Развитие военных психостимуляторов. 1887-1945

В.К. Петросян (Вадимир). Война без сна. Психостимуляторы как фактор боеспособности во Второй мировой войне и несостоявшаяся советская альтернатива


Хронология развития военных психостимуляторов, 1887–1945

Эта хронология показывает важное обстоятельство: военное применение психостимуляторов не возникло внезапно в 1939 году. Между первым синтезом амфетамина и массовым армейским снабжением прошло более полувека. Сначала существовало химическое вещество, затем лекарство, затем коммерческий рынок и только после этого — военная технология управления бодрствованием.

1887. Первый синтез амфетамина
Румынский химик Лазар Эделяну, работавший в Германии, синтезирует соединение, позднее получившее название амфетамина. Фармакологическое значение вещества тогда практически не было замечено: первоначально это было событие органической химии, а не медицины.

1893. Появление метамфетамина
Японский химик Нагаи Нагаёси получает метамфетамин при исследованиях соединений, связанных с эфедрином. Таким образом, химическая основа будущего Pervitin существовала задолго до Третьего рейха.

1919. Кристаллический метамфетамин
Акира Огата в Японии получает метамфетамин в кристаллической форме. До превращения вещества в массовый лекарственный и военный продукт остается еще почти два десятилетия.

Конец 1920-х. Амфетамин становится лекарством
Гордон Аллес заново исследует амфетамин и устанавливает его выраженные физиологические свойства. Именно на рубеже 1920–1930-х годов амфетамин из химического курьеза начинает превращаться в практически применимое лекарственное средство. FDA связывает этот этап с исследованиями Аллеса и Smith, Kline & French в 1929 году.

1932–1934. Benzedrine выходит на рынок США
Компания Smith, Kline & French начинает продавать Benzedrine как средство от заложенности носа в форме ингалятора. Источники несколько различаются в датировке коммерческого запуска — 1932, 1933 или 1934 год в зависимости от того, какой этап вывода продукта считать началом продаж, — но к середине 1930-х Benzedrine уже становится известным американским фармацевтическим продуктом.

1937. Амфетамин становится препаратом для системного действия
Benzedrine sulfate начинает активно продвигаться уже не как местное средство, а как препарат, воздействующий на бодрствование, настроение и центральную нервную систему. В июне 1937 года JAMA обсуждала проблему так называемых «pep pills», а в декабре американская медицинская система разрешила рекламировать Benzedrine sulfate для ряда медицинских показаний.

Это был принципиальный переход.

Амфетамин переставал быть лекарством только для больного носа.

Он становился лекарством для состояния человека.

1938. Pervitin
В Германии Temmler-Werke выводит на рынок Pervitin — промышленный препарат метамфетамина. Он первоначально свободно распространяется через гражданскую аптечную систему и быстро привлекает внимание благодаря сильному стимулирующему действию.

Практически сразу возникает военный интерес.

В сентябре 1938 года, а затем весной 1939-го Отто Ранке по заданию армейской санитарной системы проводит исследования Pervitin на курсантах военно-медицинского профиля.

1939. Польша: лекарство выходит на войну
К началу Второй мировой централизованной системы армейского снабжения Pervitin еще нет. Препарат приобретается децентрализованно, остается доступным в гражданских аптеках, а решение о его выдаче может зависеть от конкретных командиров и военных врачей.

Польская кампания становится первой крупной полевой проверкой. Сохранившиеся германские медицинские отчеты дают неоднозначную картину, но именно практический опыт 1939 года усиливает стремление военной медицины перейти от стихийного употребления к регламентированной системе.

Зима 1939–1940 годов. Ранке добивается регулирования
После Польши Отто Ранке неоднократно ставит перед Heeressanit;tsinspektion вопрос о централизованном порядке снабжения и использования препарата.

Формируется принцип:

Pervitin может быть полезен в особой ситуации, но должен стать контролируемым военно-медицинским средством, а не свободным армейским стимулятором.

13 апреля 1940 года. Решение на уровне руководства медицинской службы
Начальник санитарной службы сухопутных войск Антон Вальдман докладывает вопрос главнокомандующему сухопутными войсками Вальтеру фон Браухичу. В дневниковой записи Вальдмана смысл решения сформулирован как осторожное, но необходимое в особых обстоятельствах применение Pervitin.

