещё не разоружён;
* «Хезболла» сохраняет оружие;
* Иран продолжает региональную войну;
* хуситы угрожают судоходству;
* Турция укрепляется в Сирии;
* Западный берег приближается к взрыву;
* израильское общество расколото накануне выборов.

Израиль силён, но перегружен. Его противники ослаблены, но приспособились жить в состоянии незавершённой войны.

Сегодня судьбу региона решает уже не количество нанесённых ударов. Главные вопросы звучат иначе:

Кто будет управлять после войны?
Кто первым сложит оружие?
Кто первым отведёт войска?
И кто гарантирует, что уступка одной стороны не станет победой другой?

Пока на эти вопросы нет ответа, прекращение огня остаётся всего лишь передышкой.

Ближний Восток сейчас не идёт ни к настоящему миру, ни к немедленной тотальной войне. Он стоит между ними — на очень узком и всё более скользком мосту.