Великан Миша немецкая сказка

В стародавние времена в царстве Великанов жили муж с женой, у которых было одиннадцать сыновей; младшего из них звали Мишей. Все братья занимались каждый своим делом, Миша же был отчаянным лентяем. Ничем нельзя было заставить его работать: братья нередко били его за лень, а родители постоянно выговаривали.
Однако ни слова, ни побои не оказывали на мальчика никакого действия; вместо того, чтобы работать, Миша весь день сидел под большим дубом и, если не спал, играл на гармонике, которую ему кто-то подарил.
Играть же на ней он научился мастерски. Лежа на спине в мягкой траве и вперив глаза в небо, он извлекал из гармоники такие дивные звуки, что птицы отовсюду слетались слушать его музыку. Дрозды, зяблики и скворцы сидели смирнёхонько, стараясь запомнить прелестные песенки, чтобы, подражая им, получить первую награду на ближайшем состязании в пении.
Гармонику свою Миша прятал обыкновенно в дупле большого дерева и даже никому из родных не говорил о ее существовании. Родители его и братья так и не знали, что Миша музыкант, да они, пожалуй, этого и не оценили бы, так как в стране Великанов совсем не знали толку в музыке. Там в чести был тот, кто больше всех съест или выпьет.
Поэтому над Мишей, который ел и пил умеренно, дома смеялись, так что он стал даже избегать обедать дома, а все время проводил в лесу со своей гармоникой.
Вероятно, жизнь его и дальше текла бы так же, если бы другая семья Великанов не пригласила наших Великанов на состязание в еде. Дело в том, что один очень богатый Великан назначил награды лучшим едокам, весь город взволновался — только и было толку, что об этом важном событии. Состязание должно было быть открытым, и сам король обещал появиться к тридцать первому блюду.
Десять Мишиных братьев в ожидании этого дна стали усердно подготовляться, надеясь получить награду, но ленивый Миша, к огорчению, не принимал в этих приготовлениях никакого участия. Ему как младшему не сочли нужным даже сообщить о предстоящем состязании, а поэтому он делал вид, что ничего не знает.
Родителей это расстраивало, и даже мать, обыкновенно защищавшая младшего сына, сказала: | — Не стыдно ли тебе, неблагодарный, так позорить нашу семью?! — Мне очень жаль, матушка, что я огорчаю вас, — ответил Миша. — Но по правде сказать еда и питье привлекают меня мало, есть много вещей, которые мне нравятся гораздо больше.
Ничего обиднее этого в царстве Великанов ни один почтительный сын не мог сказать своим родителям. Мать в отчаянии всплеснула руками. Братья пришли в негодование, и старший спросил своим густым басом: — Ты, значит, хочешь нас подвести, Миша? — Думайте обо мне что хотите! — сказал он решительно и объявил, что не намерен участвовать в состязании.
Даже старик отец не мог снести этого. Он вскочил в гневе и обратился к сыну, указывая рукой на дверь. — Если ты так мало дорожишь честью нашей семьи, то тебе не место более в моем доме, негодный мальчишка!
Миша, ни слова не говоря, тихо вышел из дома. Хотя ему было жаль покинуть мать и родной дом, но, с другой стороны, ему давно уже хотелось постранствовать. Он взял свою дорожную палку, достал из дупла гармонику и, взяв ее под мышку, бодро отправился в путь.
Пройдя немного, он услышал сзади себя спешные шаги. Обернувшись, он увидел старуху мать. — Ах, Миша, вернись назад, — просила она со слезами на глазах. — Будь милым мальчиком! Я знаю, если ты захочешь, то можешь съесть не менее других, если не больше! Но молодой Великан покачал головой.
— Нет, матушка, — сказал он, — я не вернусь больше к отцу и братьям. Мне скучно здесь, в нашей стране, где все только и говорят об еде и питье. — Но куда же ты пойдешь? — спросила мать, утирая слезы фартуком величиною в двадцать две простыни.
