Вся эта явь

Виктор Матюк

Вся эта явь

Приняв всё, как есть, жизнь иль явь – не как протест души,
А житьё в лесной глуши, в тиши, без стонов, без любви,
Без порывов вдохновения, где постоянно лопается терпение,
Когда же наступает полное прозрение и полное неудовлетворение
Истоками нынешнего бытия, истина мгновенно ополчается против тебя!
Воедино сплетается канва из кратких линий распрей и интриг, на кону - жизнь,
Потерявшая заведомый смысл! Эта мысль устремляется ввысь, напившись вдрызг, 
Разум на мгновение завис между небом и землёй, между плахой и топором погожим днём!
Жизнь катится кувырком, ты по дому ходишь босиком, а за окном можно опиться глотком
Колодезной воды, опьянев от зловещей красоты родимых мест, ты делаешь судьбоносный жест,
Отныне и впредь оставляешь тяжкие ратные труды,
Вприсядку пляшешь у треснувшего ствола старенькой сосны,
Дабы опосля вздремнуть и в красивых снах отмерить собственный путь
Туда, где есть возможность не только жить и гулять, но и спокойно щебетать,
Вкушая сиюминутную благодать, там можно на ноги встать и пристально зреть вдаль,
Оставив вовне тоску и печаль! Прощай жизнь кабацкая, залихвацкая и дурацкая,
Блудливая и страстная, для многих непонятная, сладкая и трагичная, не публичная,
К себе плоть холодными ночами манящая, стрелой разврата грешное нутро разящая
Намного чаще, чем долгожданное счастье, обосновавшееся надолго в страждущей душе,
Боясь споткнуться на крутом вираже! Невдалеке слышен озорной смех,
Он, как белый снег летит с заоблачных небес, новый срез мирской жизни 
Отвлекает досужие мысли от тщетных ожиданий: грядущих мук и страданий!
Придорожная пыль с примесью горячей слезы в преддверии грозы
Закрывает рты доморощенной толпы, она орёт до хрипоты,
Что без нужды не зрит на голубые небосводы,
Их красоты ей без нужды, с наступлением тьмы,
Исчезает окрас синевы, только шелест листвы,
И монотонные псалмы отдаляют от кутерьмы
Хладный свет ущербной Луны!
Неужто мы - неумны и к тому немы?
Нерешённые проблемы требуют царской диадемы,
Всюду тлетворный дух, нездоровый недуг к позывам любви и страсти глух!
Местные остряки не маются от тоски, они беззаботно стаптывают каблуки
О лепестки прекрасных роз, не задумываясь всерьёз о чреде женских угроз,
Что посеешь, то пожнёшь! У них пошлый внешний вид, здесь - не апартеид,
И молодой жид порхает среди стройных и статных берёз, как подзаборный пёс
Среди молоденьких коз, не воспринимающих общение всерьёз! 
Чрезмерный бред во время замысловатых бесед сводит на нет
Под аккомпанемент дождя ухищрения жаркого августа: 
Избавить грешника от пафоса и надолго закрыть ему уста,
Песня его грустна, вокруг - пустота, улыбка - в уголках рта,
Долгая пауза не нашла своего адресата, яркие пятна
На лице напомнили о торжестве идеалов людских,
Кто мы без них? Только с богом в творческом сердце
Мы безмятежно вспоминаем о безоблачном детстве,
В контексте сказанного много недосказанного,
Запросто его суть не понять,
Против соблазна не устоять!
Истина – в глубине,
Суть вовне,
Скудная пища на старом скоблёном столе,
Мысли о тайной судьбоносной женской борозде!
Они – везде и всюду напоминают о разврате и блуде,
Ты зришь на тайную обитель, будто небожитель, тебе не нравится покой,
В суете мирской страх рождает лесть, грехов не перечесть,
Надо пользоваться больше ушами, чем языком,
И не пытаться запертую дверь открывать лбом!
Дуракам не писан закон! Даль скрывается за туманом,
Рядом быль поросла высохшим давеча бурьяном,
Жизнь течёт за божественным планом,
День с дождём сменяется снегопадом,
Живёшь будто во сне странном,
Днём – одно, ветер врывается в окно,
Ночью будто ты попадаешь в стаю волчью,
Видишь воочию полное средоточие грехов,
Отъявленный сквернослов к покаянию ещё не готов!
