опаааздывает..

«Я встретила её в маленьком районном сквере. Она расположилась на скамейке и явно ждала кого-то. Я примостилась рядом.

Изредка поглядывая на часы - браслетка и крошечный циферблат на узкой, не костлявой руке. Она цокала языком, шептала что-то сухими, чуть тронутыми розовой помадой губами. И сердилась. Я, чтобы поддержать одиночество, вздохнула. И молвила: «Опаааздывает..» И вздохнула ещё раз.

Она обернулась ко мне, удивлённо вскинула бровки и сказала, как отрезала: «Да, опаздывает!» И снова уставилась в арку, предваряющую вход на аллеи.

Я посидела ещё, совсем близко. Так, что слышала запах духов. Далёкий и полузабытый - как моё детство. И её молодость. И пыталась уловить в поджаром теле - шляпка, костюм «от шанель», туфли на небольшом каблуке. Ритм, биение жизни - её жизни, чем-то привлёкшей меня.

Она была не в восторге от соседства. Ёрзала, выговаривала молча, одними глазами, кипятилась. В конце концов, поинтересовалась. Не слишком вежливо: «Неужели в парке нет других скамеек?» Она не спросила даже - а уверила меня.

«Ну зачем же мне другие..» - я сгладила чужой тон своим добрейшим расположением, - «мне эта подходит. Да и вдвоём сидеть веселей..»

Последнее её разволновало. Она - я чувствовала это - готова была услышать «ждать». Но я её пощадила..

И эта моя жалость, снисходительность - но не сарказм, не издёвка. Приглушили яд в голосе и пригладили иглы на броне.

«Не к рукам..»

«Что, простите?» - я не поняла, что мне кинули трос из лодки. И пытаются причалить. С моей помощью, конечно.

«Он вечно опаздывает», - уточнила дама.

Я кивнула: «Слава Богу, не ослышалась..»

«Говорю - не к рукам. Он опаздывает все шестьдесят лет, что я его знаю. Подумать только..» - соседку прорвало. Как прорывает трещину в водопроводной трубе до размеров бедствия. Так вот, что заинтересовало меня.

С первого взгляда, пятнадцать минут назад. Едва зарулив в сквер, я натолкнулась маршрутом на прямую фигуру. Зависшую - не над ламелями, тридцатилетней давности. Но над миром, который огорчил её..

«.. он опоздал на первое свидание, но прислал друга. Предупредить, что опаздывает.. В результате я вышла замуж за друга. Потому что тот оказался бойчее.. Потом мы снова встретились, я уже была в разводе. Второй раз.. » - пребывала в накопившейся ярости мадам.

Я весело развернулась к говорившей. И теперь внимала с восторгом чужой истории, которая была мне « по барабану».

«..мы снова задружились. И он сделал мне предложение. Пошутив: «Бог любит троицу..» Дурачок деревенский.. И опоздал на свадьбу..» - мне уже было жалко спортсмена по опозданием. Я предвидела - чем его встретит нестареющая пассия.

«..я уговорила тётку из ЗАГСа подождать. Она уже знала меня и согласилась. Не сомневаясь - раз я пришла женихаться, значит холостой не уйду!» - мой жизненный опыт расширялся на глазах. Так вот, оказывается как надо убеждать крючкотворов всех мастей.

«Он пришёл, и мы наконец-то стали жить вместе. Дальше не интересно.. Он опаздывал везде и куда только можно было.. Я привыкла. Он опаздывал на мои юбилеи, к поезду на юг. В больницу на операцию, на панихиды друзей..»

Мой криминальный ум начал намекать на печальное. Почему-то мне вздумалось.Что «операция» и «панихида» как-то связаны. Я навострилась.

В этот момент, женщина всплеснула вдруг руками и закричала сильным, пронзительным контральто: «Саша, ну что же ты делаешь!»

Вздрогнув, я покрутила головой. И увидала мужчину, спешащего от центрального входа. С букетом цветов. Вышколенного, с военной выправкой. В костюме, начищенных ботинках. Он издали улыбался и растопырил руки в объятиях.

Он улыбался - почти смеялся - так легко. Как могут это делать только люди совсем не виноватые.

Подошёл, поздоровался со мной. Приподнял со скамьи за плечи свою подругу. Обнял и они пошли вместе по гравийной дорожке.

Я смотрела им вслед. И думала: «Такого можно ждать. Всю жизнь..»»