— Я пойду куда глаза глядят, — сказал Миша. — А пропитание я заработаю себе игрой на гармонике. — Игрой на гармонике?! — повторила старуха. — Да ведь ты с голоду помрешь! Разве ты когда-нибудь слыхал, чтобы Великан играл на гармонике? — прибавила она, покачав головой. — Не беспокойся, я не пропаду, — утешал
Миша свою мать. Видя, что она не может переубедить сына и заставить его вернуться домой, старая Великанша глубоко вздохнула и сказала: — Ну, Миша, если ты действительно решил уйти от нас, то я сообщу тебе тайну, которую до сих пор знали только твой отец и я: ты не МОЙ СЫН. — Как? — с удивлением воскликнул Миша, чуть не уронив свою гармонику. — Я не ваш сын, матушка? — Нет, — отвечала старая Великанша. — Когда ты был еще маленький, тебя в одну бурную ночь принес какой-то человек в черном плаще. Он передал большую сумму денег и просил нас воспитать тебя, как собственного сына. — Что это за человек? — спросил Миша. — Он был похож на колдуна. На голове у него был высокий остроконечный колпак с петушиным пером, одет он был в короткий черный плащ с широким воротником. Сбоку же висела длинная шпага. Мы взяли тебя тем охотнее, что за несколько дней перед этим умер наш младший сын, скушав слишком много каши.
— А что сталось потом с этим колдуном? —
— Вот это-то и удивительнее всего, — сказала мать. — Лишь только он положил нам деньги на стол, как мгновенно исчез в дымовой трубе. — Может быть, я совсем не из породы Великанов? — сказал в раздумье Миша. — Во всяком случае, я теперь попытаю счастья на белом свете. Прощайте, матушка! Простите меня за те огорчения, которые я всем доставил, спасибо за ваши попечения и заботы обо мне! — Прощай, Миша! — сказала старуха Великанша, крепко сжав ему руку. — Мне очень жаль, что ты не хочешь у нас остаться. Со временем ты, наверно, стал бы таким же большим, как и твои братья. — Мне кажется, я и так уже достаточно велик, матушка, — возразил, рассмеявшись Миша. Он был действительно немалого роста; в нем было более двух саженей, что для Великана еще не особенно много.
Вскоре после ухода Миши состоялось знаменитое состязание, на котором его братья одержали блестящую победу. Состязание продолжалось целый месяц. Съедено было несколько стад баранов, быков и свиней, двадцать тысяч мешков картофеля, миллион кочнов капусты и хлеба больше, чем сто булочников могут напечь в течение десяти лет.
Король сам раздавал награды, и каждый победитель получил, кроме того, золотую медаль.
Когда в стране Великанов происходили эти события, вдали оттуда, на юге, на полуострове Калейка-кука жил старый король со своей единственной дочерью Олиндой, прелестной девушкой, любимой всеми за ее доброту и благотворительность.
При дворе короля проживал красивый молодой рыцарь. Глядя на этого рыцаря, никто не мог бы подумать, что в душе он человек злой и коварный. Он умел притворяться, так что все считали его честным и благородным. Он-то и задумал жениться на прекрасной королевне Олинде и завладеть затем престолом.
Понимая, что одному ему осуществить это намерение не удастся, он распорядился оседлать себе вороного коня и поехал к старому колдуну, жившему в темной пещере у подно-
Е жия высокой горы. Отправился туда граф Гарро, — так звали рыцаря, — ночью, тайно от всех.
Было темно, и лошадь его медленно пробиралась в чаще леса.
Завывающий ветер качал верхушки старых деревьев; они скрипели и как будто хотели схватить ветвями одинокого путника. По сторонам клубился туман, принимая самые причудливые формы.
Лошадь от страха взвивалась на дыбы, так что всадник лишь с трудом держался в седле. Все время вокруг него шептались таинственные голоса и, где почва была тверда, слышался топот множества ног.
Иногда пролетала мимо сова, грузно махая крыльями и устремив на него свои светящиеся глаза. Даже графу, никогда ничего не боявшемуся, стало жутко, и, достигнув входа в пещеру старого колдуна, он облегченно вздохнул. г
Сойдя с лошади, он стукнул рукояткой меча в дверь. Она немедленно отворилась, и на пороге появилось такое безобразное существо, что граф Гарро в ужасе отступил на несколько шагов.