17 апреля 1940 года. Pervitin получает официальную военно-медицинскую инструкцию
В войска направляется документ с приложением:

«Anweisung f;r den Sanit;tsoffizier ;ber das Weckmittel Pervitin» — инструкция санитарному офицеру по применению средства бодрствования Pervitin.

Параллельно распространяется памятка «Mittel zur ;berwindung der M;digkeit» — о средствах преодоления усталости. Архивная карточка Bundesarchiv подтверждает существование обоих документов.

Это одна из важнейших дат книги.

С этого момента можно говорить уже не просто об употреблении стимулятора военнослужащими, а об институциональном включении фармакологического управления усталостью в германскую военную медицину.

Весна — лето 1940 года. Пик германского снабжения
В этот период появляется знаменитая цифра порядка 35 миллионов таблеток.

Но ее необходимо формулировать осторожно.

Ян Хаверкамп, опираясь на исследования Петера Штайнкампа, пишет о более чем 35 миллионах таблеток Pervitin и Isophan, поставленных армии и Люфтваффе с апреля по июль 1940 года. Bundesarchiv подтверждает существование отдельной статистики выдачи Pervitin и Isophan сухопутным войскам и авиации за апрель–декабрь 1940 года.

Волкер Хартманн, ссылаясь на тот же архивный комплекс RH 12-23/1884, формулирует цифру несколько иначе — около 35 миллионов таблеток, поставленных главным санитарным складом армии и Люфтваффе к периоду Французской кампании.

Следовательно, для основного текста книги наиболее корректная формула:

«В пиковый период весны–лета 1940 года германским сухопутным войскам и Люфтваффе было поставлено около или свыше 35 миллионов таблеток Pervitin и близких стимулирующих препаратов».

Без утверждения, что все эти таблетки были употреблены во Франции.

Май–июнь 1940 года. Французская кампания
Pervitin находится в официальной системе снабжения в момент германского наступления на Западе.

Источники подтверждают его применение военнослужащими, в том числе в моторизованных соединениях. Но военно-медицинская историография подчеркивает отсутствие статистики, которая позволяла бы непосредственно связать количество употребленного препарата с конкретными боевыми результатами Французской кампании.

Именно здесь рождается впоследствии миф о «метамфетаминовом блицкриге».

Конец 1940 года. Энтузиазм начинает спадать
Американский историк Николас Расмуссен отмечает резкое сокращение германского военного потребления Pervitin уже к концу 1940 года. Германская военно-медицинская литература также рассматривает раннее лето 1940-го как пик армейского применения.

Причины становятся все более очевидными:

индивидуально различающиеся эффекты;

накопление медицинских наблюдений;

риск злоупотребления;

необходимость восстановления после стимулирования;

постепенное ужесточение контроля.

Январь 1941 года. Открытая медицинская критика
Немецкий психиатр Эрнст Шпеер публикует работу «Das Pervitinproblem», в которой резко выступает против бесконтрольного и необоснованного применения препарата и предупреждает об опасности его использования у людей, уже находящихся на пределе работоспособности.

К этому времени германская медицина уже не может утверждать, что основные риски Pervitin неизвестны.

12 июня 1941 года. Ужесточение гражданского контроля
Pervitin подпадает под германское законодательство об опиатах и наркотических веществах. Контроль над препаратом становится жестче на фоне растущих опасений по поводу злоупотребления и зависимости.

Через десять дней начинается война против СССР.

Лето–осень 1941 года. Восточный фронт и новая осторожность
Pervitin продолжает применяться на Восточном фронте, однако германские военно-медицинские источники оценивают его значение уже ниже, чем во время кампании 1940 года.

В Bundesarchiv сохранилась памятка «Erm;dung und ihre Bek;mpfung (Anwendung und Wirkung des Pervitins)», датированная в каталоге 25 июля 1941 года. Хартманн отдельно упоминает издание армейской санитарной инспекцией аналогичной регулирующей памятки 9 сентября 1941 года. Вероятно, речь идет о разных стадиях или редакциях нормативного комплекса, и окончательное установление их взаимосвязи требует сверки архивных оригиналов.

1941–1945 годы. Японское военное применение метамфетамина
Метамфетамин, известный в Японии прежде всего через торговое название Hiropon/Philopon, используется во время войны для поддержания бодрствования, в том числе в авиации и подразделениях связи. После капитуляции крупные запасы и существующая производственная инфраструктура станут одним из факторов послевоенного распространения препарата.

