Архитектура после падения, гл. 8

- Это была она, Ива? - Заявил Маркел.
Алана бросила на него удивление, не успев ответить.
- Там просто что-то упало, нам показался человек или...существо, - непонятно что, но это кот, возможно? Возможно, обронивший гнилую доску и все, а? - вопросительно заявил Ян и нелепо улыбнулся кривой усмешкой.
- Вы же взрослые люди! - Вмешалась Алана, -  Ну, Эрнст, что скажешь?
- Что я могу?
- Что ты можешь?! Я хочу знать - одна ли я вижу это? И я хочу знать качество твоего, твоего видения, ну!
Эрнст пожал плечами.
"Дурак, не мог даже соврать", - подумала Полина.
Алана поглядела на последнюю, словно услышав мысль, и та потупила взгляд.
- Это определенно Ива! Я точно видела ее! - Отступив на шаг от всех, уверяла Алана, - это она, черт! Вы слепы, что ли?
И тут раздался вой посреди полуразрушенных построек Деггрэ, - вой, заставший вновь всех оцепенеть.
Алана сглотнула слюну.
Переглянулись.
- Неплохо для начала, - пытался иронизировать Маркел, нервно поморгав.
Алана хотела чем-то дополнить свои прежние впечатления, но не умела - так сразу.
- Идемте, - произнес Маркел, - у нас, вероятно и действительно, нет особого выбора, а? Или чего...?
Последней с места двинулась Полина, увлекаемая не Яном и не общим ходом.
Она сама себе там, - внутри, сказала тем тоном того голоса, что отчитала Эрнса, - "не мог даже соврать":
"Все будут разоблачены".
Пятеро продолжали шествие вглубь разрушенных пространств когда-то населенных пяти-девятиэтажек. Мимо детских площадок, гниющих пробитых форм качелей насквозь, осколками, пожженых трассерами, домиков, песочниц, горок...
Каждый из всех оглядывался, осматривался, боясь остановиться, увлекаемые одной идеей, одной невидимой догадкой, - куда же именно следует идти?
И молчали.
Остановились у подъезда с бетонным навесом без опоры.
- Представьте, - произнесла Полина, - какова же была ужасной та взрывная волна той, извините, бомбы, что выбила двухметровый армированный бетон отсюда!
- Да-э..., - хрипло согласился Маркел.
- Здесь местами растет странная трава, - заметила Алан, - тоже...
Эрнст подошёл к желтым жилистым, высоким стеблям, потер пальцами.
- Это похоже на пшеницу.
- Пшеница - в полях!
- Она-то в полях, а тут растет невесть что...
- Главное, чтобы аллергенов не было. У меня итак насморк.
Лишь переступив порог подъездный, все отчетливо услышали стремительный бег чего-то, кого-то, доносящийся снизу вверх по пролетам между этажами. Это был стремительный и крепкий бег, на сильных ногах.
У Полины порозовело лицо.
- Ог-го!
- Мы куда-то премся, извините, зачем нам все это?!
- А куда? Другого пути нет. Нам не выбраться так просто, - прежним повторила Алана.
Полина развернулась и четким шагом, подминая под обувь остроконечные камешки, разрушенных стен, их поверхностей, мозаик направилась назад.
Решительно.
Заставляя всех оглянуться.
И тут же Маркел и Ян одновременно вскрикнули, и никак не успели отреагировать на то, что  сверху на голову покидающей их девушки, откуда ни возьмись, свалилась огромная, к счастью пустая, картонная коробка с логотипом местной почты.
Полина не успела отскочить и приняла удар.
Укрытая пробитым лайнербордом упаковки, она затихла там.
Мужчины бросились к месту бедствия.
Полина закричала от ужаса там, осознавая что с ней произошло.
Ее оттащили, высвобожденной от коробки, Алана просила немедленно отойти от прежнего места и бесчувственно выдала:
- Давайте же, зайдемте туда, туда подальше.
И все молча покорились.
Вошли в подъезд, перевели дыхание.
- Ну, что, - спросила Алана, - понятно теперь кому-то что-то?
Эрнст крепко держал руку Аланы и та отвечала взаимностью.
"Определенно между ними есть что-то очень и очень красивое, наверное", - думала Полина.
Алана обернулась, будто услышала и эту немую реплику.
Первая, соответственно, опустила глаза, не понимая, все это явно как может быть?
Но и некая пауза могла в любой момент оказаться роковой.
Это чувствовали все.
Паузы свойства настолько широки,  многообразны сейчас и требовали особых настроек особой частоты.
"А разве раньше было как-то по-другому?"
"Еще вопрос".
По мере хода группы у всех без исключения создавалось ощущение чьего-то присутствия.
"Что-то внутри или что-то снаружи - неизвестно".
То, как Алана оборачивалась на пустоты и грани потёртых стен многолетней неухоженности, - забвенных стен, - забвенных в каком-либо ремонте, обновленной покраске.