Перед ним был карлик, ростом не более 3 футов. У него были тонкие ноги и огромная голова с тремя глазами. Толстый нос и широкий рот с оскаленными зубами увеличивали его безобразие. — Зачем ты явился сюда в ночное время, незнакомец? — угрюмо спросил карлик. — Мне надо поговорить с колдуном, — ответил Гарро. Всякий другой, конечно, принес бы фонарь, чтобы взглянуть в лицо ночному посетителю. Но карлик устроил это гораздо проще. Он открыл рот, и откуда вырвалось пламя, при свете которого он и разглядел лицо незнакомца. Затем пламя исчезло так же быстро, как появилось, точно он лишь высунул и спрятал ЯЗЫК.
Благородный конь, которого граф держал за поводья, стал на дыбы, и Гарро едва его удержал.
Карлик, однако, как бы ничего не замечая, спокойно спросил: — Что тебе надо от колдуна? Почему ты жаждешь его видеть, несмотря на глубокую ночь? — Какое тебе до этого дело? — сердито ответил граф, принявший карлика за слугу старого волшебника. — Беги и доложи хозяину, что граф Гарро желает его видеть.
Но карлик не трогался с места и протянул свою длинную руку, напоминавшую птичью ногу с когтями.
— Ты, вероятно, хочешь получить на чай? — засмеялся граф. — Ну, получай! С этими словами он достал из кармана золотую монету и кинул ее трехглазому карлику, который ловко подхватил ее и, выпустив изо рта пламя, осветил монету. Убедившись, что она настоящая, он сунул ее в карман и сказал, осклабясь: — Войдите, колдун дома! С этими словами он дал дорогу графу. Колдун был тощий старичок, на морщинистом лице которого выдавался длинный нос, такой острый, что им, кажется, можно было бы проткнуть доску. Седые волосы спускались длинными космами на его плечи. На голове у него была черная бархатная ермолка, а тощее тело его было прикрыто темно-красным бархатным плащом, украшенным золотыми звездами.
Колдун читал в это время толстую книгу в ветхом кожаном переплете. Темнота не мешала ему, так как буквы казались ярко-красными, как раскаленные угли.
Жутко было в этой пещере. На сводах потолка висели чучела животных; в середине была огромная акула, длиною около десяти футов, широко разинутая пасть ее как бы хотела проглотить всякого, кто подойдет к ней. Вдоль стен были прибиты жерди, на которых сидели сычи и совы, они пристально глядели на позднего посетителя своими светящимися глазами. В глубине пещеры на очаге кипел большой котел, выпуская клубы густого пара. Вероятно, колдун варил какой-нибудь волшебный напиток. Громадный пятиногий кот сидел у дверей и злобно взглянул на вошедшего графа.
Однако граф ни на что не обращал внимания. Он уже не раз бывал у колдуна, и его ничто более не страшило.
Колдун поднял голову и пристально взглянул на посетителя. — Ах, это вы, граф Гарро, — прохрипел он. — Давненько я вас не видал. Граф, прежде чем ответить, оглянулся и, заметив, что карлик вошел вслед за ним, остался недоволен. — Я не желаю, чтобы ваш слуга присутствовал при нашем разговоре, — высокомерно заметил он. — Мой слуга? —с удивлением повторил колдун. — Вы, граф Гарро, очень ошибаетесь! Это царь огня Гокуспокус, могучий властелин, а живет он в огнедышащей горе Везувии.