Обходишься без роскоши и излишков, живёшь на гроши,
Не делишь барыши, тебе бы уменьшить свои грехи в разы,
Во время зловещей грозы мысли резко сходят с узкой стези,
Стрекотанье стрекозы или шипении змеи заставляет язык
Издать едва слышимый крик, в этот странный миг
Солнечный или лунный блик на полпути настиг
Одинокое естество, в его душе - ледник,
Ему бы позвонить и помощь попросить,
Так некому трезвонить, да и о чём просить,
Если твой голос охрип, гортань сипит,
Пик жизни остался позади,
Впереди – стынь и дожди!
Груда книг радует глаз,
Невдалеке – иконостас,
Бог бы спас от страсти,
Если бы да кабы прежние грехи
Не распинали истоки былой любви
На огромной дыбе, неужто гибель близка?
В проблесках огня угасающего костра тень мотылька
На фоне яркого цветка, он будто символ колдовства глаза очаровал,
Рок тотчас примчал, спрятав звериный оскал за близлежащий сеновал!
Беспредельный мир мгновенно ожил, появился избыток желаний и сил,
В них свою мощь вонзил небесный эфир, ты застыл, как в предутренним сне,
Искра былого блеснула на дне пузатого штофа, иссякла катастрофе в потёмках души, 
Улетающие на юг журавли на рассвете громко приветствовали попутный студёный ветер!
В просторном кабинете седовласый мужчина в чёрном берете неловко заметил на буфете
Письмо в открытом конверте! В нём будто на секретном мольберте
Нарисовано бьющееся сердце, рядом с ним сизокрылый Серафим,
Способный словом одним тотчас изменить этот бренный мир,
Толпа молча следует за ним, он гоним попутным ветром,
Пыль смешавшись с гарью, дымом и чёрным пеплом, 
Беспечно кружится в свете вечернем, не затем,
Чтобы оповестить грешников всех,
Что народу здесь много,
Приличный людей среди них просто-напросто нет!
Хорошо бы из этой жизни красиво уйти, как с пира,
Не жаждая и не упившись, на развилке трёх дорог остановившись,
Многократно помолившись о грехах мирских, добравшись до истин святых,
На ногах босых не появились бы огромные кровоподтёки, былые пороки под боком!
Мы забываем, почему душу терзаем и смешиваем кромешный Ад и таинственным Раем?
Тайну слова познавши, воздав похвалу павшим, ушедшим на кровавую рать,
Не поставив в известность ни отца, ни мать, чтобы славу сникать!
Не себе, Отечеству своему! Только ему одному буду служить,
Даже за плату дорогую не забуду речь родную!
Когда дождевая вода после потопа
Вернёт своего верного холопа
В родную гавань, он закончит падать на дно океана,
Ему ни к чему ни преграды, ни тяжкий Сизифов труд,
Ни наказанье за страстную любовь, ни изгнание,
Губы живо посинели от неровного дыхания,
Даже в кромешной темноте им предстоит
Запах любви сохранить до последнего креста,
Без него жизнь пуста! От дара подлых рук добра не жди,
Боль усилится в груди, дожди смоют грехи с узкой стези,
Исчезнут капли горькой слезы в круговороте свежей воды,
Лишь ласковый взгляд способен даровать любовь и благодать!
Убеждая толпу, ты пытаешься наяву побеждать суету и тлен, зачем?
От подношений мирских никто из людей на вид святых не взглянет на холмы,
Представшие вдали, будто символы неисчезающие в бездне бытия уходящей любви!
Бог зрит с небесной вышины на безлюдные долины и зелёные холмы,
И продолжает искать блеклую тень алмазной белизны,
Небосвод сумраком ночи залит, блеск мраморных плит
Тепло людского общения долго не хранит, он холодит
Желания даже через годы и расстояния,
Не дождавшись покаяния
И слов признания
Делает вид, что под ним земля горит,
Душа скорбит, сердце плачет, плоть алчет
Буквально всё, что было тайно взращено
На благодатной ниве земного бытия,
Неужто когда-то я, стеная и вопия
Попытаюсь зря бежать от дождя,
Бог весть куда! Превратности судьбы
Стезю провели через горбыли земли,
Через ухабы и пустыри, где слабым и больным,
Молодым и пожилым запрещён интим, он, как дым
Исчезает в дали голубой, там душа быть может обретёт покой,
Дни бегут своей чередой, грехи гурьбой пользуются чужой красотой!