Все иное продолжающееся переставало развлекать внимание.
Дух Деггрэ проявлялся.
 Пожалуй, никто не смог определиться в настоящем своем настроении сейчас - спросить бы их.
И настолько это было, насколько непонятно: ценен ли их поход или то, что они таким чудным образом все собрались? И насколько практически это собрание обосновано, наконец?
"Кому вообще что надо, если каждому по отдельности - все равно?"
"Так всегда раньше было".
Тем временем, изменившаяся внешность Маркела ярко вещала: "даром, вот, тащил рюкзак с продуктами, даром так рано поднимался... Еще волнения о пропавшей пассии.И, кажется, и это - зря".
"Нет, - думала Полина, - он абсолютно не любит Иву. Она так - была для развлечения".
- Вы не подумайте, - вдруг эхом отвечал Маркел, когда все зашли на третий нелюдимый этаж, - эти разбитые окна, пыль, грязь, запах...
- Я думаю, Ива где-то рядом, - бросила Алана.
Маркел ухмыльнулся, не завершая речь.
" - А зачем?" - Читала его мысль Полина.
В тот же миг она заметила, что ее рука, подобно рукам Аланы к Эрнесту - хватке их, так же тесно - ее, перевита с жутко влажной ладонью Яна.
Жутко влажной.
И это было ей неприятно ("жутко влажной").
Она не смогла ни сказать об этом никому, она не имела воли что-то по-другому сделать и даже, напротив всем чувствам, закрытым глубоко внутри, она, не веря самой себе, взглянув в лицо своему мужчине, так чисто, ясно улыбнулась, как знала она сама.
Ян не ответил.
Но и, увы, это было не важным для нее.
"Вот так начинается блеклый тройственный путь в любви, союзе, прочее. Везде так, наверное.
 Закон... Сначала любит один, потом - другой.
Другой уходит топиться в дурман".
"Ах, главное, чтобы со мной ничего страшного бы не произошло".
И она (Алана) в противоречие своему характеру проявила какую-то новую данность, - дипломатию, маневренность, хитрость, которую тут же взяла  бы в скобки. Но это было и не новым, и не старым...
"Тактические маневры, хитрость, намерения, желания - насколько во мне все это совпадает?"

***
- Что это? - Спросил Маркел, опускаясь к бетонному полу и подбирая аккуратный почтовый пакет.
- Это выпало из коробки! Да-да, я заметила! - Вскрикнула Полина и поглядела на Алану.
- Ты разве не видела?
- Я не видела, точно так, как и ты только что увидела. "Что еще?!!" - Взгляд Аланы был грозен.
Маркел, тем временем, распечатал пакет и вынул несколько исписанных чернильной ручкой мелким почерком послание. Не медля, принялся читать:
- "Я понял это не сразу.
Сначала мне показалось, что произошло самое обыкновенное: человек, которого я ждал, просто изменил решение. Такое случается. Особенно с людьми, привыкшими распоряжаться собой самостоятельно и не объяснять никому причин своих поступков.
Но через несколько минут я заметил то, чего прежде не замечал.
Полина не исчезла..."
Маркел сделал паузу и поглядел на Полину, - на ее изумленный вид.
Все также перевели взгляд на нее. Она же нашлась лишь развести руками, не раскрывая рта.
Маркел продолжил:
"...Полина не исчезла. Она оставила след. Она оставила мне след.
Не случайный, не предназначенный для того, чтобы его нашли. Наоборот — слишком, слишком аккуратный. Настолько аккуратный, что любой другой счёл бы его случайностью.
Я вернулся к столу и ещё раз посмотрел на записи.
Нет. Так не бывает.
Если человек знает, что за ним наблюдают, он либо начинает прятаться, либо начинает играть.
Полина играла.
И тогда впервые за всё время я почувствовал неприятное: возможно, объектом наблюдения являлся вовсе не она.
Я?
Я подошёл к окну. Внизу, у противоположного дома, стоял человек в тёмной куртке. Он не смотрел на мои окна. Именно поэтому я сразу понял, что смотрит.
Через минуту он ушёл.
Телефон зазвонил только после того, как дверь подъезда, до сих пор открытая, закрылась.
— Вы слишком долго думали, — сказала Полина в трубку.
Я молчал.
— Я хотела понять, заметите ли вы.
— Что именно?
Пауза.
— Что я давно знаю о вашей папке.
- Папке?
- Да.
У меня пересохло во рту. Я молчал ровно столько, сколько стоял тот человек в темном, - минуту.
— Откуда?
— Не важно. Это уже неважно.
Она отключилась.
Я остался один..."
- Черт возьми! - Воскликнул Маркел в истерическом смехе, - это еще что такое?!
- Объяснись, Поля, - требовала Алана.
Все внимание вновь переместилось.
Полина потупила взор.