Тогда граф Гарро обратился к карлику, метавшему на него злобные взгляды: — В таком случае простите, что я вас принял за слугу, — сказал он, извиняясь. — Но вам не следовало брать от меня золотой монеты... — Я сделал это только потому, что золото, которое мы получаем от смертных, нам приносит счастье, — ответил царь огня, — но если вам его жаль, возьмите обратно. С этими словами он вытащил монету из кармана и Оросил ее на пол. Вспыхнул столб пламени, и царь огня Гокуспокус мгновенно исчез. — Что вы наделали! — сказал колдун взволнованным голосом. — Царь огня обидчив, и горе тому, кто навлечет на. себя его гнев. Попытаюсь воротить его; может быть, мне удастся смягчить его гнев. | С этими словами он очертил волшебным жезлом большой круг на полу, стал в середине его и крикнул, взмахнув жезлом над головой, три раза: — Гокуспокус, появись! Но царь огня, вероятно, прогневался сильно, так как более не являлся. Между тем граф Гарро, настолько же алчный, насколько и злой, решил, что жаль оставлять золотой на полу. Он нагнулся, чтобы поднять его. И не успел прикоснуться к нему, как отчаянно вскрикнул и стал трясти рукой. — Что с вами, граф Гарро? — спросил с удивлением колдун. — Ой, ой! — кричал граф. —Я обжег себе пальцы. Монета — как раскаленная. — Вам не надо было ее поднимать. Ведь я уже говорил вам, что с царем огня шутки плохи. Но расскажите же мне, что вам от меня надо! —Я хочу жениться на принцессе Олинде, — ответил граф Гарро. — Но сперва мне хотелось бы устранить старого короля, чтобы скорее вступить на престол. — Вот что? — пробормотал колдун, весело потирая руки. — Вы полагаете, что старик зажился на свете, — ну, этому горю мы можем помочь. Но скажите, граф, принцесса вас любит?
Гарро неуверенно пожал плечами. — Этого я утверждать не могу, но ей всё-таки придется выйти за меня замуж. Я, конечно, давно уже обручился бы с ней, если бы у меня при дворе не было врага; вы его знаете, это канцлер короля, старый Гонестус. — Еще бы не знать его! — ответил колдун. — Это мой заклятый враг; и я с ним раз сыграл такую штуку, которой он, наверно, не забыл до сих пор.
— Пожалуйста, расскажите! — попросил граф. — Надо вам сказать, — продолжал колдун, усевшись снова в свое большое кресло и поглаживая своего пятиногого кота, из шерсти которого появились в это время голубоватые искры, — надо вам сказать, что у канцлера был сын. Он был одних лет с принцессой Олиндой, и их обручили друг с другом еще маленькими. Я же тихонько прокрался во дворец и похитил ребенка, затем сел на свой плащ и в ту же ночь полетел с мальчиком далеко-далеко в другую страну, где и отдал его на воспитание в одну семью. Семья эта не знает ни меня, ни ребенка, и поэтому ему никогда не удастся вернуться к своему отцу. — Об этом я уже слышал, — задумчиво сказал граф Гарро. — Мальчик исчез бесследно однажды ночью. Но теперь вы должны мне рассказать, каким образом вы думаете устранить короля, — прибавил он. — Дайте мне время подумать, — ответил колдун. Он взял большую книгу и стал ее перелистывать. — Нашел! — воскликнул он вдруг.— Я возьму себе в помощники моего доброго друга, адского духа, он разошлет во все концы королевства своих слуг, которые посеют всюду недовольство, ненависть и зависть и возбудят всех против короля. А я буду в это время сеять раздор между его советниками, таким образом вы скоро добьётесь цели своих желаний. \ Злой граф Гарро остался этим очень дово-
Н.
- Заказ
— Вы умный человек! — сказал он старому колдуну. С этими словами он достал из кармана кошелек, туго набитый золотыми монетами, и с видимым сожалением протянул его колдуну. — Получите свою плату, — прибавил он.
’ — Вам, видно, жаль расстаться со своим золотом, — насмешливо заметил старик. — Но на свете ничего даром не делается, а когда вы будете королем, у вас будет золота больше, чем вы в состоянии истратить: принцесса Олинда, говорят, очень богата. — Мяу, мяу, мяу! — замяукал вдруг кот. — Это плохое предзнаменование, граф
Гарро, — сказал озабоченно колдун. — Будем, однако, надеяться, что план наш удастся и ваше предприятие кончится благополучно. Он открыл дверь и выпустил графа Гарро.
Тот вскочил на лошадь и среди мрака пустился в обратный путь.
