Семь

Ага. Вишь оно как… – Сидрыч крепко затянулся.

Значица, намедни пошёл я в лес да по грибы. Ага. Иду, значица, а до меня городские табуном прошли – вытоптали всё. Иду – только Настасьи моёй не хватает – всё как будто гулять с ней осталось –  как по молодости – собирать то нечего.

А она давеча из лесу груздя принесла. 4 штуки целых. Замочила. 
Иду я, значит, и думаю. Куда эти 4 груздя – лежат в кастрюле – ни туда ни сюда? В банку не засунешь, а выкинуть жалко. Гриб благородный – не каждый год бывает. Да и красивый дъявол, а пахнет как... с ног валит . Иду и думаю, как быть-то мне.

А в лесу-то хорошо: птички чирикают – напеться перед осенью не могут, паутинки на солнце блестят, запах травки прелой – красота. И говорю я неожиданно для себя лесу то: «Дай, друг, на баночку-то ещё груздочков семь, не пожалей. Семь и хватит. Как раз маленькую баночку засолим – зимой после баньки под стопочку лето вспомнить – ай красота». Сказал и забыл. Иду себе и иду, под берёзки заглядываю по привычке.

И вдруг! Ага, значит, травка чуть приподнята! Палочкой чуть чиркнул, а там бочок груздёвый. И рядом ещё один. Да ядрёные – только-только вылезли. Мохнатые. Ух ты, думаю! Покрутился на месте ентом – ещё нашёл. Вот вроде не было совсем, а вот и они уже тут. И настолько меня охота взяла, что забыл слово я своё. Обуяла жадность – вдруг, думаю, ещё найду. И давай по всем местам проверенным бегать.

И что?! А шиш-то там! Ничего не нашёл больше. Домой пришёл – груздочки на донышке. Посчитал – ровно семь. Вот так-то. Кто б рассказал, что бывает так, – никогда б не поверил. Живой лес, оказывается.

21/08/26