Визит к проктологу и урологу

В жизни каждого мужчины наступает момент, когда детские страхи перед бабайкой под кроватью, темным коридором и стоматологической бормашиной кажутся милыми, наивными воспоминаниями. Это происходит тогда, когда в кабинете районной поликлиники или частного медицинского центра врач-терапевт с загадочной улыбкой выписывает два маленьких направления.

На одном написано: «Уролог». На другом: «Проктолог».

В этот секунду время останавливается. Мужской мозг, до этого успешно решавший уравнения с тремя неизвестными, планировавший ипотечные платежи и находивший причину стука в подвеске, впадает в ступор. Уровень адреналина в крови зашкаливает так, будто тебе предстоит прыжок с парашютом без парашюта, а в голове набатом бьет одна-единственная мысль: «За что?! Я же просто сказал, что у меня немного тянет в боку!».

Для мужчины визит к этим двум специалистам — это не просто медицинская процедура. Это экзистенциальный кризис, сокрушительный удар по эго и мгновенная, глубочайшая переоценка всех жизненных ценностей.

Подготовка к этому событию напоминает подготовку к спецоперации со строжайшим соблюдением режима секретности.

За три дня до приема ты становишься самым вежливым и религиозным человеком на планете. Ты перестаешь ругаться матом, уступаешь место всем бабушкам в автобусе и мысленно обещаешь Богу, что если все пройдет гладко, ты закроешь дачный сезон, бросишь есть чипсы и начнешь ходить пешком по десять тысяч шагов в день.

Утро перед визитом — это отдельный балет. Ты принимаешь душ такой длительности и тщательности, будто тебя отправляют на Международную космическую станцию и твоя стерильность — главный залог безопасности всего экипажа. Ты намыливаешься трижды. Ты выбираешь самые новые, самые парадные трусы, которые берег для поездки на море или юбилея тестя.

И вот ты оказываешься в коридоре клиники.

Коридор перед кабинетами уролога и проктолога — это самое молчаливое место во Вселенной. Здесь не работают законы обычной человеческой социализации. Никто не листает мессенджеры, никто не разговаривает по телефону, никто не смотрит друг другу в глаза.

Здесь сидят суровые, взрослые мужики: подтянутые топ-менеджеры в костюмах, бородатые байкеры в кожаных жилетах, прорабы с мозолистыми руками и тихие IT-шники. Все они сидят в одинаковой позе — слегка сжавшись, уткнувшись взглядом в линолеум и с выражением лица, с которым древнеримские гладиаторы выходили на арену Колизея.

В этом коридоре нет начальников и подчиненных. Здесь все равны перед лицом Неизбежного.

Каждые пять минут дверь кабинета открывается, и оттуда выходит очередной пациент. Мужчины в очереди провожают его такими взглядами, будто он только что вернулся из тринадцатилетней одиночной экспедиции на Марс. В его глазах читается абсолютная, звенящая мудрость бытия и глубокое сочувствие к остающимся.

— Трифонов? — раздается из кабинета сухой голос врача.

Твое сердце делает финт и уходит куда-то в район пяток (как раз туда, где утром хрустело колено). Ты встаешь, натянуто улыбаешься очереди, получаешь в ответ молчаливые, сочувственные кивки и переступаешь порог.

Кабинет уролога встретит тебя стерильным запахом антисептика и портретами анатомического строения таза на стенах. За столом сидит доктор. Как правило, это очень спокойный, умудренный жизнью человек, для которого твой самый интимный, священный орган — это просто деталь номер 47 в общей схеме водопровода и канализации человеческого организма.

— На что жалуемся? — обыденно спрашивает врач, не отрываясь от заполнения карточки.

И тут начинается великий языковой балет. Мужчина, который только что на работе легко использовал термины «диверсификация», «рефакторинг» и «гидравлический удар», неожиданно теряет весь словарный запас. Ты начинаешь мямлить, краснеть и изъясняться метафорами уровня трехлетнего ребенка:
— Ну... понимаете, доктор... оно как бы... там... когда я... в общем, дискомфорт!
— Где «там»? — вздыхает доктор. — Давайте конкретнее. В туалет ходить больно? Струя вялая?
Фраза «струя вялая» бьет по мужскому самолюбию сильнее, чем известие о падении курса акций. Ты хочешь гордо сказать, что твоя струя сбивает забор у тестя на даче, но суровая медицинская правда заставляет тебя лишь кротко кивнуть:
— Ну... бывает... иногда...

— Понятно. Ложитесь на кушетку, на бок, колени к груди, — спокойно произносит доктор и надевает смотровую перчатку.

Этот звук — «вжжжух» натягиваемой латексной перчатки — должен быть внесен в реестр самых жутких звуков человечества наряду со скрипом железа по стеклу и сиреной воздушной тревоги.

В следующие сорок секунд происходят события, о которых не принято рассказывать в мужских компаниях. Твой внутренний мир рушится и собирается заново. Ты лежишь на кушетке, уткнувшись носом в медицинскую клеенку, и изо всех сил разглядываешь узор на обоях, пытаясь вспомнить таблицу умножения, стихи Есенина и имена всех игроков сборной Франции по футболу 1998 года — лишь бы отвлечь мозг от того, что происходит сзади.

