Привет, Малыш!

Глава 1.

Я не очень-то верю в безгрешных людей. Наверняка у каждого человека найдётся свой скелет в шкафу. Святые не в счёт! На то они и святые, потому что безгрешные, но их так мало. Боже меня упаси их обидеть.

Те скелеты, что мы храним, бывают разные. Под ними я подразумеваю грехи. Так вот, если грешок незначительный, то и скелетик маленький такой, невзрачный, и, если повезёт, о нём никто никогда не узнает.

Например, случилась по недомыслию интрижка. Так себе, ничего серьёзного. Ну, погладили тебе под столом коленку или ущипнули за мягкое место, и что? От тебя ведь не убудет, а кому-то — радость и тёплые воспоминания на всю оставшуюся жизнь. Даже если невзначай скользнули ладонью по груди или коснулись губами чуть ниже ушка, то и это не смертельно.

Когда подобное произошло в компании старых друзей, которые знают друг друга сто лет, то тем более назвать грехом такую мелочь язык не поворачивается. Невинное развлечение, не более.

Скелет, который хранится в моём шкафу такой старый, замшелый, что уже позеленел от времени, наверное. Ещё он такой громадный, что едва там умещается, поэтому имеет полное право именоваться скелетищем. Есть у него и второе имя – адюльтер, а попросту супружеская измена. Так как ему уже лет двадцать, то я о нём благополучно забыла и не вспомнила бы никогда, если бы не случай.

Моя подруга Марго после двух неудачных попыток замужества поклялась остановиться и образумиться. Тем более что от первой умопомрачительной и второй неземной любви подрастали дочки, которым было мало бабушкиной заботы и явно не доставало материнского внимания. Подруга вовремя спохватилась и взялась за воспитание дочерей, и надо признать, весьма успешно. Девочки выросли умницами и красавицами. А что же Марго? Да ничего! Десять лет отбивалась от назойливых поклонников, а когда их заметно поубавилось ввиду того, что, какой бы красивой ни была женщина, годы берут своё, вдруг объявила, что влюбилась — и на этот раз безумно.

Ого! Безумной любви у Марго ещё не было. Я была заинтригована. Потеряла покой и сон. Даже аппетит, будь он не ладен, который чем только не пыталась усмирить вдруг пропал.

Мне не терпелось познакомиться с мужчиной, который сумел очаровать и влюбить в себя несокрушимую Марго.

Я была уверена, что подруга не будет спешить с регистрацией брака как в первых двух случаях и какое-то время поживёт со своим избранником в гражданском союзе, чтобы присмотреться друг к другу, а потом уже расписаться, но не тут-то было!

— В тебе нет ни капли романтики, Вика, — качая головой, сказала мне Марго. — Представь: ты стоишь в ЗАГСе рядом с красивым мужчиной. На тебе шикарное платье. Пусть не белое (это всё-таки третий брак), но всё же очень нарядное. В общем, ты такая яркая, счастливая, прямо светишься вся, и тут грянул свадебный марш! Аж мурашки по коже! Поверь, это того стоит.
Марго мечтательно закатила глаза и облизнулась.

— Не понимаю, зачем устраивать торжественное бракосочетание. Можно скромно расписаться, поцеловаться, запрыгнуть в такси и сразу в аэропорт. Неделя медового месяца в той же Хорватии — неплохой вариант, — робко вставила я.

- Понимаешь, мне нравится сам процесс, - глаза Марго вернулись в реальность.

— Постой, Марго. Не хочешь ли ты сказать, что спешишь выйти замуж только для того, чтобы послушать Мендельсона? Не проще было бы купить пластинку или скачать из Интернета и слушать этот марш сколько душе угодно, хоть каждый день!

— Ты не понимаешь, — с досадой в голосе отрезала подруга. — Купить и слушать можно, но не будет того ощущения торжественного момента.

— Ну да, ну да, — поспешно закивала в ответ я.

Наконец, Марго решила познакомить меня с любовью всей своей жизни. На смотрины я отправилась с мужем.  Моего Андрея больше всего интересовал вопрос, играет ли избранник моей подруги в шахматы. Ну, конечно, важнее этого ничего на свете нет.
Марго поочерёдно заключила нас с Андреем в объятия и нетерпеливо потащила в гостиную.

