Глава 7. Панацея

Глава 6. White Horse : http://proza.ru/2026/08/06/1219

Июльские дни закружились как стая птиц. Тим получил диплом магистра с отличием, а Ханна подала документы в магистратуру и наконец осуществила давнюю мечту — конную прогулку.

Белую красавицу звали Галактика, сопровождающий даже назвал её дату рождения. У Ханны перехватило дыхание: день и месяц чудесным образом совпали с её собственным. Совпадение? Она хотела было отмахнуться, но уже не могла сдержать восхищения и ликования. Это действительно был знак! Знак был во всём: в её гладкой как шёлк шерсти, добрых глазах, невероятно красивом имени и дате рождения, и всё это было для неё, Ханны, а значит, сейчас можно было поверить самой себе, своим ощущениям. И самое прекрасное заключалось в том, что с этим знаком ничего не нужно было делать, его никак не нужно было подкручивать, расшифровывать или отталкиваться от него. Он уже был собран, как идеально сервированное блюдо, которое вселенная преподнесла Ханне. То, что ей было нужно, чтобы почувствовать себя живой и просто наслаждаться моментом. Отныне лошадь для неё не была про боль. Это был кусочек ЕЁ жизни, ЕЁ приятное воспоминание, и Ханне хотелось больше таких моментов.

- Знаешь, — сказал Тим, когда Ханна слезла с лошади. — Я никогда ещё не видел настолько яркие и искренние эмоции у взрослого человека, который сел верхом на коня. Обычно люди надевают кучу масок, даже ради фотографий выдают какие-то фальшивые эмоции.

- Это было так круто! — затараторила Ханна. — Она такая добрая… бархатистая…грациозная… Жаль, что я раньше не каталась на лошадях, я очень много упустила… И у неё такое имя красивое… Галактика! Словно целый мир... И глаза умные…

Они пошли по тропинке вдоль густых деревьев, огромные листья которых шумели на ветру. Ветер нежно обдувал их лица и руки, отчего по телу пробегала дрожь.

- Я почему-то после твоих слов о масках вспомнила книгу “Портрет Дориана Грея”, которую читала в школьные годы. Там как раз про то, как человек может надевать маску и всю жить ходить с ней, скрывая главное — то, как он себя разрушает.

- Это про типа, который стареет на картине, а не в жизни? Да, я читал такую. Оскар Уайльд, кажется.

- Ха-ха-ха-ха, да! — залилась Ханна, а потом замерла на секунду. Ей хотелось признаться: «А я всю жизнь делала ровно наоборот. Я была слишком искренней и показывала даже стыдное». Но она не стала произносить этого вслух, вместо этого она, опустив глаза, добавила:

- В книге обставили этот жуткий театр двуличия как грех, подлежащий возмездию, но ведь это наша реальность: даже у самых честных людей есть свой способ прятать лишнее.

Тим поднял голову и задумчиво посмотрел вдаль. На секунду Ханне показалось, что он догадался: это за этой фразой стоит нечто большее, нежели размышления о честности и лицемерии. Но он сделал вид, что ничего такого не заметил и проговорил:

- Прятать лишнее  это не обман. У каждого внутри есть комната, куда он не пускает никого, даже тех, кому доверяет. А честность… она требует смелости. Не каждый может себе такое позволить

Сотни листьев вновь тревожно зашелестели, и Ханне почудилось в этом шуме, как кто-то перелистывал страницы длинной, но занимательной истории.

***

Спустя несколько дней Ханна решила позвать Тима в свою кофейню. В ту, где были деревянные столики, запах свежей выпечки и бариста, который будто считал своим долгом каждый раз выкладывать на пенке что-то замысловатое. Прогулявшись немного по распогодившейся улице, они наконец решили приземлиться и выбрали себе столик на веранде кофейни.

- Смотри, какая бабочка! — вдруг сказал Тим, увидев насекомое, порхающее над петуниями в кашпо, украшающими веранду. — На тебя похожа.

- Точно, — подмигнула Ханна и присела за стол, положив рядом сумку. — Только я пью кофе, а она — нектар!

Тим сел напротив: он привычно пододвинул стул поближе к столу, будто они тысячу раз так сидели… и в этом жесте Ханне вдруг почудилось что-то родное, надёжное.

- Знаешь, это место немного магическое, — сказала Ханна, и сама удивилась, как легко это сорвалось с языка. Будто не хотела говорить, а слово выскочило само.

- Правда? – спросил Тим с непринуждённой улыбкой. — А что здесь?

Она медленно проговорила, нарочно округлив глаза и понизив голос:

- Здесь пролетают сигналы из космоса!

- Мм, например, как это письмо? - Тим приподнялся, чтобы поймать рукой кружочек пуха с тополя, который пролетал в этот момент между ними. По его отстранённому и неподвижному взгляду казалось, что он всерьёз взвешивал эту теорию о сигналах. Он поднёс пойманную пушинку к ней и добавил: — Вот тебе космическое послание. Расшифруешь?

