Нешуточный пятничный замес. Пол Морфи из СПб

Ночь раздумий полна,
Чаша выпита до дна!
Свечи за спиной
Гаснут по одной.

(«Король и Шут»)

Сегодня великий день! Сегодня первенство Кировского района по шахматам среди педагогов, членов профсоюзной организации. Да, будет битва! Мортал Комбат. И пусть победит сильнейший.

В этот день все эти члены узрят особенного человека, что-то среднее между Бобби Фишером и Яном Непомнящим, короче говоря – меня собственной персоной. Если учесть, что половина этих профсоюзных деятелей едва умеет передвигать фигуры, то у меня неплохие шансы попасть в десятку сильнейших шахматистов этого захудалого района Санкт-Петербурга. Вот увидите, я высушу и опущу их в низшую лигу несправедливости.

Так думал я, выдвигаясь на игру. Настроение хорошее, бодро топал по Ленинскому проспекту. Мероприятие начиналось через час, но я решил прибыть пораньше. Мало ли что? Собрать мысли. Нельзя допустить ошибки.

Люди кучковались на четвёртом этаже шахматного клуба, который назывался «Ход конём».

Организаторы составляли списки игроков, подбивали разные вопросы, последние приготовления.

Начало. Главный судья, мастер по шахматам, называл фамилии участников, и люди послушно разбредались за доски.
 
В первой игре мне попался маленький шкет, сын какого-то члена профсоюза. Он был первоклассником и, с многозначительным видом, начал - пешкой с края доски.
- Пипец тебе, Малой! – подумал я про себя и через несколько ходов поставил парню детский мат. Один готов!
 
Вторая игра. За доску напротив меня, приземлился молодой парень. Он пришёл сюда с женой, был холёный, стройный, одно слово – учитель и член профсоюза. Чего ждать от такого деятеля не знал, но мне повезло в дебюте. Он зевнул мою атаку, и я его быстро заматовал. Бывает. Жене он сказал, что часто пропускал похожие атаки от неё, когда они играли дома. Обидно, досадно, но ладно.
 
Третья игра. Против меня был какой-то брутальный мужик, больше похожий на футбольного фаната, чем на шахматиста. Я представил себе эпизод из советского фильма «Джентльмены удачи»: «Лошадью ходи, век воли не видать!». Но мой соперник дёргался, не всё для него сложилось гладко в дебюте. Я сделал рокировку и поставил этому «Ботвиннику» мат, после чего он зло посмотрел на меня. Я поспешил ретироваться из-за доски. «Ухи, ухи…», - промелькнул в памяти ещё один эпизод из того же фильма.
 
Четвёртая партия. Тут начались проблемы. Молодая девушка методично измотала меня и лишила половины фигур. Сопротивление бесполезно. Я сдался.

Пятая партия. И да! Мне опять повезло. Парень играл лучше меня, но увлёкся. Я же, отбиваясь из последних сил, параллельно готовил ему глубокую яму. Отвлёк его внимание. Время пришло, шанс. Пауза. Мат.

Всем остальным я проиграл, заняв по итогу место скромное в середине итоговой таблицы. Вот.

Осталась последняя партия. За доску напротив сел старый дед с седой бородой, в пиджаке. Глаза его горели демоническим огоньком. Да, этот мэтр напоминал персонажа старых книг, типа Мефистофеля из бессмертного «Фауста» Гёте.
 
И его каждый ход
Он знает наперед,
Сделать шах не дает,
Бой к концу идет.

Генрих растерянный поднял взгляд,
Не привык слышать он слово «мат»!
В гневе он был оттого,
Что пешкою свергли его.
 
И как в замечательной песне «Короля и Шута» этот старый шахматист отправил меня отдыхать. Пола Морфи из меня не получилось. Вышел я из шахматного клуба на Трамвайный проспект. Было уже довольно темно и поздно. Свет из окон, витрины. Это был хороший бой. Слава Богу за всё!