  - Знакомьтесь, это Дэн. Дэн, это моя лучшая подруга Виктория и её супруг Андрей.

Я мельком взглянула на Дэна и протянула руку, которая тут же утонула в его безразмерной лапище. Мне показалось, что во взгляде Дэна промелькнуло что-то знакомое, но тут же решила, что мне показалось. У всех людей есть двойники и все мы на кого-либо похожи.

Дэн оправдал надежды Андрея. Он играл в шахматы и даже был кандидатом в мастера спорта. Мужчины быстро нашли общий язык и после опустошения бутылки коньяка уже совсем по-дружески хлопали друг друга по плечу, договариваясь о встрече у нас дома и о последующей череде турниров.

Несколько раз боковым зрением я ловила на себе любопытные взгляды бойфренда Марго, но не придала этому значения. Это же так естественно — рассмотреть подругу будущей жены. Помните пословицу «Скажи, кто твой друг»?

Я со своей стороны не спешила проявлять подобное любопытство и решила соблюсти приличия. Мне не нравятся поверхностные суждения и поспешные выводы. Времени впереди достаточно, чтобы рассмотреть и оценить жениха подруги.

После ужина мы с Марго вышли на лоджию покурить. К нам присоединился Дэн. Не успели мы сделать по затяжке как послышался свист закипевшего чайника. Марго бросилась на кухню, а Дэн наклонился к моему лицу и тихо произнёс: «Привет, Малыш!»
От неожиданности я поперхнулась дымом и закашлялась. Дэн легонько постучал мне по спине и тихо произнёс: «Малыш, ты меня не узнала?»

На этот раз я впилась взглядом в жениха подруги и, поняв, кто передо мной стоит, буквально оцепенела.
— Деня, это ты? — я не верила своим глазам.

— Да, Малыш, это я! — подтвердил Дэн.

В этот момент к нам подошёл Андрей и объявил, что чай и Марго с тортом ждут нас.
Остаток вечера прошёл словно во сне. Я не чувствовала вкуса торта, обожгла язык чаем, а когда возвращались из гостей, оступилась и чуть не подвернула ногу.

В эту ночь мне так и не удалось уснуть. С завистью посматривала я на похрапывающего Андрея. Конечно, он выспится и будет свежим как огурчик, а я буду с кругами под глазами и рыбьим взглядом. И всё из-за Дени, то есть Дэна, мать его!

Глава 2.

С Денисом мы познакомились почти двадцать лет назад. В то время я была замужем не за Андреем, а за другим человеком, и наш брак начал трещать по швам.

Мы с Виктором поженились, будучи совсем молодыми и почти сразу стали родителями. Я была занята сыном сутки напролёт и мечтала только об одном: хорошенько выспаться. Это удавалось нечасто. Бабушки и дедушки были в расцвете сил, и до пенсии им было далеко. В лучшем случае моя мама иногда прибегала, чтобы я могла передохнуть, но это случалось редко.

Время было непростое, хотя простым для большинства людей оно не было никогда. Повальный дефицит буквально всего и блат везде и во всём. Без связей с нужными людьми обойтись было невозможно. В то время мы жили очень скромно и многое не могли себе позволить.

Когда старенькая стиральная машина сломалась, новую пришлось ждать три месяца. О памперсах тогда даже не слышали, обходились подгузниками из нескольких слоёв марли. Одежда для новорождённых на полках магазинов не залёживалась, а запасной было немного. С пелёнками тоже была напряжёнка. Готовые в продаже появлялись редко, поэтому если удавалось через знакомого продавца достать несколько метров байки или ситчика, то это было чуть ли не праздником. Вот и приходилось по нескольку раз в день замачивать, стирать вручную и периодически кипятить в большой цинковой выварке. И ведь как-то обходились!

Если к этому прибавить бессонные ночи, готовку, уборку, прогулки с ребёнком, походы на молочную кухню, в поликлинику, в аптеку, то времени на себя у меня оставалось ровно ноль.

