АнтиБарбаросса. Первый день

В.К. Петросян (Вадимир). ВЕЛИКАЯ ОТЕЧЕСТВЕННАЯ ВОЙНА 1941–1945 гг. И СТРАТЕГИЯ ТОТАЛЬНОГО СНАЙПИНГА. Приложения

АнтиБарбаросса. Первый день
Если первый час определяет, превратится ли нападение в управленческий обвал, то первый день определяет другое:

кто быстрее превращает полученную информацию в новую оперативную реальность?

К вечеру 22 июня Германия уже не является для СССР полностью неизвестным противником.

Направления ударов проявлены.

Но одновременно советская система уже понесла потери.

Поэтому первый день — это соревнование:

накопления германского успеха
с

накоплением советской организованности.
Историческая точка сравнения
Архивная карта Западного фронта фиксирует положение войск и противостоящего противника именно в первый день войны.

Кроме того, вечером 22 июня, в 21:15, была оформлена директива № 3 с задачами войскам на 23–24 июня. Сам факт этого документа и его времени подтвержден архивной публикацией ЦАМО.

Для нашей альтернативной модели значение этого документа не в том, чтобы объявить любой исторический советский контрудар ошибочным.

Главный вопрос:

каков должен быть приоритет решения вечером первого дня?

В нашей доктрине он отличается.

Историческая проблема первого дня
Главная опасность не только в физической потере территории.

Самое тяжелое происходит, если одновременно:

части получают противоречивую информацию;

связь нарушена;

резервы движутся без ясной картины;

авиация действует фрагментарно;

немецкие механизированные части опережают советский цикл решений.

Тогда каждый час ухудшает положение.

Наша альтернатива должна создать противоположный эффект.

Первые шесть часов
К утру главные направления постепенно становятся яснее.

Приграничная оборона уже выполнила одну из важнейших задач:

вынудила противника физически показать, куда направлен его настоящий ресурс.
Теперь возникает возможность перераспределения.

Не всех войск.

Это невозможно.

Но:

ПТР;

МОТ;

части артиллерии;

инженерных резервов;

автомобильных подразделений.

Именно легкость этих систем позволяет быстрее корректировать первоначальную дислокацию.

Самое важное преимущество дешевого оружия — его можно ошибочно разместить и исправить ошибку дешевле
Это необходимо подчеркнуть.

Предвоенное командование неизбежно ошибется в части прогнозов.

Нельзя идеально знать германский план.

Но ошибка расположения:

тяжелой механизированной дивизии

и

мобильного ПТР-резерва

имеет разную стоимость исправления.

Чем легче и модульнее сила, тем быстрее можно изменить ее направление.

Следовательно, тотальный снайпинг не устраняет ошибки разведки.

Он делает часть этих ошибок менее необратимыми.

Это очень сильное свойство.

Первый день как борьба за километры и часы
Пусть германская передовая группа за первые часы прорвала один участок.

Вопрос:

какая у нее средняя скорость после учета:

первых боев;

мин;

ремонта;

перестроения колонн;

пехотного сопровождения.

И одновременно:

какова скорость советского перемещения вдоль фронта?

Если немцы проходят 20 км до следующего кризиса, а советский резерв должен пройти 40 км и начинает поздно — Германия выигрывает.

Если немцам требуется несколько часов на 10–15 км операционного продвижения, а резерв движется по более короткой рокаде и получил приказ заранее, баланс меняется.

Следовательно, первый день должен рассчитываться не средней скоростью танка, а средним временем создания следующего оперативного кризиса.

Потери германской бронетехники
За сутки уже можно вводить категории:

уничтоженные;

тяжело поврежденные;

временно обездвиженные;

отставшие;

в ремонте.

Но главная цифра:

доля машин, не участвующих в следующем ударном цикле.
Предположим дивизия физически потеряла безвозвратно сравнительно немного танков.

Но:

10% повреждены;

еще несколько процентов отстали;

часть ожидает снабжения.

Тогда оперативно доступный парк может снижаться значительно быстрее числа сгоревших машин.

Именно эту величину необходимо считать в нашей модели.

Потери германского транспорта
Возможно, к концу первого дня они становятся не менее важны.

Транспорт:

менее защищен;

многочислен;

необходим для снабжения.

В прямом тактическом смысле грузовик дешевле танка.