1942 год. Германия формализует ограничения
18 июня 1942 года появляются «Richtlinien zur Erkennung und Bek;mpfung der Erm;dung» — рекомендации по распознаванию и борьбе с усталостью, включая применение и действие Pervitin. Документ находится в архивном комплексе RH 12-23/1882.

Показательна сама эволюция языка.

1940 год:

средство бодрствования.

1942 год:

распознавание и борьба с утомлением.

В центр постепенно перемещается уже не препарат, а физиологическая проблема.

Ноябрь 1942 года. RAF официально разрешает Benzedrine
Королевские ВВС Великобритании проходят путь от полного запрета на амфетамин в сентябре 1939 года до осторожного разрешения Benzedrine для применения в боевых операциях в ноябре 1942-го. Решению предшествуют лабораторные и эксплуатационные исследования.

Это становится второй крупной моделью военной фармакологии:

не германская схема быстрого внедрения, а осторожное институциональное разрешение после нескольких лет исследований.

1942 год. Британская армия также институционализирует амфетамин
Исследования Николаса Расмуссена показывают, что к концу 1942 года амфетамин уже принят и британскими сухопутными структурами на Ближнем Востоке. Научные данные при этом оставались далеко не однозначными: ученые не смогли убедительно доказать большое преимущество амфетамина перед кофеином по объективным показателям работы.

Февраль 1943 года. США превращают Benzedrine в глобальный предмет снабжения
Американская Army Supply Service объявляет Benzedrine доступным для пятнадцати театров военных действий. Специальные сообщения направляются штабам Дуайта Эйзенхауэра и Дугласа Макартура. В первой половине 1943 года таблетки поступают как сухопутным войскам, так и авиации.

Это уже не просто медицинский эксперимент.

Амфетамин становится предметом глобальной военной логистики.

1943 год. Советский фенамин
В советской научной печати фиксируются исследования фенамина.

В частности, в 1943 году публикуется работа Ю. П. Астанина, Я. А. Эголинского и М. Я. Михельсона об испытании фенамина, лимонника и других стимуляторов центральной нервной системы при физической нагрузке. Другие публикации того же периода также изучают физиологическое действие фенамина, прямо связывая его с Benzedrine.

Это принципиальный факт для контрфактической части книги:

советская фармакология обладала собственным амфетаминовым инструментом.

1943–1944 годы. Союзники накапливают скепсис
Несмотря на продолжающееся снабжение, британские и американские исследователи все яснее видят разрыв между субъективным ощущением бодрости и объективным качеством выполнения сложных задач. Расмуссен показывает, что научное преимущество амфетамина перед кофеином так и не стало безусловным, а британская авиационная медицина к концу войны относилась к препарату гораздо осторожнее, чем в период его внедрения.

6 апреля 1944 года. Советская военная медицина публично говорит о фенамине
В №82 газеты «Красная звезда» появляется материал, связанный с главным гигиенистом Красной армии Федором Кротковым и военно-медицинскими исследованиями борьбы с утомлением. Позднейшие исследования этой публикации отмечают прямое обсуждение фенамина и его применения в боевой обстановке. Сам номер «Красной звезды» за 6 апреля 1944 года сохранился в цифровом архиве Некрасовской библиотеки.

1944 год. Германия переходит к крайним экспериментам
По мере ухудшения военного положения особенно тяжелая проблема длительного бодрствования возникает в специальных формированиях Kriegsmarine — экипажах малых подводных средств и других Kleinkampfverb;nde.

Военно-медицинские документы фиксируют поиск все более сильных сочетаний стимулирующих веществ, а позднее — преступные эксперименты над заключенными концентрационного лагеря Заксенхаузен. Это уже не массовая фармакология Вермахта 1940 года, а специализированная и все более радикальная программа для крайне тяжелых заданий.

1945 год. Конец войны — но не военной фармакологии
Американские военные закупки амфетаминовых таблеток оставались значительными вплоть до второго квартала 1945 года. После войны военные исследования стимуляторов не прекращаются, а переходят в эпоху дальних авиационных операций, холодной войны и систематического fatigue management.

Таким образом, к 1945 году произошел полный исторический цикл:

химическое вещество ; лекарство ; гражданский стимулятор ; военный эксперимент ; массовое снабжение ; регламент ; обнаружение ограничений ; специализированное управление бодрствованием.

Главный результат Второй мировой состоял не в изобретении «таблетки сверхсолдата».

Армии обнаружили новую категорию военного ресурса:

состояние бодрствования человека.