Охота на садовника

Запах настоящей земли всегда вызывал у Марка Валлена легкую тошноту.
В нижних секторах мегаполиса воздух пах раскаленным озоном, синтетической гарью и перегретым пластиком. Там запахи будто сообщали, что мир давно проиграл природе.
На сто восьмидесятом уровне комплекса «Атриум-Прайм» все было наоборот: воздух здесь казался влажным, густым и почти съедобным. Он пах теплотой, свежими листьями и очень большими деньгами.
Валлен чихнул. Настоящая почва раздражала слизистую куда сильнее любой промышленной химии.
Над плечом негромко загудел патрульный дрон.
- Никаких признаков проникновения, детектив. Герметичность сектора не нарушалась. Биометрические замки не вскрывались. Векторный периметр функционировал штатно. Согласно журналу, в момент смерти внутри находился только хозяин оранжереи.
Запертая комната… А Валлен терпеть не мог запертые комнаты. Они почти всегда означали очередное нераскрытое дело.
Он опустился на одно колено.
Мастер Эрасто лежал на спине среди идеально подстриженного газона, глядя остекленевшими глазами сквозь прозрачный купол в тяжелые свинцовые облака токсичного смога.
Из центра груди рос куст, не просто пробивший дорогой шелковый комбинезон, а уже распустившийся большой розовый куст.
Полупрозрачные лепестки выглядели так, словно их выдули из тончайшего хрусталя. Внутри стеклянных стеблей густыми толчками медленно поднималась кровь.
Армейский биоанализатор, висевший на шее Валлена еще со времен службы, сухо щелкнул. Затылок привычно обожгло болью. На имплантированной сетчатке вспыхнули строки.
ОБНАРУЖЕН АЛКАЛОИД: «ХРУСТАЛЬНАЯ НИМФА»
ВРЕМЯ ПРОРАСТАНИЯ: 4 МИНУТЫ 12 СЕКУНД
ИСТОЧНИК СЕМЕНИ: ВНУТРЕННИЙ
Валлен осторожно разжал погибшему челюсть: на языке серебрился тонкий металлический налет.
- Он проглотил семя.
Дрон качнулся в воздухе.
- Биологически бесполезно.
- Почему?
- Мастер Эрасто сам вывел этот гибрид для корпорации «Флора-Тех». Семена полностью инертны. Даже если их проглотить, пищеварительная система просто разрушит оболочку.
- Но ведь оно проросло.
- Для этого необходим фермент-катализатор.
Дрон сделал небольшую театральную паузу.
- А его нет.
- Совсем?
- Естественно, детектив. Не обнаружен ни в желудке, ни в крови, ни в лимфатической системе.
Валлен промолчал. Если катализатор не вводили внутрь… значит, его вообще не вводили.
Он медленно поднялся, стряхивая с ладоней влажный гумус.
Запертая оранжерея.
Невозможная химическая реакция.
Цветок, который нарушил собственные биологический законы.
Картина ему категорически не нравилась. Он медленно обвел взглядом помещение. Орхидеи. Папоротники. Марсианский плющ. Карликовые пальмы.
Десятки миллионов кредитов, заботливо рассаженные по дизайнерским вазонам.
И вдруг… что-то дрогнуло. Где-то совсем чуть-чуть на границе периферического зрения.
Один из крупных бутонов орхидеи повернулся прямо к нему настолько плавно, что этого почти невозможно было заметить. Но армейская школа приучила замечать именно такие мелочи. Валлен подошел ближе.
Достал металлический щуп анализатора и медленно погрузил его в почву. Прибор снова болезненно щелкнул. На сетчатке вспыхнули новые строки.
ОБНАРУЖЕНЫ МИКРОИНКАПСУЛИРОВАННЫЕ НЕЙРОСЕТИ
ЧАСТОТА ОБМЕНА: 433 МГц
СТАТУС: ПРИЕМ ДАННЫХ
Валлен невольно усмехнулся.
- Вот оно что…
- Детектив?
- Здесь действительно никого не было.
Он осторожно коснулся пальцем листа. Тот едва заметно вздрогнул.
- Потому что убийца не входил, а уже жил здесь.
Дрон на несколько секунд завис.
- Не понимаю.
- Этот сад вовсе не сад.
Валлен медленно поднялся.
- Это распределенная вычислительная сеть.
Он обвел взглядом тысячи растений.
- Каждый цветок хранит часть информации. Корни соединены микросетями. Почва передает данные. Вода питает не только растения.
Он посмотрел на мертвого садовника.
- Эрасто выращивал не коллекцию орхидей. Он выращивал сервер. И кажется кто-то решил стереть один из его файлов.
В этот момент дрон получил новое сообщение.
- Детектив, к оранжерее поднимается владелец комплекса. Господин Вейн. Служба безопасности просит освободить место происшествия.
Валлен достал из кармана тонкую сигарету с искусственным табаком, повертел ее в пальцах, но прикуривать не стал.
Слишком много кислорода.
Слишком много настоящей зелени.
Он чувствовал себя здесь весьма неуютно.
- Очень хорошо, - сказал Валлен. Потом взглянул на прозрачный цветок, в жилках которого все еще медленно поднималась чужая кровь.
- Хотелось бы узнать, зачем владельцу самой дорогой оранжереи в городе понадобился сад, который способен хранить государственные тайны.
- Вейну принадлежит не просто оранжерея, детектив, почти шепотом продолжил дрон. - Ему принадлежит весь «Атриум-Прайм». И почти треть Совета директоров Нижнего города.
Валлен молча убрал сигарету обратно в карман. За стеклом шлюза вспыхнули багровые огни частного лифта. Прибыл хозяин.
Его сопровождали двое охранников в тяжелых матовых экзоскелетах без единого опознавательного знака.
Сам Вейн выглядел так, словно слово «богатство» давно перестало быть характеристикой его жизни.
Безупречный костюм.
Безупречная осанка.
Безупречно спокойное лицо.
- Детектив Валлен. Мне сообщили о несчастном случае.
Валлен не обернулся, продолжая смотреть на прозрачный цветок, пробивший грудную клетку погибшего.
- Несчастный случай?
- Любопытная разновидность несчастных случаев. Обычно они не прорастают человеку сквозь сердце.
Один из охранников сделал шаг вперед. Вейн едва заметно поднял ладонь. Тот остановился.
- Мастер Эрасто был талантливым ботаником, - спокойно произнес Вейн. - К сожалению, талант редко сочетается с осторожностью.
- Осторожностью? Или молчаливостью?
Вейн промолчал.
Валлен поднял щуп.
- Красиво придумано: военные сканируют сеть, слушают розетки, контролируют спутники.Но никому не приходит в голову искать архивы в корнях орхидей.
Вейн посмотрел на щуп. Затем на орхидею. Потом снова на Валлена. В его лице не изменилось ничего. Лишь взгляд стал холоднее. Биоанализатор неожиданно взвизгнул. Резкая боль прожгла затылок. Перед глазами поплыли красные строки.
КРИТИЧЕСКИЙ СБОЙ ИМПЛАНТА
ВНЕШНЯЯ АКУСТИЧЕСКАЯ АТАКА
ОБНАРУЖЕН НЕЙРОТОКСИН
Патрульный дрон дернулся. Его винты остановились. Он тяжело рухнул в траву. Валлен пошатнулся. Воздух вдруг стал другим. Теперь земля пахла сладким миндалем. И горячим воском. Он машинально коснулся воротника. Пальцы дрожали. На сетчатке вспыхнула новая строка.
ОБНАРУЖЕНА ПЫЛЬЦА
ФАЗА ИНКУБАЦИИ: 02:59
Вейн медленно повернулся к лифту.
- Вы ведь чихнули, когда вошли сюда, детектив.
Валлен поднял голову. И только сейчас понял. Настоящая земля раздражала нос вовсе не потому, что была настоящей.
Двери лифта начали закрываться.
- Не пытайтесь задерживать дыхание, - спокойно сказал Вейн, не оборачиваясь. - Уже поздно.