Сын рос беспокойным, капризным. Мои родители уверяли меня, что после года дети становятся спокойнее. Как ни странно, впоследствии так и случилось.
Только вот до года нужно было как-то перетерпеть. У меня неплохо получалось, а вот муж стал раздражительным, нетерпеливым. Его задержки на работе участились, а потом и вовсе превратились в норму. Я пыталась поговорить с ним, но все попытки вернуть мужа на путь истинный заканчивались моими слезами и его упрёками. Он кормилец и поилец семьи, имеет право после работы расслабиться и выпить вина в компании друзей. В общем, он не на шутку увлёкся спиртным. Его вечно красная физиономия стала действовать мне на нервы, но ещё больше раздражали попытки залезть мне под юбку. Его возбуждали мои возражения вперемежку со страхом, а меня воротило от запаха перегара.

Разговоры и убеждения бросить пить ни к чему не приводили, а только усугубляли и без того натянутые отношения. Каждый раз Виктор заводил старую заезженную пластинку: «Разве я много пью? Подумаешь, одну-две бутылки вина! Для моего возраста это ничто. Хватит меня поучать, я устал и мне нужно отдохнуть».
Однажды он так напился, что замахнулся на меня тапком, и если бы я не увернулась, то удар пришёлся бы по голове. Я испугалась. А что? Вот так и прихлопнет меня как муху.

То, что муж, говоря простым языком, «загулял», я поняла слишком поздно. С воем раненой волчицы бросилась на шею маме, но внезапно получила отпор.

— Сама виновата. Посмотри на себя. Расплылась, обабилась. Что за затрапезный халат на себя нацепила? Не рановато ли забросила себя? Даже мне на тебя смотреть неприятно, а что говорить о Викторе? Смотри как бы не увели.

— Мама! Как ты можешь так говорить? У нас маленький ребёнок, я устаю, и у меня не хватает времени.

— Найди. На то мы и женщины, чтобы всё успевать.

Я тогда обиделась на маму, а ведь она была права. Мужу двадцать пять. Красивый, статный. Подруги всегда завидовали мне и не упускали возможности задеть моё самолюбие:
— И что он в тебе нашёл? — недоумевали они.

— То, чего нет у вас и никогда не будет, — не оставалась в долгу я.

Однажды подруги с унылыми выражениями лиц, но плохо скрываемой радостью сообщили мне, что у Виктора появилась пассия. Я не выдержала и закатила ему грандиозный скандал с летающими по кухне тарелками, кружками и кухонными полотенцами. Битва продолжилась в прихожей — со швырянием всего, от обуви до того, что просто попалось на глаза. Очнулась я от характерного хлопка закрываемой второпях двери.

На свою голову я подключила к нашей проблеме своих и его родителей, но вместо реальной помощи получила лишь житейские советы потерпеть ради сына: авось одумается, всё само рассосётся, муж бросит пить и вернётся в семью.

Эти советы мне не помогли, и после очередного скандала Виктор решил меня проучить. Воспользовался моментом, когда я гуляла с ребёнком, собрал чемодан и уехал пожить к своим родителям до тех пор, пока я не осознаю, что была не права. В общем, дал мне время для размышлений. Облагодетельствовал!

Два месяца я приходила в себя: отдыхала от скандалов и выяснения отношений. Это время явно пошло мне на пользу: я прекратила заедать стресс тортиками и конфетами, стала стройнее и увереннее в себе, сменила гардероб с сорок восьмого размера на сорок четвёртый, а ещё вспомнила, что мне всего-то двадцать два года и я очень молодая женщина.

Время шло. Муж не звонил, не интересовался ни мной, ни нашим сыном, и я поняла, что наш скоропалительный брак был ошибкой и до настоящих чувств мы не добрались.
До новогодних праздников оставалось совсем немножко, и я по настоянию моих родителей решила съездить к Виктору и поговорить с ним в последний раз, прежде чем поставить точку в наших отношениях.

Поехала одна, сына оставила с родителями, которые не скрывали радости от того, что я наконец-то образумилась и решила помириться с мужем. Ничего, что выпивает, — а кто сейчас не пьёт? Погуливает? А что ты хотела? Мужчины полигамны, и удержать их возле одной юбки — задача не для молодых неискушённых дурочек. Зато у ребёнка будет родной отец. Я не стала спорить и молча кивнула: полигамны? Ну-ну.


Продолжение следует...