Поиск истины в чернильной луже

   Бытие продолжает изгаляться над сознанием, которое в свою очередь превратило жизнь в дешёвый балаган, а классическую литературу и культуру в целом в сплошное апокрифическое мыло предположений и ностальгических воспоминаний. Особенности современной культуры в том, что она бедная верой и правдой служит развлекаловке. Существует соответствующее Министерство и, по всей видимости, масса программ развития этой самой почти уничтоженной культуры. Как бы там ни было, но всё очевиднее, что в наших делах и душах происходит существенная перемена, когда «сердечная доброта приобретает вес», правда неподъёмный. Метафизический лифт демонтирован, дабы не создавать впечатление необъяснимого и пугающего мира, чью диалектическую устойчивость и предсказуемость вполне сносно обслуживает лифт грузовой. Грузи и вези на любую реальную, хотя и лукавую высоту, если есть чего грузить.
   Какой там Дарвин со своим отношением к тому, что создано природой! Поразмыслите хорошенько над значением исторических несчастий и ошибок человечества и представьте, сможете ли вы ко всему этому приспособиться или на худой конец со свойственным вам красноречием эволюционно объяснить их страшное значение. Наши испорченность и ограниченность давно не вызывают даже сожаления. Они глубоко пустили корни и, если что-то ещё можно было как-то компенсировать и задержать в развитии, то сегодня уже никак нельзя устранить возникшие последствия. Поздно воспитывать души любовью и терпением. Сегодня наш разум вряд ли откликнется на призыв умной книги. Мы научились писать и считать, но совершенно разучились размышлять, а помочь в этом могла бы высокохудожественная литература. Вспомним, когда мы впервые пренебрегли ей как своим долгом, причинив горе и себе, и своему ближнему? И, если нам удастся устранить нами же содеянное зло, то всё равно маловероятно, что сознание достигнет определённой глубины, а в потухших глазах вспыхнет огонёк любви и надежды.
   Никакое чистилище не поможет нам, если мы при жизни не поймём значения дантовских слов «наш ум к такой нисходит глубине, что память вслед за ним идти не властна».  Человек призван понять и принять этот принцип чистилища ещё при жизни. Истина не познаётся в сравнении, а глубина её полностью игнорирует опыт. Помочь подобному разумению может только культура, которую поэт и философ развивают вглубь и формируют мировоззрение.
   Когда писал это эссе, то память непроизвольно напоминала о когда-то прочитанной «Похвала глупости» Эразма Роттердамского.

Апокрифы времён, ваш бесконечен хор.
Не каждый голос в нём мне повторить охота.
Сознанья моего взлохмаченный вихор
торчит, и примирить его всегда мешает что-то.
В них всё сотворено с законченностью форм,
где всякий элемент деталью сердце греет.
Но в суете надуманных реформ
мысль в тайне человеческая зреет.
Смудрил наш старый друг Эразм,
направив в виде похвалы сатиры острую стрелу
 в гражданку Глупость. Ни к чему
ни ей, ни острому уму
моралистический маразм.