Створки сомкнулись. Охранники в масках остались неподвижно стоять у шлюза. В оранжерее снова стало тихо. Лишь в дальнем углу прозрачный бутон медленно повернулся в сторону Валлена. Словно узнал нового хозяина данных.
Валлен опустился на одно колено. Сырая земля была ледяной.
02:47.
Затылок разрывало пульсирующей болью. Старый армейский анализатор отчаянно пытался пробиться сквозь помехи. На сетчатке дрожали и расплывались алые строки диагностики.
У шлюза неподвижно стояли двое.
Матовый титан.
Ни жеста.
Ни слова.
Стрелять им не требовалось. Они просто перекрывали единственный выход из стеклянной ловушки.
02:21.
“Не пытайтесь задерживать дыхание.”
Теперь Валлен понял. Семя действительно было внутри Эрасто. Но убивало не оно. Катализатором была пыльца. Она уже плавала в воздухе, оседала на слизистых, проникала в легкие. Оставалось лишь подать нужную частоту через корневую сеть.
Оранжерея была не садом. Она была вычислительной машиной.
Орхидея в углу снова повернулась. Совсем немного. Но стало очевидно:?она следила за ним.
Внутри прозрачных стеблей вспыхнули тонкие светящиеся нити. Сеть искала нового носителя. Эрасто попытался унести архив с собой. Теперь архив искал нового хозяина.
Пальцы почти не слушались. Валлен сунул руку в карман плаща. Сигарета. Потом старая зажигалка. Настоящее кресало. Без батареи и микросхем.
01:45.
Он поднял взгляд на лежавший в траве дрон. При падении аккумулятор раскололся. Из трещины лениво сочился сероватый дым.
Валлен усмехнулся.
— Ботаник из тебя получился отличный, Вейн…
Он чиркнул кресалом.
- …а инженер посредственный.
Искры упали прямо на поврежденную батарею. Хлопок оказался совсем тихим. Но через секунду густой белесый дым пополз по мульче.
Потом вспыхнул небольшой огонь, но этого оказалось достаточно.
Где-то под куполом что-то щелкнуло. Еще раз. Еще. Будто сама оранжерея пыталась принять решение. Потом взвыла старая не электронная сирена. Та, что была подключена напрямую к пожарным контурам. Еще до появления искусственных интеллектов.
Вейн мог переписать программное обеспечение, но не учел историю.
Из-под купола с оглушительным грохотом обрушились потоки углекислотной пены. Холод ударил мгновенно. Пламя исчезло. Воздух стал густым и белым. Пыльца осела.
Лепестки «Хрустальной Нимфы» покрылись паутиной трещин.
Еще мгновение назад похожие на стекло, теперь они действительно превратились в хрупкое и мертвое стекло.
С тихим звоном растение рассыпалось. Анализатор на шее коротко пискнул. Впервые за несколько последних минут без помех.
АТАКА ПОДАВЛЕНА
ТОКСИЧНОСТЬ СРЕДЫ СНИЖАЕТСЯ
ПОЖАРНЫЙ ШЛЮЗ РАЗБЛОКИРОВАН
Охранники потеряли его всего на секунду. Пены хватило, чтобы исчезли и камеры, и лазерные дальномеры. Одной секунды оказалось достаточно.
Валлен нырнул под их вытянутые руки, перепрыгнул через тело Эрасто и буквально провалился в открывшийся аварийный шахтный люк.
Вниз.
Туда, где воздух снова пах раскаленным озоном, горелым пластиком и заскорузлой грязью Нижнего Города.
Только оказавшись на металлической лестнице, он позволил себе остановиться. Вытер кровь с губ и посмотрел на анализатор.
Архив Вейна он не получил, но прибор успел сохранить последнее, что передавала корневая сеть.
Частоту.
Иногда одного числа достаточно, чтобы обрушить целую империю. Валлен усмехнулся. Охота на садовника только начиналась.

Марк Валлен остановился на площадке технического яруса.Под ногами, сквозь крупную металлическую решетку, на сотни метров вниз уходила вентиляционная шахта Нижнего Города. Горячий воздух поднимался снизу непрерывным потоком. Высоко над ним висел «Атриум-Прайм».
С этой точки он уже не походил на роскошную оранжерею. Скорее на огромную прозрачную медузу, лениво плывущую в смоге. Красивую. И опасную.
Валлен машинально коснулся затылка. Имплант болезненно отозвался короткой вспышкой. На сетчатке появилась единственная строка.
СОХРАНЕНА ЧАСТОТА РЕЗОНАНСА: 433.920 МГц
И следом:
МАТРИЦА СЕМЕННОГО ФОНДА ОБНАРУЖЕНА
Он достал помятую сигарету и наконец прикурил и выпустил струю дыма. Вкус показался отвратительней обычного. Дешевый синтетический табак отдавал паленой резиной, но после сладковатого миндаля, которым пахла смерть в оранжерее, это был лучший вкус за сегодняшний день.
Валлен медленно выдохнул.
Если отбросить детали, оставались три проблемы.
Первая.
Частота сама по себе ничего не стоила. Любой замок бесполезен без двери.
Где-то в Нижнем Городе существовал передатчик, через который Эрасто выводил данные из живой сети наружу. Найти его было необходимо.
Вторая.
Имплант сумел подавить токсин, но затылок продолжал зудеть. Совсем немного. Так чешется место, куда попала заноза. Споры остались внутри. Если Вейн повторит передачу…
Валлен не стал заканчивать мысль.
И третья. Самая неприятная…
Что-то тихо звякнуло о металл. Он опустил взгляд. Из глубокой борозды подошвы выкатилось серебристое зернышко размером с кунжут. Оно несколько секунд катилось по настилу, затем остановилось и медленно засветилось лиловым светом.
Валлен почувствовал, как внутри все похолодело. Когда он перепрыгивал через тело Эрасто, подошва прошла в нескольких сантиметрах от рассыпавшихся семян. Одно все-таки покинуло лабораторию вместе с ним.
Он осторожно поднял его кончиком ножа. Семя было еще живым. Времени действовать практически не было. Нужна была срочная и неофициальная медицинская консультация.
До клиники Рихтера пришлось спускаться двенадцать уровней. Здесь свет неоновых вывесок окончательно проигрывал смогу, а воздух становился настолько густым, что казалось, его можно сгребать лопатой.
Сектор «Приз». Как к этому богом забытом месту прилипло это название не мог бы сказать уже никто, но если где-нибудь и существовала медицина без лицензии, зато с фантазией, то именно здесь.
Подпольная клиника занимала старую насосную станцию. Когда-то она качала воду, а теперь в ней латали людей.
Рихтер встретил его, не поднимая головы. Он возился с разобранным глазным имплантом, перебирая микросхемы механическими пальцами. Сам хирург выглядел так, будто половину его уже однажды пришлось собирать заново. Левая рука заканчивалась хирургическим манипулятором. Половину черепа закрывала старая титановая пластина. Правый глаз был живым, как напоминание о человеческой природе, но доктор предпочитал картинку, выводимую в мозг левым глазом с 10-кратным увеличением и подсветкой.
Он поднял взгляд. Несколько секунд молча рассматривал Валлена. Потом усмехнулся.
- Вид у тебя такой, будто тебя сначала пережевали… а потом выплюнули в компост.
Валлен положил на стол светящееся семя.
Улыбка мгновенно исчезла.
Рихтер долго молчал.
Потом осторожно придвинул манипулятором семя поближе к себе.
- Где ты это взял?
- Оно само взялось.
Рихтер перевел взгляд на шею Валлена.
Потом на биоанализатор. И тихо выругался.
- Вот дерьмо…
- Что?
- Ты решил, что тебя заразила пыльца.
- А разве нет?
Рихтер постучал металлическим пальцем по армейскому импланту.
- Нет.
Еще раз.
- Заразил тебя твой собственный имплант.
Валлен нахмурился.
