Работа над ошибками. Глава 17

                17. Библиотека
В библиотеке сидело человек семь.
Кто листал книжки с картинками, кто рисовал.
Это трудно было назвать рисованием. Моментально за пару минут сделанные каляки навалом валялись на столе.
У Павла в изостудии к рисованию был более серьезный академический подход.
Он давал тему, объяснял принципы рисунка и рисовал то же самое, демонстрируя мастерство и тем самым мотивируя  художников.
Здесь же царили совсем другие правила.
Вежливая демократия библиотекарши Софьи Юрьевны позволяла детям рисовать, что хочется и как хочется.
И оставлялось после удовлетворения быстрого интереса все нарисованное и перелистанное прямо на сдвинутых столах читального зала.
Хозяйка библиотеки не считала зазорным убирать за детьми со столов. Убирать каждый час или каждые полчаса.
Среди рисующих за столами калякала и Стеша, маленькая дочь руководителя "Сочиняйки" Маруси.
Я поздоровалась и подошла к библиотечной стойке.
Софья Юрьевна вспомнила, что я - Ира из второго отряда.
И выложила мне на стойку книгу Хемингуэя "Старик и море".
-Тебе должно понравиться!- сказала она.
-Спасибо!
-В формуляр не записываю, это лично моя книга. Можешь читать всю смену, перед отъездом вернешь.
-Я раньше верну, я быстро читаю.
В это время Стеша из-за стола вытянула шею в сторону библиотечной стойки и закричала: -Бабушка, я пить хочу!
Я удивилась. Кому это она?
Софья Юрьевна откликнулась: -Стеша, иди к маме, у нее твой сок! Мне нечем тебя напоить.
-Сок я выпила! У мамы нету!
Я спросила: -А Стеша - ваша внучка?
-Да, внучка! Ты удивлена?
-Значит, у вас тут и дочь тоже?
-У меня тут вся семья!- засмеялась Софья Юрьевна. - И дочь, и сын тоже. И несколько учеников из моего класса!
-А они-то откуда взялись?
-Из школы. Я преподаю русский язык и литературу. Беру в лагерь с собой тех, кого надо подтянуть. Они ко мне в тихий час приходят из отряда, мы тут занимаемся. Тут удобно, в тихий час особенно, никто не мешает.
-А в каком они отряде - ваши ученики?
-В третьем.
-А, ясно...
Я не знала, что еще сказать. Потом нащупала в кармане яблоко, выложила его на стойку.
-Вот, нам яблоки на завтрак давали. Может, вместо сока сгодится?
-Стеша, тебе тут яблоко предлагают! - Софья Юрьевна обращалась к внучке. - Будешь?
-Не буду! Я пить хочу! А яблоко нельзя выпить, его можно только съесть!
-Интересная мысль! Только в яблоке много сока, если его съесть, пить расхочется!
-Ладно, давайте ваше яблоко, раз попить нету!
-Подойди и возьми! Оторви попу от стула! И "спасибо" сказать не забудь!
На словах "оторви попу от стула" сидевшие за столами засмеялись.
Стешино "спасибо" прозвучало, как "А идите вы все подальше!"
Я подошла к Стешиному рисунку: -Что ты рисуешь?
-Принцессу! - ответила она, впиваясь в яблоко.
-Потом ее снова смерч убьет? Как ту, вчерашнюю? В розовом платье?
-Нет, - ответила Стеша. - Эту не убьет! Она знает волшебные слова!
-Эти слова от смерча спасают?
-Да!
-А мне скажешь эти слова? Вдруг на меня тоже смерч налетит, а я не знаю, как спасаться!
-Не скажу! Их только принцесса знает!
-Ладно, - пожала плечами я. - Будем надеяться, что смерча не будет!
-В лагере не бывает  смерчев! - рассудительно сказал толстенький мальчик, рисующий танк, похожий на зеленый огурец. - Тут на каждой крыше громоотвод!
-А, раз так, я за себя спокойна! Пойду смело!
-Ни смерчев, ни грозов в лагере не бывает! На улицах только! - сказал мальчик мне вслед тоном всезнайки - успокоил.
-Надо говорить "смерчей и гроз не бывает", а не "смерчев и грозов"!- поправила Софья Юрьевна.
Что ж удивляться - учитель русского и литературы!
Итак, выяснилось вдруг, что милая и воспитанная Софья Юрьевна - мать хулигана Сереброва.
Поглощенная этим открытием, я кивнула ей на прощанье и спустилась с крыльца, размышляя, идти ли в "Сочиняйку" или просто послоняться по лагерю.
Решила, что зайду в кружок попозже, а пока пойду в сторону скалодрома.
Если там никого нет, попробую влезть хотя бы невысоко.
Это было моей мечтой.
Но, когда на игровой площадке было много народа, я стеснялась подходить к скалодрому.
Что я, маленькая, что ли? Засмеют.
С Мартой было бы можно немного полазать, но Марта отнята Тимохой. Из его цепких лап ее не вырвать. Лишь потому, что она сама не больно-то хочет оттуда вырваться.
Конечно, на скалодроме был народ.
Глупо было надеяться, что средь бела дня там никого!
 Там  был целый отряд малышни вместе с вожатыми. Все лазили туда - обратно, как муравьи по стволу дуба и пищали, кто от страха, кто от неожиданности, кто от восторга, а вожатые стояли внизу и страховали своих подопечных за ноги.
Я повернула обратно к кружкам, глазея по сторонам.
                (Продолжение следует)