Константиново

Ссылки на мои авторские страницы Стихи.ру и Проза.ру:
https://stihi.ru/avtor/muzyka82

http://proza.ru/avtor/odry1006



Прошло несколько дней после Преображения Господня, а тишина той поездки всё ещё стоит в ушах, и воздух, пропитанный ладаном и полынью, кажется, осел на страницах памяти. Мы уезжали из Свято-Иоанно-Богословского монастыря с чувством прикосновения к вечности, но день не хотел заканчиваться, и судьба вела нас дальше — в село Константиново, на Родину Сергея Есенина.
Я знаю этот путь. Я была здесь три года назад, но тогда время сжалось в тугой комок, и мы не успели заглянуть в дом Анны Снегиной — ту самую усадьбу последней константиновской помещицы Лидии Ивановны Кашиной, которая стала прообразом героини есенинской поэмы. В тот раз мы стояли у калитки, смотрели на мезонин и уезжали, оставляя за спиной недосказанность. Теперь же всё сложилось иначе. Мы переступили порог, и я наконец ощутила, как поэзия оживает в каждой трещинке паркета, в каждом блике света на старом стекле.
Есенин бывал здесь летом 1916 года. Он читал стихи, пил чай, смотрел на Оку с этого высокого берега. Кашиной он посвятил строки: «Зелёная прическа, девическая грудка». А потом, уже в поэме, оставил навечно: «Ведь это та, что в детстве я любил, та, на которой я хотел жениться». И теперь я стояла в этом доме, где время застыло, и чувствовала, как прошлое вплетается в настоящее, оставляя на сердце тонкую, щемящую нить.
Но часы нас не ждали. Обратная электричка на Москву отправлялась ровно в 16:55, и мы сжимали каждый миг, как ребёнок сжимает в кулаке спелую ягоду, боясь раздавить. Но даже этого короткого часа — одного, единственного — хватило, чтобы вновь окунуться в ту самую Русь, которую Есенин воспел с такой болью и любовью.
Константиново встречает тишиной. Здесь, кажется, сам воздух звенит от поэзии. Государственный музей-заповедник раскинулся вдоль берега Оки, и билет, стоящий шестьсот рублей, открывает двери в мир, который не измерить деньгами. Ты проходишь в родительский дом — ту самую «золотую бревенчатую избу», стоящую напротив Казанской церкви. Здесь, 3 октября 1895 года, родился мальчик, которому суждено было стать голосом России. Русская печь, дедовский самовар, вышитые полотенца, половики — каждая вещь хранит тепло его детства. Рядом — школа, где он учился, дом священника Смирнова, куда будущий поэт забегал за книгами. И, наконец, усадьба Кашиной, ставшая музеем одной поэмы — единственный в мире памятник литературному произведению.
Я вышла на берег Оки. Река текла широко, спокойно, в её глади отражалось небо. И тогда, будто кто-то шепнул, сами собой пришли на память строки:

Гой ты, Русь, моя родная,
Хаты — в ризах образа…
Не видать конца и края —
Только синь сосет глаза.

В этот миг я поняла: эти строки родились именно здесь, из этого простора, из этой грусти и бесконечной любви. Здесь и сейчас, стоя на крутом яру, я слышала, как они рождаются снова — в ветре, в шелесте трав, в полёте чаек над водой.
  Как добраться до этого места. Из Москвы — Казанский вокзал, экспресс или обычная электричка до станции Рыбное. Разница во времени — полчаса, в цене — копейки. В экспрессе есть и первый, и второй класс, но, если честно, класс неважен, когда едешь навстречу поэзии. От Рыбного до Константиново — двадцать минут на автобусе или маршрутке. Но у нас был свой путь: мы добирались из монастыря на машине, и Наталья, наша добрая проводница, дала контакт водителя, который довёз нас до места и обратно. Имейте в виду: в этих краях «Яндекс» капризничает, а с бензином бывают перебои. Планируйте заранее, не полагайтесь на случай.
Эта поездка стала для меня подарком, который я не перестаю разворачивать. Я благодарна Наталье, благодарна водителю, благодарна каждому, кто делает такие путешествия возможными. Но главное — я снова прикоснулась к миру моего самого любимого поэта. Сергей Есенин для меня не просто имя в хрестоматии. Он — голос, который звучит во мне с детства, когда мама читала на ночь «Черёмуху», когда на уроках литературы я запоминала его ритм, когда в юности плакала над «Письмом матери». Его строки — родные, они вросли в мою душу, и каждый раз, перечитывая их, я возвращаюсь в Константиново, на этот высокий берег, в эту страну «берёзового ситца».
Он умел говорить о Родине так, что сердце разрывается от нежности и светлой боли. Он писал о любви с такой искренностью, что кажется: он пишет о каждом из нас. Он ушёл рано, но оставил нам эту Русь — настоящую, непридуманную, со всеми её печалями и надеждами. Я безмерно благодарна ему за этот свет, за эту правду, за то, что он есть, и за то, что мы, его потомки, можем приходить на его землю и дышать одним воздухом с его стихами.
Пусть Господь хранит всех нас на нашем жизненном пути. А я буду возвращаться сюда снова и снова — туда, где «не видать конца и края» и где так сладко замирает сердце. Потому что там, в Константинове, на берегу Оки, живёт не просто память о поэте. Там живёт сама поэзия, ставшая частью меня — навсегда.