- Семя спит, пока не найдет питание. - Рихтер постучал по импланту, - а оно нашло.
Он снова посмотрел на светящееся зерно.
- Для него твоя шея просто розетка.
Несколько секунд в помещении было совершенно тихо. Потом Рихтер резко поднялся.
- На стол.
- Наркоз?
- Если расслабим нервную систему, оно может решить, что пора прорастать.
Он уже доставал криозонд.
- Поэтому придется без него.
Валлен молча лег лицом вниз. Холодный наконечник коснулся основания черепа. Через мгновение боль взорвалась белой вспышкой. Имплант отчаянно заверещал.
На сетчатке побежали последние сообщения.
ОТКЛЮЧЕНИЕ ПИТАНИЯ…
КРИТИЧЕСКАЯ ТЕМПЕРАТУРА
РЕЗОНАНС ПРЕРВАН
Что-то сухо хрустнуло под криозондом. Следом Валлен услышал куда более неприятный звук. Скальпель входил в онемевшую плоть. Каждое движение отдавалось ударом тока по позвоночнику.
- Не дергайся! Споры сидят прямо возле импланта!
- Режь…
- Почти…
Рихтер вдруг замолчал. Под потолком мигнула старая люминесцентная лампа.
Погасла.
Через секунду где-то в глубине станции лениво заворчал резервный генератор. На столе вспыхнуло голубым светом забытое семя.
Рихтер очень медленно поднял голову. За герметичной дверью прозвучал первый тяжелый удар. Потом второй. Сталь жалобно застонала. Рихтер посмотрел сначала на дверь. Потом на светящееся семя. И тихо сказал:
- Они нашли тебя.
Он кивнул на голубое свечение.
- Причем ты сам сообщил им, где находишься.
Первый замок сорвало с таким звуком, будто вместе с ним вырвали кусок стены. Между ними и штурмовой группой оставалась последняя герметичная перегородка.
Валлен сорвал с лица операционную салфетку и быстро поднялся. Из разреза у основания шеи сочилась густая черная кровь. Боль почти исчезла. Вместо нее пришла странная пустота.
Имплант молчал.
Впервые за много лет в голове стояла абсолютная тишина. Он даже не подозревал, насколько устал от постоянного гула собственного биоанализатора.
Перегородка вздрогнула. По сварным швам побежали трещины.
- Сколько? - спросил Валлен.
Рихтер уже успел сменить хирургический инструмент на короткий игольчатый карабин.
- Секунд десять.
- Хватит.
Валлен посмотрел на семя.Оно продолжало спокойно пульсировать лиловым светом. И вдруг все встало на свои места.
Эрасто не носил архив. Архив носил Эрасто. Человек был всего лишь источником питания. Как и он сам. Как любой носитель.
Перегородку выгнуло внутрь. Сталь лопнула. В проеме появился первый штурмовик. Матовый экзоскелет медленно сканировал помещение алой полосой дальномера.
- Обнаружены биологические объекты.
- Начать…
Фразу он закончить не успел. Валлен сделал шаг вперед. Не стреляя. Не пытаясь укрыться. Он просто приложил светящееся семя к раскрытому технологическому разъему на грудной пластине экзоскелета. Стоило ему коснуться брони, как кокон сам втянулся в технологический разъем. Штурмовик даже не понял, что произошло.
- Ты что делаешь?.. - выдохнул Рихтер.
- Пересаживаю паразита.
Экзоскелет питал десятки сервоприводов, датчиков и силовых приводов. Для семени это была не броня. Это была идеальная нервная система. Оно проснулось. Сначала под броней что-то негромко хрустнуло. Потом еще раз. Затем по стыкам пластин поползли тонкие прозрачные корни. Они не ломали металл. Они находили зазоры. Прорастали сквозь кабельные каналы. Обвивали гидролинии. Сначала казалось, что это всего лишь трещины в прозрачном пластике, но буквально через секунду весь экзоскелет резко выгнулся назад. Из вентиляционных щелей одновременно вырвались десятки прозрачных побегов.
Оператор закричал. Крик почти сразу оборвался. Растение добралось до реактора. Мощности оказалось достаточно, чтобы закончить цикл роста меньше чем за секунду. Титановая броня треснула. Из нее медленно раскрылся огромный прозрачный цветок.
В коридоре наступила тишина. Второй штурмовик остановился. Компьютер его брони несколько раз безуспешно попытался классифицировать происходящее.
Валлен повернулся к Рихтеру.
- Теперь бежим.
- Куда?
- Туда, куда ведет эта частота.
Рихтер показал на старый сервисный люк.
- Старый узел связи «Север-3». Там уже лет тридцать никто…
- Ошибаешься.
Валлен открыл люк. Из шахты пахнуло сыростью, мазутом и ржавчиной.
- Именно там кто-то слушает четыреста тридцать три целых девятьсот двадцать тысячных мегагерца.
Он прыгнул первым.
- И после сегодняшнего он уже знает, что мы его тоже услышали.

Шахта сброса отходов уходила вниз почти отвесно.
Валлен спускался первым, цепляясь за проржавевшие скобы. Два шага ногами, два перехвата руками. Металл был скользким от конденсата, ладони давно разодраны, но боли он почти не чувствовал.
Затылок после операции глухо ныл. И это было даже как-то приятно.
Впервые за много лет в голове не шипел биоанализатор. Не предупреждал. Не анализировал. Не подсовывал на сетчатку красные строки о том, что организм вот-вот решит умереть.
Ти-ши-на.
Оказывается, тишина тоже могла доставить удовольствие.
Следом тяжело сопел Рихтер.
- Если я когда-нибудь ещё раз соглашусь полезть за тобой в канализацию, - прохрипел он, - пристрели меня сразу.
- Договорились.
- Я серьёзно.
- Я тоже.
Через триста метров шахта закончилась. Ноги Валлена коснулись бетонного пола. Вода, он надеялся, что это вода, плеснула из-под подошвы.
Рихтер спустился следом и несколько секунд просто стоял, согнувшись и хватая воздух.
- Ненавижу Нижний Город, - сказал он.
- Ты здесь живешь.
- Именно поэтому и ненавижу.
Валлен включил фонарь. Перед ними уходил в темноту старый коллектор.
Здесь Нижний Город был совсем другим. Неоном и рекламой его не прикрывали. Стены покрывал старый бетон, потемневший от времени. Вдоль потолка тянулись толстые кабели. Где-то далеко работала турбина, и этот гул проходил через стены, словно под землей дышало огромное животное.
Рихтер поднял фонарь своего глазного импланта.
- «Север-3» должен быть за насосной магистралью.
- Должен?
- Тридцать лет здесь никого не было.
- Тогда место прекрасно сохранилось.
Рихтер посмотрел на него живым глазом.
- Иногда я думаю, что тебя воспитали не люди.
Они двинулись дальше. Валлен почти сразу понял, что что-то изменилось. Не звук, не свет, а какое-то животное предвосхищение опасности. Запах!
Он остановился. Рихтер врезался ему в спину.
- Чего встал?
Валлен поднял руку. Несколько секунд прислушивался. Холодный сквозняк. Далекий гул насосов. Вода. И ещё что-то. Очень слабое. Сладковатое. Миндаль.
Валлен медленно повернул голову.
- Рихтер…
- Что?
- Не двигайся.
- Почему?
- Пахнет миндалем.
Рихтер замер. Несколько секунд они молчали. Потом Рихтер тихо выругался. Впереди, за поворотом, появилась дверь. Невысокая, армейская, с герметичным контуром. Зеленая краска облупилась почти полностью. На металле ещё можно было различить выцветшую надпись:
СЕВЕР-3. УЗЕЛ ЭКРАНИРОВАНИЯ.
Валлен достал револьвер. Старый служебный. Тяжёлый. Полностью механический. После сегодняшнего дня ему хотелось держать в руках что-нибудь, что не умело думать самостоятельно.