Буря между тем усилилась и выла в ветвях деревьев, нагоняя страх, к этому страшному завыванию присоединялось гулкое уханье филинов. В воздухе вспыхивали какие-то синие огоньки, пугавшие лошадь так, что граф едва мог справиться с ней.
Еше недалеко от пещеры колдуна конь вдруг остановился как вкопанный и начал тревожно фыркать. Гарро стал бить его хлыстом, но животное не трогалось с места.
Прямо на графа направлялась фигура, казавшаяся двигающейся башней. По виду это был человек, но ростом он был не менее двух саженей. Затем раздался такой громкий голос, что графу пришлось зажать уши, чтобы не лопнула барабанная перепонка: — Остановитесь на минутку — бедный музыкант хочет сыграть вам песенку на гармонике. Я сейчас очень нуждаюсь; мне нужны деньги, чтобы купить себе кусок хлеба!
С этими словами встречный взял в руки гармонику величиною чуть не с дом и начал играть. Казалось, что сразу заиграла тысяча музыкантов. Конь взвился на дыбы и чуть не сбросил графа. — Прочь с дороги, чудовище! — гневно крикнул граф и ударил великана хлыстом по ногам.
Миша, — так как это был он, — громко вскрикнул от боли и потер ушибленное место. Потом он побежал за поскакавшим всадником, но в темноте споткнулся о выступ скалы и до крови расшиб себе нос. — Ну, подожди, я с тобой рассчитаюсь! — воскликнул он, грозя кулаком вслед графу. — Это тебе даром не пройдет! — Так, так! Хорошенько отплати этому негодяю! — вдруг раздался голос вблизи молодого великана.
Когда Миша обернулся, чтобы посмотреть на говорившего, он заметил маленькую уродливую фигурку, которую принял было за гнома. Изо рта карлика вырвалось длинное голубоватое пламя, при свете которого он спокойно стал разглядывать великана. Это был Гокуспокус, царь огня. — Ничего, — сказал он, оглядев Мишу с ног до головы, — ты совсем молодец, юноша! Не моту ли я узнать, откуда ты? — Я-то? Ну конечно из страны Великанов!
Откуда же быть мне иначе?! — ответил Миша и стал на колени, чтобы лучше разглядеть странное существо, пылающее огнем, как печь.
Но Гокуспокус покачал головой.
— Я бывал в стране Великанов и знаю, каковы тамошние жители, — сказал он. — Поэтому я прямо скажу тебе, что ты не из их числа: хотя ростом ты так же велик, как и они, но у тебя слишком добродушное лицо. Да как ты попал сюда?
Тут Миша, почувствовавший доверие к карлику, рассказал ему, почему он покинул родной дом и что мать сообщила ему на прощание.
Царь огня, внимательно выслушав его, сказал: — Сегодня ночью я случайно подслушал разговор старого колдуна с одним человеком и узнал, кто ты и откуда. Я не ожидал от колдуна, которого до сих пор считал своим другом, такого низкого поступка. Хорошо еще, что я встретил тебя, — ведь десятью минутами позже я был бы уже на пути в Китай, где мне завтра предстоит важное совещание с императором.
Дело в том, что я царь огня и царство мое находится внутри земли, а мой лучший дворец — на горе Везувий, но я редко бываю там, так как все земные правители посылают за мной в трудных обстоятельствах и мне постоянно приходится путешествовать. Я дам тебе хороший совет: ступай немедленно ко двору короля Калейка-куки и посмотри, как тебя там примут. Вот тебе кольцо. Если понадобится моя помощь, то ты повороти его три раза и скажи: "Гокуспокус, явись"" Я сейчас же поспешу к тебе. — Теперь же мне пора в Китай, — закончил царь огня, и, прежде чем Миша успел его поблагодарить, Гокуспокус сел в свой маленький экипаж из блуждающих огоньков и быстро исчез в воздухе.
Когда Миша прибыл ко двору короля Калейка-куки, никто не обратил на него особого внимания, так как во всем королевстве было большое волнение. Раздоры, недовольство, посеянное колдуном, сделали свое дело, и народ был возмущен.