- О! Я думаю, это знак, что нужно взять капкейки к кофе, — серьёзно кивнула Ханна, подыгрывая ему.

- Ну, если это инструкция из Вселенной, то мы обязаны её выполнить, — так же серьёзно согласился Тим.

Ханна звонко засмеялась и почувствовала, как всё встаёт на свои места, словно кто-то достаёт чувство безмятежности и лёгкости из уютных уголков детства специально для неё.

Когда смех утих, Ханна подняла взгляд на него и вдруг поймала себя на том, что снова разглядывает его глаза — тёмно серые, с янтарным кольцом.

И с языка слетело:

- Я бы хотела сына… с твоими глазами.

Её щёки тут же вспыхнули, и она резко отвела взгляд. А в голове застучало: «А как он это воспринял? Как будто я ему напрямую сказала, что хочу детей от него. Блин. Слишком рано. Зачем я вообще это сказала?»

Тим притих, будто начал прислушиваться к чему-то внутри себя.

Через пару мгновений Ханна смущённо подняла глаза:

- Прости, я, кажется, что-то не то сказала…

- Да ладно, всё хорошо, — мягко ответил он. — Это приятно.

Ханне хотелось стереть свои слова и эту неловкую тишину, наставшую после. Она вдруг вспомнила первое свидание, как она тогда говорила про «солнце в глазах», и ей стало ещё более стыдно: «А вдруг он помнит? Вдруг я слишком раскрываюсь?»

Тим нарушил Тишину и кивнул в сторону насекомого, ползущего по туе, расположившейся в горшке возле их стола:

- Смотри, какой овод!

- Ха-ха-ха, ну ты прям букашечный шпион! — засмеялась Ханна.

Когда им принесли кофе, она с интересом подняла чашку, чтобы рассмотреть пенку:

- Ой, смотри! – удивилась она, показывая причудливый узор. — Здесь как будто горы пенкой нарисованы!

Тим наклонился с любопытством к кружке, а потом посмотрел на неё и ласково ответил:

- Ага, а ещё как будто нежное и пушистое облачко!

Услышав слово «облачко», Ханне невольно перевела взгляд на небо:

- Ой, смотри! А вон там облако на моего дракончика похоже!

- Да ладно тебе, — усмехнулся Тим, рассматривая облако.

Ханна подняла брови:

- Да точно, дракон! Смотри, как извергает огонь!

- Блин, ну да, есть что-то… А ты тоже шпионка, получается, — подмигнул Тим.

- Ну конечно! Мы же команда шпионов… как в том фильме… «Дети шпионов». Ты со своими навороченными часами мне давно уже напоминаешь Джуни.

- Ого, не знал, в моих часах есть какой-то магический режим… Поможешь освоить?

- Конечно! – придвинулась Ханна. — Смотри, каждая цифра обозначает определённую эмоцию. Вот, например, когда человеку спокойно и уютно, значит, на него воздействует цифра 6, то есть на неё указывает одна из стрелок твоих часов. Шестёрка - это про гармонию, спокойствие, стабильность...

Тим внимательно её слушал.

- Вот сейчас половина четвёртого. Значит до этого на нас точно полчаса воздействовала часовая стрелка, которая указывала на число 3. Тройка — это творчество и озарение. В древности её считали первым «настоящим» числом — типа оно уже образует фигуру, треугольник, то есть что то устойчивое, но при этом живое. Вот когда мы тут про насекомых и облака болтали — это как раз тройка влияла: и из двух взглядов родилась третья картинка, которой раньше не было.

- Ого, прям как двухмерное существо, которое постигает для себя третье измерение.

- Реально!... Но важно вот что: цифра имеет магическое воздействие на эмоции, только пока ты не помнишь время, даже какой примерно час…

Ханна вдруг рассмеялась — сама над собой, над всей этой игрой, над тем, как легко у неё получалось сплетать реальность с выдумкой.

- Знаешь, — сказала она, опуская взгляд на чашку, где уже не было «горы» и «облачка». — А ведь для счастья не нужны крутые гаджеты.

- Согласен с тобой. Счастье — оно же в мелочах…

- Хотя... если подумать, то нужны. С их помощью можно заработать деньги!

- Ха ха ха! Вот она, магия нашего времени!

Тим потянулся к своему недопитому кофе и сделал глоток. Ханна осторожно наблюдала за ним, боясь спугнуть атмосферу свободы и наслаждения каждым моментом рядом с ним. «Панацея», — мимолётно пронеслось у неё в голове. Но она не стала цепляться за это слово, не хотела останавливать мыслями время. Ей удалось раствориться в этом дне и она лишь мечтала о том, чтобы он стал вечностью…

Продолжение следует...