97. Иллюстрирование

Скопившиеся за жизнь стихи я опубликовала на портале «Стихи-ру» под псевдонимом Анна Ясень. Мне показалось интересным проиллюстрировать их своими рисунками, также скопившимися и собранными в папку. Эти листочки-почеркушки я попыталась превратить в картинки, для иллюстрации стихов.

Создание изобразительного произведения почти ничем не отличается от создания литературного (про музыку ничего не скажу, автор не компетентен).
В распоряжении художника – линии, точки, пятна, тон и цвет.
Про Леонардо пишут, что он находил выразительность в пятнах на старой штукатурке. Так оно и есть – в набросках, почеркушках – вдруг угадывается  фигура (не фигура человека, хотя бывает и так, а фигура сюжета). Её можно прояснить, а можно так и оставить намёком для фантазирования. Её можно оставить одинокой, а можно дать ей фон. Создание фона – собственно и есть создание полноценного произведения. Фон может прояснить фигуру, придать ей то или иное значение,  смысл.  Может завуалировать фигуру, оставив для зрителя только намёк на эмоциональное переживание.

Создание стихотворения начинается точно так же – есть строка, две строки, просто несколько слов. Этот набросок многозначен, его можно раскрыть в ту, или иную сторону. Это фигура, которую можно оставить в виде афоризма, призывающего к размышлению и фантазированию. Построение полноценного стихотворения – есть создание фона, в котором будет происходить развёртывание смысла, уточнение или
эмоциональное усиление поэтической фигуры.
Например, у поэта возникла фраза «Дух беспризорный измучен перепродажей». Эта смысловая фигура сидит в подсознании много лет, пытаясь вылиться в полноценное стихотворение. Первоначальный вариант склонял к передаче размышлений о необходимости продавать свой талант в угоду предпочтений общества. В конце концов, было создано произведение о путешествии измученного жизнью беспризорного духа в лабиринты памяти. Выбран иной фон для раскрытия духовных мучений.

Что можно сказать о проблеме иллюстрирования -
поэтическая фигура, раскрытая вербально  в стихотворении, принципиально не визуальна.
Точно так же, как не может быть вербально изложена поэтическая фигура, переданная художником через изображение.
Так возможен ли перевод текста в изображение, возможно ли иллюстрирование поэтического текста?
Поэтического – нет, но не всякий художественный текст поэтичен. Часто стихи имеют чисто описательный или объяснительный характер, не говоря уже о прозе.
В этом случае иллюстрирование возможно, но и тут переводу в изображение подвергается преимущественно фон. Да и фон художником подбирается на основе собственных, а не авторских представлениях, особенно, если время жизни художника не совпадает со временем жизни автора текста.
Сама же поэтическая фигура стиха не поддаётся иллюстрированию. Например:

«Белым бела уснувшая река,
Но подо льдом поспешна и бурлива –
Так не дрожит холодная рука,
И речь моя звучит неторопливо…
Но вот всё дольше солнце греет мир,
И всё, что было льдом – реки умножит силу!

Согрей меня и растопи мой лёд,
В какую даль поток нас унесёт..?»
(Анна Ясень)

Можно «проиллюстрировать» это стихотворение изображением покрытой льдом реки, или реки с тающим льдом. Но это будет иллюстрация фона, в данном случае представленного сравнением, а не главного -  желания автора быть с любимым. Можно нарисовать женскую головку с манящим взглядом – но это уже профанация, снижение поэзии на низкопробный китчевый уровень. То же самое происходит при «иллюстрировании» стихов изображением цветочков и бабочек.

Но, может быть, автор-поэт способен сам иллюстрировать свои стихи, если владеет изобразительными навыками?
Нет, любая попытка поэта изобразить что-то на тему своих стихов кончается крахом, потому что поэтическую фигуру изобразить невозможно, а изображение фона приводит к профанации произведения. 

