Совесть

—А вот и я пришёл,— сказал радостный папа, заходя на порог квартиры.
Никто из домашних не подошёл к нему.
—Ку ку,— окликнул папа квартиру.
Снова молчание.
—Наверное, они пошли гулять,— решил отец семейства и начал раздеваться.
Проходя мимо комнаты Андрея, он обратил внимание, что игрушки и книжки лежат вперемешку, в какой то бесформенной куче.
—Ого!— воскликнул он и почесал затылок.
Переодевшись в домашнюю одежду, он вернулся в комнату сына. Разбросанные игрушки к себе тянули точно магнит к железу. Немного крякнув из за разбросанных игрушек и книжек, папа стал складывать их на место.
 «Опять разбросал,— с досадой подумал отец.— Сколько это может продолжаться?! Сейчас придёт с улицы—поговорю с ним».
Не успел он подумать, как за дверью услышал знакомые голоса сына и жены.
Замок входной двери заскрежетал, и меньше чем через минуту в квартиру зашёл  весёлый сын с мамой.
— Папа уже дома!— радостно объявила мама.— Андрюша, давай раздевайся и пойдём мыть руки.
— Папа, пап!— радостно закричал сын с порога. — Я видел такую машину на улице! Знаешь, какая она была?
Но глава семейства словно не услышал ребёнка—он продолжал собирать кубики и машинки.
—Ну, пап,— снова обратился Андрюша,— там такая пожарная машина поехала, она так гудела!
—Иди вымой руки, а потом приходи собирать игрушки и книжки,— последовал ответ.
—Ну… пап, это… неинтересно,— протянул сын.
—Иди вымой руки, ещё раз говорю.
Мама взяла сына за руку и увела в ванную комнату. Под шум воды он услышал их разговор:
—Мам,— спросил сын,— почему папа сегодня какой то злой?
—Он не злой,— ответила она,— он устал после работы.
— Ему даже неинтересно про пожарную машину, которую мы с тобой видели?
—Вот сейчас вымоем руки, и ты пойдёшь помогать ему собирать то, что разбросал,— сказала мама, намыливая ему руки и промывая их под краном.— Пока вы будете собирать, я разогрею ужин, и мы потом поужинаем вместе.
—Собирать то, что я разбросал?— тихо переспросил сын.
—Да,— коротко сказала мама.— Давай, вытирай руки и иди.
Андрюша вышел из ванной, слегка задумавшись. Потом подошёл к отцу и сказал:
—Пап, у меня есть идея.
Но отец, стоя на коленках, не дослушав его, ответил:
—У меня тоже есть идея: иди быстро помогай мне собирать игрушки, которые ты разбросал.
—Это плохая идея,— заметил сын.
—Иди, иди, собирай, а то разбрасывать игрушки легко, а собирать—трудно. Ты помнишь, что обещал в прошлый раз?— напомнил родитель.
—Нет!— ответил Андрюша.
— Ты обещал, что больше не будешь их разбрасывать по всей комнате. Посмотри, в каком виде у тебя комната! Это же просто ужасно, Андрей!
Мальчик стоял, не шелохнувшись, и смотрел на папу, который продолжал собирать.
На какое-то время папа вдруг  остановился от уборки, словно что-то вспоминая. Сын подошел к папе и слегка потормошил его:
- Па, папа,– с волнением спросил он ,- что с тобой? С тобой все в порядке?
Папа ответил не сразу. Он посмотрел по сторонам, посмотрел на Андрюшу, и уставшим хриплым голосом сказал:
- Я просто очень устал, сынок.
—Идите кушать!— позвала мама.
За ужином сын старался не смотреть на папу: он видел, что тот страшно недоволен его поступком. Он молча разламывал на кусочки котлету в тарелке, словно эта большая работа, потом каждый кусочек медленно отправлялся в рот и тщательно пережевывался. За каждым кусочком котлеты   добавляя гарнир из гречневой каши и запивая чаем.
Папа же, наоборот, уплетал ужин за обе щеки. По нему было сразу видно, что он куда то спешит.
—Папа,— спросил удивлённый сын,— ты куда так спешишь? Почему так быстро ешь?
—Каков едок, таков и работник,— процитировал народную мудрость отец.— Тем более надо быстро есть: скоро пойдём спать, а у нас такой погром! Надо успеть собрать его. Спасибо большое за ужин, пойду дальше собирать.
—Послезавтра Троица,— напомнила мама.— Может, сходим на службу?
—Конечно,— ответил папа,— я с большим удовольствием. Заодно можно исповедаться, причаститься.
—Я тоже хочу это сделать,— согласилась мама.
—Тогда утром поедем,— резюмировал папа.— Спасибо большое за ужин.
—Мама,— спросил сын,— а куда мы поедем послезавтра?
—В церковь, на службу. Будет большой праздник.
—Праздник—это хорошо!— воскликнул Андрюша.— Будем дома отмечать?
—Нет, только в храм сходим, потому что это церковный праздник. Может быть, по городу погуляем, куда нибудь зайдём,— мечтательно сказала мама.— Ты лучше иди и помоги папе, когда доешь, а я тут уберусь.