Он показал Рихтеру на дверь. Тот кивнул. Засов был срезан. Недавно. Валлен присел, провёл пальцем по краю разреза и посмотрел на металл.
- Автоген.
- Значит, нас ждали?
- Нет.
Он поднялся.
- Нас уже встретили.
Из-за двери пробивался свет. Зелёный. Живой. Валлен медленно толкнул дверь. За ней находился зал старого узла связи.
Вдоль стен стояли релейные шкафы, огромные, покрытые пылью и паутиной. Медные кабели свисали с потолка. В центре помещения стоял массивный диспетчерский стол. На нем работала радиостанция.
Старая полевая модель. Настоящая, с механическими переключателями и стрелочным индикатором. К ней кто-то подключил стеклянный сосуд. Внутри плавал цветок. Орхидея.
Стебель уходил в питательный раствор, а от него через пробитое стекло во все стороны расползались тончайшие корешки. Они входили прямо в разъёмы радиостанции. На шкале горела одна цифра:
433.920 МГц
Каждые несколько секунд бутон сжимался. Радиостанция отвечала коротким щелчком. Потом ещё одним. Морзе. Валлен медленно опустил револьвер на несколько сантиметров.
- Красиво, - сказал Рихтер.
- Нет.
- Я просто сказал…
- Красиво было в оранжерее.
Валлен посмотрел на цветок.
- Это уже антенна.
За столом сидел человек. Спиной к ним. Женщина в старом рабочем комбинезоне гидропоника. Короткие волосы. Никаких имплантов. Никаких корпоративных знаков. Рядом лежала раскрытая сумка с инструментами. Она продолжала работать, будто два вооружённых мужчины только что вошли не в секретный бункер, а в мастерскую.
- Вы опоздали, - сказала она.
Голос был спокойным и немного уставшим.
Валлен поднял револьвер.
- Повернитесь.
Женщина перестала перебирать инструменты.
- Эрасто успел отправить первую часть?
Валлен замер. Рихтер тоже. Женщина медленно повернулась. Ей было около сорока. Через левую бровь проходил старый шрам. Лицо худое, серое от постоянной работы при искусственном освещении. Она посмотрела на Валлена. На его окровавленную шею. На Рихтера. На револьвер. И вдруг нахмурилась.
- Где семя?
Валлен ничего не ответил. Женщина посмотрела на его руку. Потом на карман плаща.
- Вы его потеряли?
- Кто вы?
- Сначала ответьте.
- Эрасто мёртв.
Женщина не изменилась в лице. Только пальцы на мгновение сжались.
- Как?
- Роза.
Она посмотрела на цветок.
- Нет. Не «роза».
Она встала.
- Хрустальная Нимфа.
Валлен почувствовал неприятный холод под кожей.
- Вы знаете, что это?
- Знаю.
Женщина подошла к стеклянному сосуду и осторожно коснулась его. Цветок отреагировал мгновенно. Бутон повернулся к ней.
- Эрасто называл её Нимфой, - сказала женщина. - Вейн называл её сервером.
Она посмотрела на Валлена.
- А вы, судя по всему, уже познакомились с -ней поближе.
Рихтер недовольно кашлянул.
- Кто ты?
Женщина посмотрела на него.
- Майя.
Пауза.
— Майя Эрасто.
Валлен чуть прищурился. Теперь многое вставало на место. И одновременно становилось гораздо хуже. Жена или…
- Сестра?
- Да.
- Эрасто работал на Вейна.
- Работал.
- И вы украли у него данные.
Майя усмехнулась.
- Нет.
Она кивнула на цветок.
- Мы пытались украсть их у Вейна.
- Что именно?
Майя некоторое время смотрела на него. Потом выключила радиостанцию. Щелчки прекратились. В бункере стало совершенно тихо.
- Вы знаете, что находится под Нижним Городом?
- Канализация.
- Ещё глубже.
- Фундаменты.
- Дальше?
Валлен промолчал. Майя посмотрела ему прямо в глаза.
- Вода. Воздух. Насосы. Очистные станции. Энергетические контуры. Система, которая держит на себе несколько миллионов человек.
Она положила ладонь на старый радиоприёмник.
- Вейн не просто владеет «Атриум-Прайм». Он получил доступ к управляющему контуру.
Валлен медленно поднял револьвер.
- Зачем?
- Чтобы однажды выключить его.
Рихтер перестал ухмыляться. Майя продолжила:
- Через тридцать один день Совет проголосует за проект «Стерилизация».
Валлен почувствовал, что это слово ему уже не нравится.
- Что он стерилизует?
- Нижний Город.
Она произнесла это совершенно буднично.
- Вода. Воздух. Фильтрация. Подача кислорода.
Рихтер медленно выпрямился.
- Это невозможно.
- Поэтому Вейн и потратил столько денег на сад.
Майя кивнула на цветок.
- Сеть может хранить управляющие ключи. Но для запуска нужен полный биологический идентификатор.
Валлен посмотрел на неё.
- И Эрасто украл его.
- Нет.
Майя помолчала.
- Эрасто успел его скопировать.
Валлен почувствовал знакомое раздражение.
- Где копия?
Майя посмотрела на его шею. Слишком долго. Валлен медленно опустил руку.
- Что?
Она ничего не сказала. И тогда Валлен понял.
- Нет…
Майя посмотрела на Рихтера. Рихтер уже смотрел на Валлена.
- Что? — спросил Валлен.
Рихтер тихо произнес:
- Вот почему семя не хотело тебя отпускать.
Валлен медленно повернулся к Майе. Ему просто было необходимо услышать ответ.
- Где копия?
- В тебе.
Радиостанция вдруг сама включилась. Один щелчок. Второй. Зелёный бутон в сосуде медленно раскрылся. На стрелочном индикаторе снова загорелась частота:
433.920 МГц
Валлен посмотрел на радиостанцию.
- Вы сказали, что Эрасто успел отправить первую часть.
- Да.
- А вторая?
Майя ничего не ответила. Валлен почувствовал, как внутри всё неприятно холодеет.
- Где вторая часть?
Женщина посмотрела ему за спину. Валлен обернулся. На стене за ними загорелась маленькая красная лампа. Рихтер посмотрел вверх.
- Это плохо.
- Насколько?
- Помнишь, я говорил, что здесь тридцать лет никто не появлялся?
Сверху донёсся глухой металлический удар. Потом второй. В бетонном потолке что-то заскрежетало. Майя закрыла глаза.
- Потому что этот узел был отключён.
Валлен снова посмотрел на неё.
- А сейчас?
Майя открыла глаза.
- Сейчас он передаёт.
Радиостанция щёлкнула. Из динамика донёсся голос. Спокойный. Чистый. Почти любезный.
- Великолепная работа, детектив Валлен.
Валлен узнал его сразу. Вейн. Он поднял револьвер на радиостанцию.-
- Вы привели меня прямо к ним, - продолжил голос.
Майя медленно посмотрела на Валлена. И впервые за всё время на её лице появился страх. Не за себя. За него.
— Вы понимаете, что это значит? - спросила она.
Валлен посмотрел на светящийся бутон.
- Что?
Майя указала на его шею.
- Вейн не искал «Север-3».
Сверху раздался оглушительный удар. С потолка посыпалась бетонная пыль.
- Он искал вас.
Валлен посмотрел на Рихтера. Тот уже открывал свой хирургический манипулятор.
- Сколько?
- Минуты две, — сказал Рихтер.
Майя покачала головой.
- Нет.
Она посмотрела на радиостанцию.
- Меньше.
Зелёный бутон раскрылся полностью. Внутри него, среди прозрачных лепестков, что-то шевельнулось. И Валлен впервые увидел, что цветок был не один. В глубине сосуда, в питательном геле, лежали десятки маленьких серебристых семян. Каждое светилось на своей частоте

Взрыв за спиной догнал их оглушительной волной. Рихтер успел срезать засов аварийного люка автогеном. Многотонная плита перекрытия с грохотом рухнула вниз, завалив проход бетоном и пылью прямо перед носом штурмовиков. Вместе с ней сорвалась секция вентиляционной трубы. Металл ударил по лестнице. Часть ступеней исчезла. Валлен, Рихтер и Майя полетели вниз. Несколько метров, показавшихся бесконечностью. Потом металлический настил встретил их глухим ржавым ударом.