То отбой, то подъём, приятно время проводить сидя перед открытым окном,
Перед глазами всё тот же тихий и привольный водоём, круги воды расходятся по нему,
Нет дела никому, почему мирская жизнь похожа на губернскую тюрьму? 
Прильнув лбом к окну, пою хвалу небесам, и странным внеземным голосам!
Ветер гуляет по седым волосам, седоволосая голова на слоги делит грубые слова,
Не от избытка ума меняется с годами бытия не только стезя, но и амплуа судьбы,
Увы, придорожные столбы стоят как монстры вдоль тропы, дабы при свете Луны
Созерцать на местные красоты, когда по дому нет работы! Слова над головой верещат,
Толпа призывает их всерьёз не воспринимать, их суть надо охранять пуще богатств земных,
Именно в них, взятых из старинных книг, нет ни склок, ни интриг, воспоминания о годах лихих
Заставляют вновь пережить тот зловещий миг, когда твой разум постиг истоки страсти и любви
В тени колосящейся ржи, вблизи не было ни порывов вранья иль лжи,
Только массивные пласты из глины и грязи усиливали боль в груди,
Что-то оборвалось внутри, рок кричит: «Мужик, слушай и молчи!
Не делай из мухи слона, а из себя – козла на стезе преткновения,
Где желания и ощущения меняются за краткое мгновение!
Время залечит все раны, прежние романы
Исчезнут в кромешной тьме,
Ты будешь искать покой в красном вине
И любви на стороне! Боль должна оставаться вовне,
Сохраняясь в строгой тайне на узкой жизненной стезе!»
Мы все умны задним числом, когда бурелом разрушил дом чужой,
И в нём даже погожим летним днём не отыщешь с огнём дверной проём,
За которым прячется точка опоры в темноте огромных коридоров власть имущих,
Ведущих лучших из нас в стынь, дождь и снегопад, не выставляющих душу напоказ,
Только вперёд, но не назад, в этот миг наш язык к мягкому нёбу прилип,
Гортань издаёт хрип, дрожит кадык, неужто всем нам кирдык?
Меняется время и контекст, запах злачных мест
Исчез будто сиюминутный стресс!
Избегаю тех, кто ратует за грех,
Они откровенны в словах,
Бог весть, что творится в их головах?
Блажен тот, кому повезёт не попасть на эшафот,
Нищенствующий сброд любит бурление вод,
На поверхности нечистот барахтается народ,
Плод любви и страсти взглядом скользящим
Вдоль чужой тропы пытается пожинать плоды
Повседневной борьбы, все мы – рабы, на руку нечисты,
Открыв рты после выпитой намедни бурды, мы обречены
Вдыхать дым чужого Отечества, верить в чужие пророчества
И лживые слова чужого и давно состарившегося естества!
Лучше встретить зло лицом к лицу, когда сапоги мнут листву,
Я же спешно бреду, пребывая у грусти в плену, по морскому песку,
Страсть поспешно уходит и быстро гаснет чувство то, что было взращено
В сумраке бытия, излишество портит нравы и вкус, искус велик: 
Прошлое назад вернуть, боюсь, если ошибусь, слюной поперхнусь!
Разум может подсказать, чего следует избегать, предчувствуя крах в делах!
Неизвестны ходы проказницы-судьбы, куда голову не поверни,
Везде рытвины и пустыри, в душе бестелесной искать бесполезно
То укромное место, где естество бессловесное обретает покой,
Где вместе с авторской строкой под ущербной Луной
Рок угрожает судьбе огромной клюкой!
Бог ты мой, что творится за спиной?
Там война, беспредел и разбой!