И в этот самый момент, когда ты находишься на пике уязвимости и духовного катарсиса, доктор совершенно непринужденным тоном спрашивает:
— А вы на даче рассаду уже посадили? Как думаете, заморозки в мае будут?

Ты сидишь... точнее, лежишь в состоянии абсолютного шока. Тебе хочется закричать: «Доктор! Какая рассада?! Какая погода?! Вы находитесь в самом сердце моей мужской гордости! Давайте соблюдать траурную тишину!». Но вместо этого ты выдавливаешь из себя писклявым голосом:
— Д-да... Папа теплицу перетянул...

— Ну и отлично, — говорит доктор, снимает перчатку с характерным щелчком и идет мыть руки. — Одевайтесь.

Ты встаешь с кушетки. Натягиваешь штаны. И в этот момент происходит Чудо.

Ты чувствуешь, как над твоей головой расступаются тучи. Воздух в кабинете становится невероятно чистым и вкусным. Ты смотришь на свои парадные трусы с глубоким уважением. Ты выжил! Ты прошел через это!

Но тут доктор садится за стол, берет ручку и говорит:
— Так, по урологии у вас возрастные изменения, ничего смертельного, пропьем курс растительных таблеточек. А теперь идите во второй кабинет. К проктологу. Он вас ждет.

Твой свежеприобретенный эмоциональный подъем мгновенно сдувается, как пробитое колесо на трассе. Ты забыл. Там же Второй Акт.

Переход из кабинета уролога в кабинет проктолога — это три метра по коридору, но для тебя они тянутся как крестный ход.

Кабинет проктолога отличается от урологического наличием специального смотрового кресла, похожего на гибрид пыточной дыбы и кресла космонавта перед запуском на Орбиту.

Проктолог — это обычно специалист с безупречными манерами и железной выдержкой. Он смотрит на тебя с такой теплотой и пониманием, будто ты его самый дорогой родственник, вернувшийся из длительного плавания.

— Входите, не стесняйтесь, — доброжелательно улыбается он. — Раздеваемся ниже пояса, поднимаемся на кресло.

Восхождение на проктологическое кресло — это высшая точка разрушения стеснительности. Ты лезешь туда с ловкостью раненого бегемота, пытаешься принять анатомически правильную позу и понимаешь: всё. Секретов от этого мира у тебя больше нет. Все твои тайны, твои амбиции, твой перфоратор, твой автоклав и твои мечты о новом кроссовере — всё это сейчас находится на виду у человека в белом халате.

Процедура осмотра и аноскопии длится ровно две минуты. За эти две минуты в твоей голове происходит грандиозная переоценка ценностей.

Ты понимаешь, что:

Все твои проблемы на работе — это полная ерунда.

Начальник, который орал на тебя утром — милейший человек, пусть орет дальше.

Пробки на дорогах — это прекрасный повод посидеть и послушать музыку (главное — чтобы сидеть было комфортно!).

Мелкие бытовые ссоры с женой не стоят ни одной потраченной нервной клетки.

Здоровье — это единственный настоящий капитал, всё остальное можно купить или починить перфоратором.

— Ну что ж, — произносит проктолог, вытирая руки. — Небольшой внутренний геморрой первой стадии. Сидячий образ жизни, да?
— Сидячий, — честно признаешься ты, сбивая рекорд по скорости надевания брюк.
— Значит так: больше ходить пешком, острым и алкоголем не злоупотреблять, свечи на ночь десять дней, и на унитазе с телефоном по полчаса не сидеть! Поняли?
— Понял, доктор! Свято обязуюсь! Телефон вообще в туалет брать не буду!

Ты выходишь из кабинета в коридор.

На тебя смотрят глаза тех мужиков, которые все еще ждут своей очереди. Ты смотришь на них сверху вниз — но не с гордыней, а с бесконечной, всеобъемлющей любовью и сочувствием. Тебе хочется подойти к каждому, обнять за плечи и сказать: «Держись, братан. Это не больно. Это просто делает нас сильнее. Ты справишься».

Ты выходишь из поликлиники на улицу.

На улице светит яркое солнце. Птички поют так красиво, как не пели никогда в жизни. Выхлопные газы проезжающих машин кажутся тебе ароматом французских духов. Ты идешь по асфальту, легко, свободно, слегка пружиня на своих хрустящих коленях.

Ты достаешь телефон, звонишь жене и говоришь искренним, наполненным любовью голосом:
— Зайка, привет! Я все прошел! Все хорошо! Я тебя так люблю! Давай сегодня вечером просто погуляем в парке? Без телефона, без сериалов, просто пешком походим!

Жена на том конце провода замирает от неожиданности:
— Борь... Тебе что там, диагноз плохой поставили?
— Нет! — смеешься ты на весь проспект. — Мне поставили самый лучший диагноз! Я — живой! И у меня все нормально!

Ты прячешь телефон в карман, покупаешь в ближайшем киоске бутылочку чистой минеральной воды без газа и шагаешь в сторону дома. Ты прошел главную мужскую инициацию. Тебе больше ничего не страшно. Даже поход к стоматологу теперь кажется легкой прогулкой на детской площадке.