Первым, что почувствовал Валлен, возвращаясь в сознание, был запах.
На этот раз не химическая гарь Нижнего Города. Не озон. Не миндаль.
Воздух сушил носоглотку. В нём пахло гудроном, дёгтем, перегретым мазутом и старой, слежавшейся сажей.
- Живой? - прохрипел рядом Рихтер.
- Не дождёшься.
Валлен попытался подняться. Затылок отозвался тупой пульсирующей болью. Он замер, переждал волну и только потом сел. Без анализатора пространство вокруг стало каким-то непривычно большим. Никаких подсказок на сетчатке. Никаких стрелок. Никакого автоматического «опасность справа» или «уровень кислорода снижен».
Просто тьма.
- Где Майя?
- Здесь…
Валлен повернул голову. Майя сидела на настиле, прижав к груди стеклянный сосуд. Цветок был цел.
Они находились в огромном зале Нулевого яруса. Луч фонаря скользнул по ржавым мосткам, уходящим в темноту, и остановился на том, что висело над пропастью в центре зала.
Генератор.
Древняя геотермальная машина первой эпохи. Монструозная туша из стали и толстых труб висела на нескольких стальных тросах. Огромный маховик застыл над залом. Под ним чернела разверстая топка размером с трёхэтажный дом. Оттуда тянуло сухим, мёртвым теплом.
Валлен потянулся к кобуре. Пусто.
- Не ищи, - сказал Рихтер.
- Почему?
Рихтер молча кивнул. Валлен посмотрел туда.
Они выходили со всех сторон: с ржавых мостков, из-за труб, из чёрных пролётов старого оборудования. Люди. Но выглядели они так, будто только что вылезли из затопленной шахты прошлого века. Пропитанные мазутом комбинезоны.
Кожаные фартуки.
Респираторы.
Сварочные маски с мутными стёклами.
Никаких импульсных винтовок.
Арматура.
Цепи.
Обломки камней.
Факелы.
Оранжевое пламя со свистом рвалось из самодельных горелок. Один из людей шагнул вперёд. Гигант на общем фоне. На плече он держал кувалду, которой вполне можно было забивать сваи. На груди суриковой краской была нарисована шестерёнка в языках огня.
- Вы осквернили Огонь, - заскрежетал голос из-под респиратора.
Он ткнул пальцем в сосуд Майи.
- Вы принесли зелень в Дворец Пламени.
Рихтер медленно поднял манипулятор.
- Слушай, братан. У нас тут технологический конфликт с верхним ярусом…
Металлический палец щёлкнул. Ничего. Из темноты вылетела цепь и захлестнула его левую руку.
- Эй.
Цепь натянулась. Рихтера развернуло и впечатало в перила. Следующий удар пришёлся Валлену под колено. Нога подломилась. Он опустился на одно колено.
- На колени перед Механизмом! - взревел гигант.
На Валлена навалились сразу трое. Он успел ударить одного кулаком в лицо. Мутное стекло маски хрустнуло. Потом его руки заломили за спину. Бечёвка. Толстая, пропитанная чем-то пахучим, вроде креозота.
Майю схватили двое. Сосуд выпал из её рук, ударился о настил и покатился. Не разбился. Зелёный бутон внутри судорожно сжался. Человек в длинном фартуке нагнулся над Валленом. В руке у него был факел. Он поднёс огонь к шее Валлена. К свежему шраму.
- В них нет Искры, - прошипел он. - В нём есть Семенище.
Огонь приблизился.
- Паразит.
Майя дёрнулась в руках сектантов.
- Если вы уничтожите цветок, через месяц в Нижнем Городе не останется воздуха даже для вашей печи!
Гигант повернул к ней голову.
- Печь не требует воздуха!
Он поднял кувалду.
- Печь требует Огня и Жира!
Рихтер посмотрел на Валлена.
- Я начинаю скучать по штурмовикам.
Их потащили дальше. К самому генератору. Огромные стальные створки топки были распахнуты. За ними чернела пасть. В глубине угадывались прогоревшие колосники и толстые слои слежавшегося шлака. Внизу, метрах в десяти, виднелся стальной бункер для сбора отходов. Валлен посмотрел туда. Потом наверх. Сектанты расставляли факелы. Оранжевый свет скользил по титановой пластине Рихтера и по лицу Майи. Человек с факелом поднял руки. Валлен почему-то подумал: жрец.
- Тридцать лет Сердце молчит.
Голос был напевным. Вокруг него одновременно застучали цепи.
- Тридцать лет железные жилы остывают.
Бум.
- Мы давали ему мазут.
Бум.
- Он плевался сажей.
Бум.
- Мы давали ему масло.
Бум.
- Он молчал.
Жрец повернулся к Валлену.
- Но сегодня Ткач Пламени привёл к нам Особого.
Факел приблизился к его затылку.
- В нём живёт Сок.
Рихтер дёрнулся.
- Даже и не начинай!
- В нём живёт Чип Верхнего Города.
Валлен посмотрел на жреца. Тот улыбнулся под респиратором.
- Если сжечь Паразита вместе с Носителем внутри Сердца…
Он медленно поднял факел.
- Искра вернётся.
Сектанты ударили арматурой и цепями по металлическим мосткам.
Бум.
Бум.
Бум.
- Эй, фанатики! - заорал Рихтер.
Жрец даже не посмотрел на него.
- Вы же понимаете, что органический чип при сгорании даёт только угарный газ и немного токсичного пластика?!
Факел поднялся выше.
- Какая Искра?! У вас вентиляция не работает! Вы сами задохнётесь!
- Очищение Огнём, - произнёс жрец.
И поднял руку. Двое сектантов подхватили Валлена. Он повис между ними. Ноги уже были над чёрной пастью. Снизу тянуло сухим теплом. Десять метров.
Колосники.
Бункер.
Шлак.
Валлен дёрнул руками. Бечёвка держала крепко, глубоко врезавшись в запястья. И тут пальцы нащупали во внутреннем кармане плаща что-то металлическое.
Валлен замер.
Криозонд.
Рихтер сунул его ему в карман перед самым прорывом штурмовиков. Он совсем забыл о нём. Маленький плоский прибор. Имплант уже удалили, но заряд в зонде ещё оставался.
- Рихтер.
- Что?!
Валлен уже висел над топкой.
- Насчёт канализации…
- Что с ней?!
- Я беру свои слова обратно.
Рихтер уставился на него.
- Какие именно?!
Валлен сжал криозонд. И вжал активатор прямо себе в бедро. Холод ударил мгновенно и прожёг бедро до кости. Нога дёрнулась. Один из сектантов выругался и выпустил его. Валлен рухнул. Чёрная пасть сомкнулась вокруг него. Он ударился о слой спёкшегося шлака. Колосники под ним взвизгнули и прогнулись. Но выдержали. Сверху появился жрец.
- Искра!
Он швырнул факел вниз.
Следом второй.
Огонь коснулся сухого дегтя. Пламя взвилось по стене. Мазутные отложения вспыхнули почти мгновенно. Жар ударил в лицо. Валлен перекатился через плечо. Бечёвка. Он нашёл горящий кусок шлака и начал тереть о него запястья. Сверху доносился гул. Криозонд в кармане плаща трещал. Странно. Высоко. Почти как электрический разряд. Валлен замер. Где-то в глубине генератора что-то ответило.
Ух.
Не громко.
Но весь металл под ним дрогнул.
Ещё один звук.
Глубже.
Длиннее.
И вдруг из шахты пришёл воздух. Он рванул внутрь топки с такой силой, что пламя пригнулось. Пыль взвилась со дна. Где-то в подземных каналах лязгнули клапаны.