Но потеря нескольких десятков машин в неправильном месте может влиять на:

боеприпасы;

горючее;

эвакуацию;

пехотное сопровождение.

Следовательно, настоящий объект тотального снайпинга:

не германский танковый парк, а германская механизированная функция.
Танк — лишь часть этой функции.

Пехота
К концу дня немецкая пехота уже начинает менять поведение.

Максимальный эффект неожиданного снайперского огня падает.

Это обязательно должно быть в модели.

То есть нельзя взять результат первых десяти минут и умножить:

на 6;

на 24 часа;

на количество дней.

Так мы получили бы фантастические потери.

Вместо этого вводится:

коэффициент суточной адаптации.
Например, эффективность отдельных типов снайперского огня после первых эпизодов уменьшается, поскольку:

цели меньше открываются;

больше применяется подавление;

лучше организуется наблюдение.

Но цена этого снижения для немцев:

более осторожное движение.
То есть советская система теряет часть поражающего эффекта и одновременно сохраняет часть темпового эффекта.

Артиллерия вермахта
К середине и второй половине дня немецкая артиллерия становится гораздо более опасным контрфактором.

Позднейшее описание германской тактики показывает, насколько важными задачами артиллерии считались нейтрализация противотанковой обороны, ослепление наблюдателей дымом и воздействие на подходящие резервы.

Следовательно, центральный советский вопрос:

сможет ли распределенность заставить немцев расходовать значительное количество тяжелых боеприпасов на множество сравнительно дешевых целей?

Если да, то часть советской тактической потери превращается в германский логистический расход.

Люфтваффе
К первому дню немецкая авиация уже начинает распознавать приоритетные объекты новой системы.

Особенно опасны:

рокады;

переправы;

автомобильные концентрации;

штабы;

радиоузлы.

Следовательно, значение МОТ-ПВО возрастает не потому, что она должна «сбить всю авиацию».

А потому, что ей необходимо сохранить возможность советской армии двигаться днем.

Если движение возможно только ночью, Tсов резко увеличивается.

Если днем под ПВО — меньше.

Именно это должно войти в расчет.

Что делать советским танкам в первый день?
Это один из важнейших доктринальных вопросов.

В нашей системе не требуется немедленно бросать все бронетанковые силы в широкие встречные удары.

Первые сутки предпочтительнее использовать для:

определения направления;

сохранения танковых резервов;

подготовки локальных контрударов по уже заторможенным группировкам.

Это не универсальный запрет на контратаку.

Если возникает прекрасная локальная возможность — ее нужно использовать.

Но стратегический принцип:

танковый контрудар является второй фазой, а не рефлекторным ответом на сам факт германского наступления.
Именно так дорогой танковый капитал применяется после того, как дешевые средства уменьшили риск.

Первый день и директива № 3
Исторический документ от 22 июня в 21:15 показывает, что уже вечером первого дня центральное командование формулировало задачи на последующие 23–24 июня.

В нашей альтернативной армии важнейшее отличие состоит не обязательно в отсутствии любых наступательных задач.

Оно в порядке приоритетов.

Сначала штаб должен ответить:

где германский Schwerpunkt?

какие участки первого эшелона держатся?

где уже находятся мобильные резервы?

какой следующий рубеж необходимо усилить?

И только после этого:

где контрудар способен дать непропорциональный результат?

Критерий победы первого дня
Не:

граница полностью сохранена.

Не:

немцы понесли огромные потери.

Не:

все германские самолеты сбиты.

Главный критерий:

к концу 22 июня Красная армия сохраняет способность управляемо изменить свою дислокацию в ответ на раскрытый германский план.
Если это выполнено, второй день начинается не из худшей, а из более информированной конфигурации.

Три сценария
Минимальный
Германское наступление продолжает развиваться быстро.

Но:

больше задержек;

меньше свободных прорывов;

часть советских соединений получает дополнительное время.

Центральный
Направления главных ударов определяются достаточно рано.

Резервы перемещаются.

Локальная ПТР- и МОТ-плотность к вечеру выше утренней именно там, где она нужна.

Германское движение сохраняется, но перестает ускоряться.

Максимальный
К вечеру первого дня:

основные механизированные ударные группировки уже сталкиваются со вторым организованным эшелоном;

советское командование сохраняет возможность формировать третий;

историческая цепь:

прорыв ; потеря управления ; более легкий следующий прорыв

не запускается.

Именно это является настоящей победой первого дня.