Путь от пляжа до альпийского пейзажа не пройти без противогаза,
В истоках внешнего антуража – гарь, дым и сажа, чудовищная лажа
Летит подобно трёх конному экипажу мимо злобной стражи,
Будоража зависть толпы, позади остаются придорожные столбы,
И бетонные жернова суеты, все древние постулаты мертвы,
Трудно прыгнуть выше головы, мимо стези - берёзовые кресты,
Сожжены все деревянные мосты в пределах огромной страны,
Ходоки из отдалённых окраин пристально зрят,
Как бедствуют местные пираньи,
Их главный Каин - здесь хозяин,
Он – не россиянин, 
И не нижегородский мещанин,
Он – Барин, владыка местных развалин,
Он неистово счастлив и горделив, он – смотрит на питерский разлив,
Через узкое окно своей цитадели, его взгляд красноречив, мотив преступления
Виден по всей стезе прегрешения и всеобщего разделения, пройдут столетия,
Канут в вечность тысячелетия, только чреда растления подрастающего поколения
Будет резать пытливый взгляд, нет дороги назад, если хочешь прожить без печали,
Сними сандалии, купленные в Италии, и шагай босиком, матерись тайком, бреди пешком
По отрогам земным, из-за воров и проныр бренный мир лишён теплоты, живые завидуют тем,
Кто покинул бренный мир насовсем, здесь – тлен и суета, зато там – синева небес,
Тот, кто заново воскрес, не потерял к жизни интерес!  Жизненный процесс
Зависит от воли небес: всю жизнь терпи, в дом тащи, считай грехи,
Сиди как пёс на цепи и молчи, бога моли о прощении,
Хвост по ветру держи, оставаясь в недоумении,
Почему и зачем после крещения
В течении длительного времени
Надо креститься и долго молиться,
Грехов сторониться, а жить, когда и с кем?
Мы же ничего не получаем взамен, ждём перемен,
Однако не можем сами подняться с колен! На стенах - гобелен,
За спиной - суета и тлен и множество бытовых проблем,
Мир благословен, жизнь иногда даёт крен,
На картине город Вифлеем, он почти сгорел,
Осталось чуток древних стен, что ни день,
Новая дребедень, работать лень!
Картуз сполз набекрень,
Покоя не даёт мигрень!
Хрен натёрт, как шпинат на бутерброд,
Будто его брали в рот раз пятьсот,
Ему нужен вечерний моцион,
Ему чужд эшафота!
Он готов целоваться рот в рот,
Невелик его доход, его грехам потерян счёт!
Дел невпроворот, народ, как скот загоняют в стойло,
Он мог бы жить достойно, коль есть еда и пойло,
Живи спокойно, землю паши, сей и жни,
Пришло время выбираться из клешни
Сумасбродной судьбы! Зов трубы
Слышен вблизи, цинизм в груди,
Боль внутри, позади долги,
Ты сходишь со стези,
Барахтаешься в грязи,
А жизнь скользит мимо,
Опостыло такое житьё, что было, прошло,
Назад нельзя вернуть ничего! Жить грешно – не запретишь,
Проходит жизнь, проходит всё, хочется пожить ещё и ещё,
Надлежит всем грешникам воздать, приятных баб к себе прижать,
Пусть до утра скрипит железная кровать, желаю любить и целовать,
Приятен женский аромат, когда в постели благодать,
Не стоит на стороне искать доступных баб!
Зачем своё реноме лишний раз марать?
Не помня прежних обид, ложный стыд
Взгляд затмит маревом страстей,
Погаснет свет уличных фонарей
И тебя рок погонит взашей
Вдоль речных камышей!
В усердии – всё,
Опасно – отречение,
Не безвредно – низложение!
На всё воля Божьего Проведения,
Вне всякого сомнения, прекрасен покой,
Когда за спиной нет чреды грехов! Мир таков, как есть,
Рождение – благо для тех, кто пережил чужую смерть,
Теперь его удел - думать и сметь, хотеть сберечь
Земную твердь и вовремя закрыть дверь,
Ведущую в супружескую постель,
Где полыхание желаний и страстей
Вызывает скрип дверных петель,
Ты словно дикий зверь
Берёшь разбег,
Глядь, во ****ь, а сил и мощи прежних нет!
Вот-вот качнётся земная твердь и рухнет цитадель
В груди твоей, ты потеряешь здравый ум, будешь бежать наобум,
Поднимая шум и гам, в близлежащий храм, чтобы там крест целовать,
И сполна свои грехи признать! Неудачей себя не кори, работай, паши, сей и жни
От зари и до зари, пока сердце бьётся ритмично в эгоистичной груди!

г. Ржищев
21 августа 2026 г.  16:47