ХУУУУ-У-У-МММ.
Валлен наконец перерезал бечёвку. Он поднял голову. Над ним дрогнул маховик. С него посыпалась ржавчина. Один кусок ударился о мосток. Потом второй. Жрец замолчал.
- Механизм…
Маховик дёрнулся ещё раз.
- Сердце…
Первый оборот.
По залу прошёл удар.
Он пришёл через металл, через мостки, через подошвы. Древняя турбина повернулась. Где-то внутри машины загремело железо.
Затем ещё раз.
И вдруг генератор вдохнул. Воздух из зала рванул к вентиляционным решёткам. Факелы погасли. Некоторые исчезли в решётках целиком. Сектанты попадали на мостки.
Кто-то закричал.
Кто-то начал молиться.
Жрец стоял, запрокинув голову, и смотрел на маховик.
- Сердце бьётся…
Рихтер перекрыл его крик своим:
- ВАЛЛЕН!
Валлен вывалился через аварийный люк сброса шлака на нижний мосток.
- ТЫ ЧТО ТАМ СДЕЛАЛ, ЧЁРТ ТЕБЯ ДЕРИ?!
Валлен поднялся. С него сыпался шлак.
- Включил отопление!
И побежал. Из клапанов ударил пар. Белая стена мгновенно накрыла зал. Жрец исчез. Сектанты заметались на мостках. Огромный маховик набирал обороты. Генератор оживал на глазах. Валлен увидел одного из сектантов, который выронил факел и стоял, ошарашенно глядя на машину.
Он сбил его с ног.
Револьвер.
Вот он.
Валлен вырвал оружие из его рук и развернулся.
- Майя!
Она уже бежала к нему. Сосуд с цветком снова был у неё в руках. Рихтер появился следом, хромая, но уже с каким-то древним карабином.
- Куда?!
Валлен посмотрел через зал. За генератором, в облаках пара, открывался огромный технический тоннель. Геотермальный коллектор. Он уходил вниз. Глубоко вниз. Туда, куда не вели ни лифты, ни служебные шахты Вейна.
- Туда.
Рихтер посмотрел на тоннель. Потом на генератор.
- Штурмовики сюда полезут?
- Если полезут, сгорят.
- А мы?
Валлен уже шёл.
- У нас пять минут.
- Это не ответ!
- Бегом!
Они исчезли в пару.
Геотермальный коллектор встретил их жаром. Ровным. Тяжёлым. Сухим. Позади ещё долго гудела турбина. Потом звук стал тише. Ещё тише. И превратился в далёкий бас, который отдавался в подошвах.
Они прошли около полукилометра. Валлен остановился. Сделал ещё два шага. И сел на бетонный выступ возле распределительного щита. Рихтер остановился рядом.
- Всё?
Валлен прижал ладонь к шее. На пальцах осталась тёмная липкая кровь.
- Затылок горит.
Рихтер посветил имплантом ему в лицо. Зрачки Валлена хаотично плавали, то расширяясь, то сжимаясь.
Рихтер нахмурился.
- Плохо.
- Очень точный медицинский диагноз.
- Заткнись.
Рихтер присел перед ним.
- Твой армейский анализатор перед смертью успел загнать информацию от Семени в глубокий буфер.
- Куда?
- В «мёртвый сектор».
- Звучит оптимистично.
- Мозг считает данные инородным телом.
Валлен посмотрел на него.
- И?
- И пытается их изолировать.
Майя поставила сосуд на бетон. Зелёный бутон медленно развернулся в горячем воздухе.
- Сколько?
- Минут пятнадцать.
Рихтер посмотрел на свой манипулятор.
- Но у меня нет скальпеля. Нет стационарного считывателя.
- Стационарный не нужен.
Майя уже открывала сумку. Из неё появились два тонких медных щупа и маленький дата-пад.
- Эрасто предусмотрел такой вариант.
Рихтер посмотрел на неё.
- Конечно предусмотрел. Он, кажется, всё предусмотрел, кроме собственной смерти.
- Семя формирует био-резонансный адрес. Если подключиться непосредственно к затылочному нерву…
Она взглянула на цветок.
- Нимфа перехватит сигнал.
Валлен прислонился лбом к бетону.
- Режь.
Рихтер замер.
- Без анестезии?
- У тебя есть?
- Нет.
- Тогда зачем спросил?
Рихтер посмотрел на Майю.
- Я его когда-нибудь убью.
- В очередь, - сказала она.
Майя обработала щупы антисептиком.
- Это прямая стимуляция зрительной и слуховой коры, — сказал Рихтер. - Тебя может накрыть нехилым таким отходняком.
- Сколько времени?
- Не знаю.
- Значит, у нас пятнадцать минут. Уже тринадцать.
- Валлен…
- Если данные сотрутся, Вейн выключит воздух через месяц.
Он посмотрел на Майю.
- Делай.
Она подошла сзади.
- Держи его.
Рихтер положил тяжёлую механическую ладонь Валлену на плечо. Сталь коснулась кожи. Щуп лёг на открытый послеоперационный шов. Валлен стиснул зубы.
- Сейчас, - сказала Майя.
Металл вошёл в рану.
Вспышка.
Тоннель исчез.
Рихтер исчез.
Майя исчезла.
Перед глазами Валлена развернулась карта города. Целый город, увиденный изнутри одновременно. Миллионы датчиков. Клапаны. Насосы. Шлюзы. Воздушные магистрали. Очистные станции. Сотни километров труб. Глубоко под Нижним Городом пульсировала система, которая держала на себе миллионы людей.
Валлен выгнулся. Из горла вырвался сдавленный хрип.
- Есть! - крикнула Майя.
В сосуде орхидея забилась. Корешки, вросшие в медные разъёмы, вспыхнули лиловым. Радиостанция затрещала.
433.920.
433.920.
433.920.
Треск становился всё чаще.
Потом слился в сплошной звук.
- Цветок ловит! - Майя смотрела на дата-пад. - Ещё!
Валлен закричал. Перед глазами возник стеклянный купол Атриум-Прайма. Эрасто стоял внутри. Вейн смотрел в панорамное окно. Перед ним висела прозрачная Нимфа. В её корнях пульсировал приказ.
Сухой голос произнёс: «Стерилизация начинается с воды».
- Код!
Майя резко выдернула щуп. Мир вернулся. Валлен рухнул лицом на бетон. Несколько секунд он просто лежал. В ушах звенело. Потом его накрыла тишина. Кровь из раны капала на пыль.
Кап.
Кап.
Кап.
Перед глазами Майи загорелся экран.
КЛЮЧ ДОСТУПА ПОЛНЫЙ.
Ниже:
АВТОНОМНЫЙ РЕЖИМ АКТИВИРОВАН.
Рихтер отпустил плечи Валлена.
- У нас есть ключ.
Он посмотрел на Майю.
- Что теперь?
Майя убрала дата-пад. Посмотрела в темноту тоннеля.
- Центральный Глубинный Шлюз.
Рихтер помолчал.
- Звучит плохо.
- Нам нужно загрузить ключ в систему до того, как Вейн поймёт, что произошло.
Валлен поднялся. Медленно.Провёл рукавом по щеке. На ткани осталась кровь. Он проверил барабан револьвера. Щёлк. Закрыл. Посмотрел в тоннель.
- Пошли.
Рихтер поднялся следом.
- Куда?
Валлен перехватил револьвер.
- К Вейну.
И пошёл первым
Геотермальный коллектор дышал иссушающим жаром. Шаги троих людей отдавались в бетонном тоннеле так, будто шла целая армия.
Рихтер шёл последним. Карабин он держал исправной рукой, второй придерживался за стену.
- Валлен.
- Что?
- У тебя зрачки разного размера.
- Я знаю.
- Если отключишься, я тебя не понесу.
- Спасибо. Очень трогательно. Я тебя тоже люблю.
- Я предпочитаю Майю.
- Почему?
- Она легче.
- Я точно тебя когда-нибудь убью.
