Глава 1. Исток

                В тридесятом  царстве
                Часть женская.   
   
                Храни тебя звезда, что светит всем, кто верит,
                Пусть в разных мы мирах, она на всех одна.
                Храни тебя всегда надежда и доверье,
                На сказочных пирах пью за тебя до дна.
                М.Е.Мазель

                КНИГА ПЕРВАЯ
                ЗАКОН ЛЮБВИ



    История человечества представляется мне в образе этакой напыщенной мадам, всегда курящей, слегка подвыпившей, которая привыкла отмечать свои юбилеи (вехами-датами) Великих Войн. И каждый раз всё больше участников привлекают к себе её юбилеи, всё пагубнее они, всё разгульнее. В перерывах между ними историю интересует человеческая жизнь исключительно в плане подготовки к следующему "банкету". Оттого об этих периодах мы мало что помним.


    Как раз в этом послевоенном промежутке существует моё "Тридесятое царство". Сказочно оно или не сказочно, сердечные порывы, чувства, мысли, убеждения его героев абсолютно реальны. Смею надеяться, что они станут для последующих поколений уникальным дополнением к академической истории. Ведь исторические документы скупы, они доносят до нас только события, поступки людей. Лишь в мемуарах иногда проскальзывают душевные тонкости, рассуждения о чувствах, о морали. А я пишу именно об этом.


    Но, уважаемый читатель, эта книга - не мои мемуары. Боже упаси! Много чести! Просто я симпатизирую и искренне сочувствую главной героине, от лица которой повествую о её жизни.
    Что происходило? С кем связывала её судьба? Я знаю лишь то, что знает она, поэтому роман называется "В тридесятом царстве. Часть женская". Про неизвестные героине события и переживания её инструктора, его учеников и соратников я тоже ничего не знаю. Об этом должна быть написана ещё книга "В тридесятом царстве. Часть мужская". Её должен писать мужчина. Но его нет. Может, найдётся. А вдруг, это ты, читатель?


    Тогда поведай, что о таких людях знаешь, если они тебе по духу близки.


                Глава 1
                (самая короткая, потому что первая)
                Исток
                "Откуда мы пришли?..."
                Омар Хайям


    Послевоенный год. Запелёнатый ребёнок лежит на печи деревенской избы, его мать и бабушка хлопочут по хозяйству.


    С ребёнком происходит никем не замеченное событие: он переживает первый миг своего сознания.


    Сначала возникло "Я", всепоглощающее и обнажённое "Я" - вселенский центр!


    Глаза смотрели, я видела и воспринимала величину окружающего пространства. Его далёкая неясная граница привлекла внимание, за ней улавливалась мощная пульсация жизни неведомого мира. (Как потом оказалось, эта неясная граница была стенами избы.) Одновременно пришло ощущение беспомощности моей живой оболочки для контакта с миром, что вызвало напряженность.


    Внизу копошились два существа. Мои чувства очень осторожно потянулись к ним, "ощупали", каким-то образом восприняли их внутренний настрой: понимание окружающего и уверенность. Равно от обоих существ исходило ко мне затаённое, непрерывное внимание и такое покровительство, что я внятно осознала их готовность ради моего бытия жертвовать собой. Ощутив доверие к ним и уверенность в их защите, "Я" расслабилось, позволило окунуться в безмятежный покой, делать, что хочется. А захотелось спать...


(Можно ли назвать тёмными эти, так называемые, "тёмные инстинкты"? Откуда у новорождённой души мудрость? Из опыта прошлых жизней или от Создателя?)


    Пришёл сон.


    Снилась густая бездонная чернота, её переполняли огни: разноцветные, немигающие, крупные и точечные. Взгляд мой упёрся в далёкую невидимую конечную точку перспективы, к которой медленно, с шорохом, с шелестом начали перемещаться огни. "Я" оставалось среди них недвижным. Мимо меня продвижение к этому центру огней-звёзд убыстрялось, их шорох перерастал в жужжание, гудение, звук усиливался. Все огненные точки, уходя в ту дальнюю даль, слились в одно тело. Оно уменьшалось, уплотнялось и вдруг воспламенилось. "Я" зависло в чёрной зияющей пустоте, отделённое от неё прозрачной сферой-решёткой. Вид её тонкого прута "Я" впитало в себя, как последнее, что оно видит, с чувством гибельной неотвратимости происходящего. Образованная звезда-гигант со светом и нестерпимым звоном стала сжиматься до пронзительной точки, сжатие перешло в свист и взорвалось: смялась чёрная бездна, хаотично заклубилась, охватил ужас невыносимый, и защитные силы организма моментально отключили это видение ото сна и эмоциональной памяти.


    Спокойно проснувшись, я в безмятежности широко открыла глаза, чтобы привлечь внимание существ внизу. Одно из них прикоснулось к другому, показало на меня рукой, издало сочетание звуков. И указующий жест, и звуки-слова по смыслу воспринялись понятными.


— Смотри, деточка проснулась, — сказала мать.


    А странное, по всей вероятности, неземное сновидение потом, в раннем детстве ещё не раз возвращалось ко мне, повторялось начальными обрывками. Но "Я" уже в нём не участвовало, смотрело со стороны без чувства ужаса. Так меня защищало подсознание, подсказывая: "Это сон, всего лишь сон".