Тем временем граф Гарро побывал в покоях принцессы Олинды и сделал ей предложение. Прекрасная королевна отказала ему, и графу Гарро пришлось уйти ни с чем. И вот он поклялся жестоко отмстить ей. Вмешавшись в народную толпу, он еще более возбуждал ее против короля.
Дворцовая прислуга встревожилась и, собравшись вместе, обсуждала последние события.
Принцесса же в это время как раз смотрела в окно, выходившее во двор. Вдруг она слышит музыку, которая становится все громче и заставляет ее зажать уши. Она видит, что во двор замка вошел человек исполинского роста, играя на гармонике. С криком ужаса слуги разбежались во все стороны. Потом они снова собрались и стали обсуждать, как отнестись к появившемуся страшилищу-музыканту.
Дворовые мальчишки тем временем стали кидать камнями в Мишу — это был он. Один из них попал ему в нос, не заживший еще после падения в прошлую ночь. а погрозил мальчишкам кулаком, крикнув громовым голосом: — Если вы не оставите меня в покое, я вас так оттреплю, что вы долго будете помнить! Испуганные дети закричали благим матом и разбежались во все стороны. Тогда слуги, вооружившись чем попало, решили напасть на великана. Мише в конце концов, наверно, пришлось бы плохо, если бы принцесса не высунулась из окна и не успокоила всех. — Не стыдно ли вам всем нападать на одного человека? — крикнула она. — Ведь он ничего вам не сделал!
Затем она обратилась к Мише и ласково сказала ему: — Я позабочусь о том, чтобы вас больше не обижали, и распоряжусь накормить вас. А затем вы мне расскажите, что вас привело сюда. — Это я могу вам объяснить сейчас же, прекрасная принцесса, — ответил молодой великан. — Я пришел сюда, чтобы игрой на гармонике заработать себе пропитание.
Олинда кивнула ему приветливо головой. Приказав слугам позаботиться о незнакомце, она отправилась к отцу. — Я хотела сказать тебе, отец, чтобы ты остерегался графа Гарро. Он стал нашим заклятым врагом. — Сейчас, кажется, все стали моими врагами, — сердито проворчал король, — но я сумею справиться с недовольными, я тебя прошу не вмешиваться не в свое дело!
Принцесса, видя, что король достаточно взволнован, чтобы слушать ее спокойно, вздохнула и удалилась в свои покои, приказав никого не пускать к себе.
Молодого великана отвели между тем в кухню, где накормили и напоили. Все его боялись и не решались с ним заговорить. Миша сидел один в углу кухни и недоумевал, зачем царь огня посоветовал ему отправиться ко двору короля Калейка-куки.
Тем временем граф Гарро так взволновал народную толпу, что уже появились слухи, будто старый король уйдет на покой, а на престол возведут графа Гарро. эти достигли замка и возмутили придворных слуг. Те решили убежать, и с наступлением ночи во дворе не осталось ни одного слуги.
Вскоре затем старый канплер Гонестус постучал в дверь к принцессе Олинде. Она не впускала его. Тогда он крикнул ей, чтобы она спасалась, так как народ возмутился и идет на дворец.
Подумав немного, она отперла дверь и согласилась, что надо седлать лощадей и спасаться потайным ходом из замка. Когла они спустились во дворцовый двор, на их зов никто не отозвался. Казалось, весь двор вымер, и старому канцлеру пришлось самому седлать лошадей.
Король тоже поехал с ними. Они уже собрались покинуть дворцовый парк, как вдруг увидели Мишу, улегшегося спать под большим дубом.
Король, увидев исполинскую фигуру, казавшуюся в темноте еще больше, громко вскрикнул от ужаса, да и старый канцлер немало испугался.
Не испугалась одна Олинда, Она, наоборот, весело захлопала в ладоши и закричала: — Да ведь это тот великан, который забавлял меня нынче игрой на гармонике! — Я к вашим услугам, прекрасная принцесса, — ответил Миша, отвешивая ей глубокий поклон. — Может быть, я моту доставить вам какое-нибудь удовольствие? Вы были ко мне так добры, что мне хотелось бы чем-нибудь выразить вам свою благодарность. — Не думаю, чтобы вы могли нам помочь, — вздохнула Олинда. — Народ возмутился против нас, и мы должны спасаться из дворца. Единственная услуга, которую вы мо_жете оказать нам, это не выдать нашим преследователям, куда мы побежали.