— Я сейчас помогу!— оживлённо заговорил мальчик и, подобно папе, быстро доел ужин.
Когда он пришёл в свою комнату, он увидел, что папа вновь стоял на четвереньках и молча собирал игрушки по местам.
— Па, а па, давай я тебе помогу с уборкой?
—Давно пора,— пробурчал папа.
—Давай я буду подавать, а ты складывать?— предложил сын и протянул первую попавшуюся машинку в руки папы.
Прошло какое то время, и порядок был восстановлен. Семья стала готовиться ко сну.
—Мама… мамочка, я хочу, чтобы папа мне сегодня почитал книжку,— попросил сын.
—Прочитаешь?— спросила мама папу.
- Да,- ответил папа.
Они сели на кровать Андрея , и у  папы словно появилось второе дыхание. Он читал с таким выражением, придавая каждому герою свой голос.  Зачарованный сын прижался к отцу, боялся пропустить каждое слово из книги.
- Вот и сказке конец, а кто слушал- молодец! –сказал папа, закрывая книгу.
— Папа, прости меня. Ты пришёл усталый, а я тебе не помог, — попросил ребёнок прощения у отца.
— Прощаю,— ответил тот.— Только, сынок, пожалуйста, не разбрасывай так игрушки и книжки: они ведь ломаются. Тебе захочется поиграть, а они окажутся сломанными, испорченными—играть уже не получится.
—Можно я тебя обниму и поцелую?— спросил сын.
— Ну конечно же. Давай, я тебя укрою одеялом.
- Сейчас, папа, подожди
Сын тут же залез под одеяло, и папа заботливо укрыл его. Андрюша приподнял голову, обнял,  и поцеловал папу по очереди в левую и правую щеку .
Через день была Троица. Семья с самого утра пошла в церковь.
На службе папа пытался стоять сосредоточенно, слушать молитвы, вместе с другими прихожанами и хором исполнять общие молитвы.
Андрюша стоял возле мамы, переминаясь с ноги на ногу, это было ему не просто, но он старался из всех сил повторять действия окружающих.
— Смотри, — зашептала мама папе,— священник пошёл исповедовать.
И действительно, один из священников, выйдя из Царских врат, отошёл в сторону с крестом и небольшим Евангелием.
—Я обязательно пойду,— зашептал папа маме и пошёл в очередь на исповедь.
— Тоже пойду,— согласилась мама и заняла очередь.
Папа стоял немного в напряжении. Он начал вспоминать свои грехи, которые совершил за последнее время. В какой то момент он вдруг почувствовал, что те же самые грехи были у него в прошлый раз.
«Надо же,— с досадой подумал он,— опять те же самые».
Он смотрел на исповедующихся, видел, как священник внимательно  слушает с серьёзностью, а временами  приятно улыбается, словно поддерживая человека. Папа посмотрел иконы,  на Нерукотворную икону Иисуса. Спаситель смотрел на него, как показалось, точно так же, как священник смотрит на людей со строгостью, но с   доброй.
 «Вот у кого он учится исповедовать»,— мелькнуло у него в голове.
 Папа  почувствовал себя на месте Андрюши, который позавчера разбросал игрушки, забыл о своём обещании и натворил то же самое. Ему вспомнился рассеянный  взгляд сына, который забыл о своем обещании и нежелании помочь, а потом решил исправиться.  Ему стало стыдно за себя, внутри стало тяжело  за свои старые и новые проступки. Захотелось их как можно быстрее убрать их из себя.
Подошла его очередь. Скрестив на груди руки в виде креста, он поклонился и подошёл к священнику. Тот внимательно его слушал, поддерживал то кивком головы, то говорил ему нужные слова.  Под конец папа наклонил голову, и священник накрыл епитрахилью, произнес разрешительную   молитву и перекрестил его.
—Мам,— спросил Андрюша, наблюдая за папой с любопытством— а мне можно исповедоваться?
—Конечно,— улыбнулась мама.
—А о чём мне говорить?
—О том, что сделал не так.
—Можно, я расскажу ему, что разбросал игрушки и из за этого чуть не поссорился с папой и с тобой?
—Да.
Священник встретил Андрюшу приветливо.
—Хочешь исповедоваться?— спросил он.
—Да, ответил слегка волнуясь, но уверенным голосом-  Я разбросал игрушки, а папа пришёл усталый с работы и начал за мной собирать.— И из за этого мы чуть не поругались с ним.
—Ты помирился с ним и с мамой?— уточнил священник.
—Да.
—Ну что ж, это хорошо,— одобрил батюшка. —Перекрестись и поцелуй крест и Евангелие.
Семья в этот день не только исповедалась, но и причастилась.
Выйдя из Храма мальчик сказал:
—Папа, помнишь, как я тебя при прощении поцеловал? Так и сегодня мы поцеловали  крест  что мы раскаиваемся за свои поступки.
Папа посмотрел на сына, задумался. Словно и не было перед глазами разбросанных игрушек по комнате, словно куда-то ушли и его грехи. Все плохое растаяло точно снег под лучами весеннего солнца, и талая вода стала необходимой влагой для всего живого  на земле.