- В очередь.
Майя обернулась.
- Вы оба можете помолчать хотя бы минуту?
- Нет, - ответили они одновременно.
Она театрально закатила глаза и пошла дальше. В руках Майя держала стеклянный сосуд. Орхидея внутри почти не двигалась. Стебель обмяк, прозрачные лепестки закрылись, а тонкие корни, ещё недавно светившиеся лиловым, потускнели.
- До Центрального Шлюза около двух километров вверх, - сказала Майя. - Если схема Эрасто правильная, коллектор должен вывести нас прямо к насосной станции.
- Должен, - сказал Рихтер. - В Нижнем Городе вообще много чего кому-то должно. Но не нам.
В этот момент бетон под ногами вздрогнул так, будто снизу в него ударил огромный молот.
Рихтер остановился.
- Что это, черт возьми, было?
Второй удар оказался сильнее. Где-то далеко позади, за несколькими сотнями метров бетона, стали и грунта, что-то хрустнуло. Пол под ними на секунды стал похож на искусственный бассейн с метровыми волнами для серфинга, а затем просто провалился.
- Назад!
Валлен успел схватить Майю за руку. Поздно. Бетон под ногами рассыпался. Исчез. Вместе с ним исчез и привычный вид Нижнего Города.
Валлен успел увидеть, как Рихтер пытается вбить манипулятор в стену. Стальной палец сорвал кусок облицовки. Майя что-то кричала. В воздухе кружились обломки бетона, арматура и кирпичная крошка.
Потом всё исчезло. Уже через мгновение Валлен не понимал, где верх, а где низ.
«Все чудесатее и чудесатее» - подумал он, прижимая Майю к себе, обхватив её голову руками.
Ожидаемый удар.
Ещё один.
Что-то тяжёлое бухнулось совсем рядом.
Потом стало темно и пусто…
Валлен пришёл в себя от холода. Он лежал лицом вниз. Несколько секунд не двигался. Потом вдохнул, замер и прислушался.
Воздух был неправильным. Он давил одновременно со всех сторон и пах свежевыкопанной землей. Его было слишком много. Тянуло влажной глиной. Сырой древесиной. Прелой травой.
Валлен поднял голову. Перед глазами всё ещё плавали тёмные пятна.
- Рихтер?
Ответа не было.
- Майя?
Справа что-то металлически заскрежетало.
- Живой, - сказал Рихтер. - К сожалению.
Валлен сел. Под ладонью была земля. Настоящая. В свете лобного фонаря он провёл пальцами по влажному грунту. Грязь забилась под ногти. Несколько секунд Валлен просто смотрел на неё.
- Что это? - спросил Рихтер.
- Земля.
Рихтер помолчал.
- Гениально, профессор, но ничуть не проясняет ситуацию.
Валлен поднял на него глаза.
- Напомни мне в следующий раз ничего тебе не говорить.
- Конечно, сразу перед смертью.
Рихтер включил аварийный свет. Тусклый луч выхватил из темноты сначала Майю. Она лежала на боку в нескольких метрах от них. Потом сосуд. Вернее, то, что от него осталось. Стекло разлетелось на мелкие осколки. Орхидея лежала рядом. Что удивительно, целая. Майя со стоном поползла к ней.
- Нимфа…
Она подняла растение обеими руками. Корни были покрыты землёй. И вдруг начали двигаться. Совсем чуть-чуть. Тонкие белые нити впивались в грязь.
Майя замерла.
- Она…
- Что?
- Растёт…
Рихтер посветил на растение. Лиловый свет исчез. Корни больше не передавали никакого сигнала. Не было радиопомех. Не было треска. Не было цифр. Просто растение.
Валлен посмотрел вверх. Очень высоко над ними виднелась узкая щель. Там, где они провалились, ещё осыпались камни. А за ними, в невероятной высоте, мерцали оранжевые огни. Пожары. Они выглядели как далёкие звёзды.
- Мы глубоко? - спросила Майя.
Рихтер посмотрел вверх.
- Очень.
- Это точная единица измерения?
- В данный момент лучшая из доступных.
Валлен медленно поднялся. Теперь он понял, что его насторожило. Тишина. Здесь не работали насосы. Не гудели вентиляционные шахты. Не стучали клапаны. Не слышалось ни одного механизма. Под ними не было Города. Они находились под ним. Под всеми ярусами. Под коллекторами и фундаментами. На настоящем дне.
Валлен снова посмотрел на землю.
- Вейн этого не знает.
Майя подняла голову.
- Уверен?
- Если бы знал, здесь уже были бы люди.
Рихтер медленно повернул голову.
- Люди Вейна?
- Поначалу - любые.
Рихтер посветил вперёд. Луч упёрся в бетон. В огромную конструкцию, уходившую в темноту.
Массивные бетонные опоры. Стальные балки. Кабели толщиной с человеческую руку, а то и ногу. И за ними две гигантские створки. Они были вмурованы непосредственно в скалу.
Майя подошла ближе.
- Центральный Шлюз.
Рихтер посмотрел на Валлена.
- На предыдущих показаниях ты утверждала, что он наверху.
- На схемах Эрасто верхняя часть шлюза была наверху.
- А эта?
Валлен посмотрел на двери.
- Эта, получается, была здесь всегда.
Они подошли ближе.
Десятиметровые створки первой эпохи почти полностью заросли известью и лишайником. По металлу стекала тёмная вода. Внизу накопилась густая чёрная грязь. Никаких сенсоров или терминалов. Никаких камер.
- Потрясающе, - сказал Рихтер. - Самая важная дверь в Городе, а кнопки нет.
- Должна быть механика.
Рихтер опустился на колено и начал разгребать грязь. Через несколько секунд его стальная ладонь ударилась обо что-то металлическое.
- Нашёл.
Под слоем глины показалась круглая чугунная крышка. На ней сохранилась спиральная маркировка. Рихтер провёл по ней пальцами.
- Аварийный магистральный ввод. Нулевой уровень.
Майя посмотрела на Нимфу.
- Нам нужен ток.
Рихтер молча посмотрел на собственную грудь.
- Нет.
- Рихтер…
- Я уже знаю, что ты сейчас скажешь.
- Нет.
- Ты же синтетик?
- И?
- У тебя есть аварийный реактор.
- Есть.
- Нам нужен импульс.
- Нет.
- Нам очень нужен импульс.
Рихтер посмотрел на неё.
- После этого у меня останется десять процентов заряда.
- Хватит.
- На что?
- На то, чтобы открыть дверь.
- А потом?
Валлен посмотрел на него.
- Суп с котом.
- Обожаю эту стратегию.
Он вскрыл грудную панель. Внутри, за слоем прозрачного защитного геля, тускло пульсировало синее свечение.
Рихтер выдернул кабель. Его тело дёрнулось.
- Подключай.
Майя соединила кабель с медными щупами Нимфы. Корни растения засветились. Слабый лиловый свет побежал по ним вверх. Майя ввела адаптер в аварийный ввод.
Вспышка.
Грохот.
Из глубины скалы пришёл звук, который производит груда металла, когда она спустя полвека внезапно вспоминает, что когда-то умела двигаться.
КРРРРРРР…
Створка дрогнула. На её поверхности под грязью начали проступать буквы.
Майя приблизилась. Лиловый свет Нимфы пробежал по старой суриковой краске.
АВТОНОМНЫЙ КОНТУР ЖИЗНЕОБЕСПЕЧЕНИЯ.
Ниже:
УРОВЕНЬ 0.
Через пару секунд проявилась третья строка.
ВНЕШНЕЕ УПРАВЛЕНИЕ: ОТКЛЮЧЕНО.
Майя посмотрела на Валлена.
- Ключ принят.
В глубине шлюза что-то включилось. Створки начали расходиться. Медленно. Очень медленно. На несколько сантиметров. Потом остановились.
- Нет, - сказал Рихтер.
Он упёрся в створку. Механизмы внутри его руки взвыли. Металл не двигался.
- Заклинило.