Молодой великан приложил указательный палец ко лбу и немного подумал. — Мне кажется, я могу вам помочь, — сказал Миша, вспомнив вдруг о кольце, полученном им от Гокуспокуса. — Погодите немного, я сейчас позову помощника! Только не пугайтесь, если явится царь огненного царства или один из его подчиненных! Он, положим, извергает пламя, и вид у него не особенно привлекательный, но в сущности он — славный малый. — Только бы он помог нам, — вздохнул король. — Но уверен ли ты, что он действительно может нам помочь? — Понятно, ваше величество, — ответил
Миша, — иначе я не стал бы его звать. С этими словами он снял кольцо с пальца, повернул его три раза и крикнул громким голосом:
— Гокуспокус, явись! В воздухе показалась огненная искра, которую они приняли сначала за падающую звезду, она стала приближаться, и они разглядели колесницу из синих огоньков, летевшую по воздуху, подобно воздушному шару. Несколько минут спустя она опустилась на землю. В ней сидели царь огня Гокуспокус и маленькая моська, имевшая вид раскаленного утюга.
— Ты меня звал? — сказал царь огня. — Тебе, вероятно, нужна моя помощь? — Очень нужна! — ответил Миша. — Я по вашему совету отправился ко двору короля Калейка-куки. Но когда я прибыл сюда, все улицы были полны возбужденным народом, а теперь он идет на дворец, так что король и его дочь принуждены спасаться бегством. — Это, конечно, очень грустно, — заметил царь огня, покачивая в раздумье своей безобразной головой. — Но что же ты меня не представишь королю?! — Сейчас, — торопливо сказал молодой великан. Затем он подвел своего покровителя к королю, говоря: — Вго величество король Калейка-куки со своей дочерью, принцессой Олиндой. Царь огня Гокуспокус из Везувия в Италии!
— Нам прежде всего надо захватить зачинщиков восстания, — сказал царь огня. — Это, конечно, так, — вздохнул старый король, — но как это сделать?
— Ну, это не так трудно, — сказал карлик.
Он взял моську на руки и шепнул ей несколько слов на ухо. Животное немедленно понеслось по воздуху с невероятной быстротой, будто огненный шар, и тотчас исчезло.
Вскоре до слуха короля и его спутников донесся жалобный крик, а затем показалась странная фигура, большими прыжками скакавшая к ним по дороге. Когда она приблизилась, они разглядели тощего седого старика в длинном черном одеянии. На голове у него была темная бархатная ермолка, а плащ был усеян золотыми звездами. — Иду! Иду! — кричал он. — Только отпусти меня!
— Вот это первый!-— сказал царь огня, когда совсем обессиленный колдун упал к ногам великана. — Теперь скоро явятся и двое других.
Моська снова унеслась и минуту спутя тем же порядком появился граф Гарро и один из главных зачинщиков мятежа. — Неужели и граф Гарро в их числе? Никогда бы я этого про него не подумал! — сказал король.
Граф при виде карлика пришел в неописуемую ярость. Он обнажил меч, чтобы пронзить грудь царю огня. Но последний только разинул рот, и длинный язык пламени в одно мгновение спалил графа так, что от изменника осталась лить кучка пепла.
Колдуна при виде этого охватил ужас, — он боялся, что его постигнет та же участь. Ведь хотя он и был чародеем, изучавшим все таинственное, однако против царя огня был бессилен. Надеясь умилостивить последнего, он упал на колени и стал молить о пощаде. — Что мне с ним делать? — спросил карлик, указывая королю на дрожавшего всем телом колдуна. — Ведь он — главный виновник всего зла. Он послал в ваше королевство злых духов раздора, зависти и недовольства. Если вам угодно, я возьму его в свое царство, где буду варить в кипящей сере и укладывать спать на раскаленной лаве. — Пощадите! — закричал старый волшебник, охватив колени короля. — Если вы помилуете меня, я выдам тайну, очень важную для вас и для канцлера Гонестуса.
