Вечерний ограниченный трудоголизм

В воскресенье в 21.30 я возвращалась домой рейсовым длинном гармошкой пригородном автобусом.Только  уселась, как передо мной появилось лицо –  контролерша! У меня проверили билет, при чем это была та же контролёрша, которая уже засмотрела мой проездной до дыр. Я её хорошо запомнила по глазам, когда она мило беседовала с водителем, то глаза у неё плыли, они были широко раскрыты и немного блаженствовали, [я часто сижу на самом переднем сидении, чтоб через лобовое стекло любоваться на Альпы], но стоило ей повернуть голову к салону автобуса, то глазки у нее сразу на один бок щурились, водитель уходил из поля зрения  и лицо приобретало  оценивающе выражение.
От этой вечерней неожиданной проверки я выпала из дремоты, в которую вошла ещё сидя полчаса  на остановке, подскочила и автоматически на чистом русском произнесла: "Что ж вам так не спится-то", но ни одна мышца у неё на лице не дрогнула, предположим, что она не из наших. Среди контроллеров много иммигрантов, видимо эта профессия у местных не самая  популярная, впрочем, почему-то как и водитель автобуса.
Проверив не потеряла ли я с обеда проездной, она уселась через пару сидений впереди лицом ко мне и стала разговаривать с симпатичным мужчиной средних лет.
Через остановку в автобус вошёл явный ободрыш- неопределенного возраста дико довольный жизнью и с сияющими глазами во всём "новом". Но не такой ободрыш, чтоб уже совсем. Нет, ещё  не сильно пахнущий, ещё в меру обтрёпанный. Если его не окинуть взглядом персонально, то в движущейся толпе он может затеряться. Но здесь ни толпы, ни движения не было, темнота за окном, свет в салоне,  полный фокус на входящего,и пока он мимо меня шел, то я его всего и как мужчину, и как спутника жизни, и как члена общества осмотреть успела.
Автобус, напоминаю, почти пустой. Контролерша конечно же сразу увидела, что ещё кто-то вошёл и сначала рефлексивно дёрнулась, привстала значит. Я это отчётливо видела, я смотрела прямо ей в лицо – ждала представления, ведь раз меня всё равно разбудили, то момент для зрительства крайне удобный. Но она немного сощюрилась- мгновение полной аккомодации зрения, тело её обмякло и вернулось к исходному сидению, и только рука слегка подёрнулась  на "Отмена". Она опять удобно уселась и вернулась к милому трёпу с симпатичным собеседником. Я вздохнула, попкорн отменяется. Ну, что же, наверняка бегло визуально оценив нового пассажира, она пришла к однозначному выводу, что уж у этого точно билет есть. Или вспомнила, что сегодня у него билет уже проверяла.
А мне так хотелось направить её к действию, но мешал проклятый словарный запас.