Почитатели Юнны Мориц знают, что у поэтессы есть ещё и рисунки – удивительные цветные картинки, про которые она говорит, что это не иллюстрации к стихам, а отдельные стихи. Рисунки Пушкина – тоже не иллюстрации, а поэтические грёзы, мечтания, стихи, не ставшие словом, а ставшие изображением. Однако, и в том, и в другом примере, картинки созвучны поэтическому стилю стихов каждого из авторов, их не спутаешь с другими.

Мои попытки иллюстрировать собственные стихи подтвердили невозможность визуализировать поэтическую фигуру.
В попытках иллюстрировать я из художника превратилась в рассказчика, беря фабулу и отрисовывая её, как будто я иллюстрирую прозу.
При иллюстрировании самой своих стихов иногда есть необходимость изменять текст. Также приходится изменять или дописывать стихи, потому что иллюстрирование предполагает не затуманивание, а прояснение смысла. Не заштриховывание, а очерчивание эмоции. И если смысл и эмоция в тексте смазаны, даны неясным намёком, то такой текст может быть иллюстрирован только размытыми пятнами и грязными фактурами, и тому есть примеры.
В современном изобразительном искусстве полно примеров использования символов, причём смысл их обычно не имеет точного значения.  Если символы  используются для раскрытия романтических отношений, то это направление можно назвать романтическим символизмом. Такие изображения легко ложатся на стихи, могут быть использованы для иллюстрирования стихов о любви.

В стихах (как и в прозе) есть невербализуемая составляющая. В картинке есть неизобразимая составляющая. Вот эти, не представленные в знаках составляющие, должны совпадать при иллюстрировании текста, как и при текстовой интерпретации картинки. Так витиевато я говорю о банальных вещах. Но на практике эти банальности далеко не каждым творцом могут быть выявлены и реализованы при иллюстрировании. 

Иллюстрация – результат сложного литературно- изобразительного искусства. Оно связано со словом, определяется словом, вызывает ответное слово. В процессе работы я заметила, что слово меняет манеру изображения каждой новой работы в зависимости от иллюстрируемого сюжета.
Дошло до того, что в работе пошло всё наоборот – сначала стала появляться картинка, по ней – стихотворение.
Или происходит так – картинка возникает из кусочков, складывается и просит слова-названия. Из найденного слова вырастает стихотворение.
В итоге я поняла, что иллюстрированием мою работу назвать нельзя. Созданные картинки стали жить сами по себе, при публикации совместно со стихами они брали на себя слишком много, заслоняя текст.

Какое же должно быть изображение при иллюстрировании, чтобы оно текст не затмевало, а только намекало на его смысл, на эмоцию.?

Не может ли быть таким абстрактное изображение?
Здесь художник отказывается от буквального изображения не потому, что реальность не важна, а потому, что видимая форма рассматривается только как оболочка для более глубоких смыслов и эмоций. Цвет, линия, фактура и ритм начинают работать как самостоятельный язык, способный говорить напрямую – минуя сюжет. Вот это нам и надо при иллюстрировании стихов. Ведь абстракция не отказывается от изображения вообще – она отказывается от иллюзии, что мир можно свести к узнаваемым формам. Вместо этого она предлагает увидеть глубже: туда, где начинается движение, рождается чувство и возникает понимание мира, как материального, так и духовного.
Есть сложность в том, что, возможно, абстракция символизирует нечто определённое для одного человека - самого художника. А для зрителей она символизирует нечто совсем другое, или не откликается никаким смыслом. Зритель включается в процесс смыслообразования только СЛОВОМ (название, текст  стихотворения). Первые скромные пробы показывают, что иллюстрирование поэзии абстракцией реально.
Абстрактность не значит бесформенность. Форма есть, она может быть разрушена, но угадывается в развалинах. Она может уплывать в туман, но кое-где проглядывают её очертания. Она может быть загорожена или перечёркнута другой формой, а может сливаться с ней до перетекания одной формы в другую.

Абстрактное изображение всегда является загадочной картинкой, часто не только для зрителя, но и для самого автора.
Художник, как и поэт, творит  и не всегда знает, что у него получится в результате. Счастливая жизнь!

И вот ещё что: литература – время, изображение – пространство.
Иллюстрация – заключить время в пространство, или – пространственно изобразить время. По настоящему это может только кино.