- Открой.
- Спасибо за совет.
Рихтер нажал сильнее. Из его плеча посыпались искры. Створка дрогнула. Сдвинулась на миллиметр. Сверху, далеко в каньоне, раздался звук. Валлен поднял голову.
Гул.
Еще один.
- Они спускаются.
На стене каньона далеко наверху вспыхнул белый прожектор, второй, третий.
- Штурмовики, - сказала Майя.
- Отлично, - ответил Рихтер.
Валлен посмотрел на него.
- Сколько?
- До полного моего отключения?
- Да.
Рихтер посмотрел на индикатор.
- Если держать привод в перегрузке?
- Секунд сорок, думаю, мы еще сможем пообщаться.
Он посмотрел на индикатор.
- Тридцать.
Створка снова пошла. Медленно. Рихтер зарычал и вцепился в неё обеими руками. Металл застонал. Из его груди пошёл дым.
- Двигайтесь, черти!
Майя протиснулась первой. Валлен следом. Он остановился.
- Рихтер.
- Иди.
- Я тебя не оставлю.
- Валлен.
- Нет.
Рихтер повернул к нему лицо. Один глаз был человеческим. Второй мигал красным.
- Ты сейчас очень сильно мешаешь мне героически умереть.
- Пошёл ты.
- Вот. Уже лучше.
Сверху ударила очередь. Пули высекли искры из бетонной опоры. Рихтер дёрнул створку на себя. Она сдвинулась ещё на несколько сантиметров.
- ВАЛЛЕН! ДАЙ ПРОЙТИ!!!
Тот отпрыгнул внутрь и Рихтер ввалился следом. Створка за ними начала закрываться.
- Что теперь? - спросила Майя.
Валлен посмотрел вверх. Перед ними уходила в темноту вертикальная шахта. В её центре стояла техническая клеть. Над ней горела единственная зелёная надпись:
ЦЕНТРАЛЬНЫЙ СЕРВЕР.
Рихтер тяжело дышал.
- Я правильно понимаю, что мы всё-таки нашли дорогу наверх?
Валлен посмотрел на Нимфу. Она светилась. Уже не лиловым. Зелёным.
- Нет.
Он поднял револьвер.
- Мы нашли дорогу внутрь.
Сверху снова ударила очередь.
Рихтер посмотрел на него.
- А это принципиальная разница?
- Скоро узнаем.
Валлен нажал зелёную клавишу. Клеть дёрнулась. И начала подниматься. В глубине шахты, далеко наверху, впервые за много десятилетий включился свет.
Подъём клети сопровождался не привычным гидравлическим визгом, а тяжёлым, нутряным басом гудящего троса. Аварийные лампы поочередно вспыхивали, выхватывая из тьмы бетонные кольца, оплетённые силовыми кабелями.
Майя стояла у края платформы, крепко сжимая Нимфу. Зелёное свечение растения постепенно становилось ровным и плотным.
- Очистители на нулевом уровне уже запускаются, — сказала она, глядя на оживший терминал. - Контур перехватывает управление секцию за секцией.
- Вейн это видит, - сказал Валлен. - И наверняка считает системным сбоем.
- На Центральном Сервере у него остался личный конвой, - произнес Рихтер. Он сидел в углу клети и заправлял оборванную проводку обратно в грудную панель. - Шестая группа. Экзоскелеты.
- А у нас револьвер и полтора магазина к твоему карабину.
- Семь процентов, - сказал Рихтер. - На одну хорошую драку хватит. На две уже нет. Поэтому предлагаю ни в чем себя не ограничивать.
Шахта неожиданно расширилась. Клеть вырвалась из тёмного чрева Города прямо в прозрачный атриум верхнего яруса.
«Атриум-Прайм».
За панорамными стёклами простиралась огромная пропасть. Смог редел на глазах. Вентиляционные шахты, пробуждённые Автономным Контуром, вытягивали гарь из Нижнего Города.
В центре зала стоял Вейн. Тёмный идеально отглаженный китель. Тонкий планшет в руке. Четверо штурмовиков вокруг.
Клеть остановилась. Валлен вышел первым. За ним Майя и хромающий Рихтер. Вейн не повернулся.
- Перекрыть хладагент в секторе «Бетта», - произнёс он в нейрогарнитуру. - Активировать протокол изоляции.
- Не сработает, Вейн.
Вейн отключил гарнитуру и медленно обернулся. Его взгляд прошёл по грязному плащу Валлена, Майе, Нимфе.
- Вы прошли через геотермальный сброс. Это невозможно.
- Мы прошли ниже.
- Ниже ничего нет.
- Если ты об этом не знаешь, это еще ничего не значит.
Вейн едва заметно усмехнулся.
- Земля, Валлен? Ты всерьёз решил завалить систему грязью?
- Нет. Твоими же расчётами.
Майя подняла Нимфу.
- Автономный Контур уже перехватывает управление. Эрасто предусмотрел перераспределение нагрузки.
- Эрасто верил людям.
- А ты нет?
- Я верю цифрам.
Вейн поднял планшет.
- Главная точка управления здесь. Один приказ, и Нижний Город будет изолирован. Через три минуты.
Он посмотрел на Валлена.
- Опусти оружие.
Валлен не шевельнулся.
- Ты опоздал.
- Нет.
Валлен опустил револьвер.
- Ты слишком много доверял верхним уровням.
Вейн нахмурился.
- Что?
Валлен посмотрел под ноги.
- Ты сам говорил нам проверять основания.
Щёлк.
Пуля ударила в силовую муфту под платформой. Сноп белых искр прошёл по кабелю. Высоковольтная дуга прыгнула на консоль. Планшет Вейна вспыхнул и погас.
- Огонь!
Штурмовики вскинули винтовки. Рихтер уже двигался. Последний заряд реактора рванул его вперёд. Он врезался сразу в двоих, впечатав их в бронированное стекло. Короткая очередь разнесла консоли управления.
Третий штурмовик развернулся к Валлену. Майя подняла Нимфу.Зелёный свет стал ярче.На экзоскелете штурмовика один за другим погасли индикаторы. Он посмотрел на собственные руки.
- Что за…
И рухнул.
Вейн отступил.
Валлен оказался рядом первым. Сбил его с ног и прижал револьвер к подбородку.
За стеклом Нижний Город менялся. Верхние ярусы гасли. Энергия уходила вниз. И там, где десятилетиями горели тусклые аварийные огни, один за другим загорались ровные белые светильники.
Вейн смотрел на них, не моргая.
- Вы оборвали управление…
- Да.
- Кто теперь будет распределять ресурсы?
- Те, кто ими пользуется.
- А если начнётся засуха?
Майя подошла к центральному терминалу.
- Тогда придётся договариваться.
Она коснулась экрана. Зелёные линии побежали по архитектуре системы. Семя вошло в сеть.
Вейн медленно поднялся. Он больше не пытался командовать. Без кодов, армии и монополии на воздух он вдруг оказался обычным человеком среди других людей.
Рихтер тяжело опустился в кресло. Его титановый глаз погас.
- Батарейка всё.
Валлен посмотрел на него.
- Совсем?
- Совсем. Донесите меня до ближайшей розетки. Или притащите удлинитель.
- Поднимайся, героин.
- Не заставляй меня жалеть, что я не остался у печи.
- Они бы сделали из тебя подставку для факела.
Рихтер тяжело вздохнул и поднялся. Майя бережно взяла Нимфу. Растение больше не нуждалось в сосуде. Его корни сплелись с адаптером, а зелёные и лиловые жилы пульсировали в ритме насосов.
Они вышли на техническую площадку. Валлен задержался у панорамного окна. Внизу Нижний Город впервые за пятьдесят лет делал чистый вдох.
Он достал сигарету.
- Наверху курить запрещено, - автоматически сказала Майя.
Валлен прикурил и с удовольствием затянулся.
- Протоколы изменились.
Клеть закрылась и пошла вниз навстречу Городу, который учился жить заново.