"Она что-то скрывает. Ведь это как пить дать".
Но ни у кого и ничего не могло возникнуть ни грамма, хоть бы как ни желалось - Полина сама находилась в настоящем шоке.
Она, в истину, не понимала о чем речь. На глазах ее выступили слезы.
- Маркел, - ровным тоном обратилась Алана к парню, - продолжи, пожалуйста. Там ведь есть еще что-то?
Маркел кивнул:
- Я не пойму, чей это почерк, - прежде заявил он, возвращаясь к чтению:
"...Только теперь мне стало ясно: встреча, которую я планировал, уже состоялась.
Просто без моего участия.
И если Полина действительно знала всё, то следующий ход должен был сделать не я.
Следующий ход должен был сделать тот, кто стоял за ней.
А вот этого человека в моей папке не было.
Я ещё некоторое время сидел неподвижно, глядя на телефон...
В таких ситуациях самое опасное — немедленно действовать.
Правило: первое: если противник сделал ход, которого ты не ожидал, не отвечай на него тем, чего от тебя ждут.
Я открыл папку.
Фотография Полины лежала сверху. Я посмотрел на неё уже совсем иначе. Не как на объект. Не как на задачу.
Как на человека, который, возможно, оказался умнее меня.
И это было неприятно.
Я перелистал документы. Адреса. Даты. Фотографии. Отчёты агента. Несколько совершенно незначительных наблюдений, которые прежде казались мне мусором...
Теперь один из них заставил меня остановиться.
Три месяца назад Полина дважды была в одном и том же месте.
Зачем?
В отчёте значилось: «городской архив».
Я позвонил агенту.
Он ответил не сразу.
— Ты когда-нибудь проверял, что именно она там искала?
На том конце повисло молчание.
— Нет.
— Почему?
— Потому что вы не поручали.
Я закрыл глаза.
Вот оно - не поручал.
Самая удобная ловушка для любого человека, привыкшего управлять информацией: ты получаешь ровно то, что заказал. А всё остальное исчезает из поля зрения.
— Пришли мне полный отчёт по архиву.
— Сейчас?
— Нет. Вчера.
Он усмехнулся, но я не ответил.
Через десять минут пришёл файл.
Я открыл его.
Сначала ничего особенного. Номер фонда. Дата. Несколько фамилий.
А потом увидел название документа.
«Проект реконструкции жилого квартала после разрушения».
Я перечитал строку ещё раз.
Архитектура. Падение.
Я начал искать дальше.
Документ старый. Очень старый.
Однако последняя запись в нём была сделана недавно.
И сделана не архивариусом.
Она была написана от руки.
Всего четыре слова:
«Всё начинается с фундамента».
Я долго смотрел на них.
Потом телефон снова зазвонил.
На этот раз номер был неизвестен.
— Слушаю.
Ответа не было.
Только дыхание.
— Полина?
Тишина.
Я уже собирался отключиться, когда услышал её голос:
— Ты нашел архив.
"Не вопрос". Я ничего не говорил.
— Тогда теперь ты понимаешь, почему я не пришла.
— Нет.
— Да.
— Объясни.
Она тихо рассмеялась.
— Что-то я еще вам, должна вам что-то объяснять?
- Ты ко мне на "вы"? - Успел сказать я.
Связь оборвалась.
Я поднялся из-за стола.
В момент - в дверь постучали.
Один раз.
Второй.
Я не двигался.
Третий удар был совсем тихим.
Я подошёл к двери, но не открыл.
— Кто?
Ответа не последовало.
Посмотрел в глазок.
Отворил.
Коридор пуст.
Только на полу что-то лежало. Лежал конверт.
Без имени.
Без адреса.
Я открыл дверь, поднял его и сразу понял: конверт уже был вскрыт.
Внутри находилась одна фотография.
Не Полины.
Моя собственная.
На фотографии я стоял у окна.
Снято было с улицы.
На обороте стояла дата сегодняшнего дня.
И ещё одна фраза:
«Теперь ваша очередь исчезнуть».
Маркел закончил чтение и поднял глаза.
- Вы меня извините, конечно, но у меня мурашки тут по всему телу от ваших этих делишек. Что здесь происходит, может кто-нибудь объяснить? - Он снова криво улыбнулся. Криво и нервно.
Алана, сглотнув,  обратилась к коробке и стала ее изучать со всех сторон. Ничто из нее больше не выпало. Она была пуста.
- Ребята, - произнесла глухим голосом Полина. Она была бледна полотном конверта.
- Я не знаю откуда это все. Не знаю, честно. Может быть, это какая-то другая Полина?
- Смотрите! - Беспрецедентный  тона крика Яна, самого взрослого из этой компании, ошеломил всех.
Ян указывал в оконный проем лестничной клетки противоположного здания.
В нем стоял кусок картона и на нем начертано разнородными буквами вещание:
"НЕТ. ЭТО ТЫ".