Король Калейка-куки не хотел и слушать старика, но Гонестус, догадываясь, какую тайну хочет открыть колдун, уговорил короля выслушать чародея.
— Знайте, ваше величество, — сказал колдун, — что это я похитил из замка сына канцлера Гонестуса, когда тому было всего лишь несколько месяцев! чи — Ага, так это твое дело, негодяй! — крикнул канцлер и обнажил меч, чтобы заколоть похитителя своего ребенка. Но царь огня удержал его руку. — Дайте ему докончить, — сказал он, — может быть, он сообщит вам и радостную весть. — В ту же ночь, — продолжал колдун, — я отнес его за несколько тысяч миль отсюда в дальнюю страну Великанов и отдал на воспитание одной семье. Мальчику, когда он вырос, каким-то образом удалось оттуда уйти и появиться в вашем королевстве. — Неужели же этот великан — мой сын?
— недоверчиво спросил канцлер. Король с ужасом подумал о том, что такое чудовище, может быть, будет потом царствовать в Калейка-куке: ведь он еще при рождении мальчика обручил его со своей: дочерью. те Да, — подтвердил колдун, — этот молодой великан — сын канцлера. Миша не верил своим ушам. Неужели он в самом деле неожиданно нашел своего отца! Гонестус был, конечно, очень рад сыну, тем не менее сказал со вздохом: — Уж очень он велик! Ведь мне придется построить ему особый дом, не может же он при своем росте жить во дворце! — (Этой беде я могу помочь — заметил колдун. — Если вы обещаете отпустить меня на свободу, я возвращу ему тот вид, какой он имел бы, если бы оставался у вас.
Король Калейка-куки торжественно обещал даровать ему жизнь и свободу. Когда колдун начертил на земле круг и велел Мише стать посредине его. Затем он поднял свою волшебную палочку и три раза воскликнул: "Абракадабра!" И вот громадная фигура великана стала постепенно уменьшаться, и скоро он превратился в двадцатилетнего юношу обыкновенного роста. | — Ах, как я счастлив, что избавился от своего огромного роста! — воскликнул Миша. Он бросился к отцу, который заключил его в объятия. — А какое имя мне дали при рождении, отец? В стране Великанов меня звали Мишей. — Твое настоящее имя гораздо красивее, — ответил, улыбаясь, канцлер. — Тебя зовут Бодо. А вот твоя невеста, с которой ты был обручен прежде, чем тебя похитили, — прибавил он, подводя его к Олинде. — Вот как хорошо! — воскликнул весело король. — Значит, мы сегодня же и отпразднуем свадьбу! Однако, — прибавил он, — мои подданные ропщут и недовольны. Что же нам делать? — Это можно устроить, — заметил Гокуспокус. Он обратился к третьему бунтовщику, строго охраняемому все той же моськой. — Вернись к народу и возвести от имени короля, что по случаю свадьбы принцессы Олинды будут устроены празднества в течение двух недель.
— Да, да, — прибавил король. — Каждый подданный получит кошелек с золотом, и все фонтаны города будут бить красным и белым вином.
Посол поспешил возвестить эту радостную весть народу. Не прошло и часа, как весь город был иллюминирован.
Царь огня, конечно, был также приглашен на свадьбу, и даже его моську накормили досыта из золотой мисочки.
Один колдун не получил ничего. Он навсегда был изгнан из своей пещеры, и ему под страхом смертной казни было запрещено когда-либо переступать границу королевства Калейка-куки.
Бодо со своей супругой жили после свадьбы очень дружно и счастливо; когда же старый король умер, Бодо вступил на престол.
Давно уже он забыл о том, чтобы был когда-то великаном. Одно только напоминало ему прежнюю родину: игра на гармонике. Он заказал у придворных ювелиров великолепную гармонику из золота и серебра и вечером, отдыхая от государственных дел, брал старшего сына на колени и играл ему старые песенки, которые сочинил сам, когда был еще только лентяем Мишей.