Художник

            Художник (три капли новенького пота)


Писал картину он с желаньем красоты, курил сигару, нюхал запах елки
На полотне выписывал цветы, как одинокий ослик дергал челкой…
Варил бульон всех будущих событий и размышлял о странностях открытий
Пришедших на простор его картины с прогулками по краю паутины,
Когда рукой соединял мазки с усердьем молчаливой красоты,
где волшебство случается волшебным и добавляет незнакомой чистоты
на загрунтованные грубые холсты…
 

«Капут Мортум» – вот краска, как бордО…, чтоб оттенить осиное гнездо
«Вердигрис» цвет, на много пыльных лет, коралловый оттенок – «Дети Эдуарда»
С намеком показать колючие цветы и крепкие клыки у леопарда,
«Берлинская глазурь» и «Гуммигут», изнеженный на Солнце «грейп-И-фрут»
и «Желтый Рембрандта» с проникновеньем в новый грунт,
чтоб акцентировать поломанные крылья у Эхо, что однажды будет тут
у Эхо крылья есть, но их никто и никогда не видел…


На улице соседские коты орали до истошной хрипоты
И изгоняли Сатану друг в друге, лечили ненависть в психическом недуге
Они с «балетной» травмой в голове, опустошенных и умалишенных
в туман бегущих к дармовой еде к росою припорошенной траве,
где «жижа модернизма» не чихает, а поглощает глупостью себя
А он писал, внимания не обращая…


Художника глаза блестели, как у людоеда, питающемся излученьем душ
И отраженьем собственного лика в рассыпанных дождями скользких луж
Он плыл в мирЫ, бежал по полю и, изнывая от чудовищной жары,
Ловил «три капли новенького пота» бросая их в холсты и алтари
Алхимик и упорный самоучка, прекрасный ужас собственного «Я»
Талантом обливал себя, рисуя жизнь из бархатных оттенков…


Он был из тех, кто видел «белый чемодан» на перепутье изувеченных вокзалов
и отпечатки мыслей оставлял…, на золотых крестах всесильных кардиналов
На всех холстах насыщенных картин, для тех, кто «белый чемодан» не видел!
У грустного художника цвет черно-белых радуг, мазками измеряет эту жизнь
и хитрый прищур, и предательство в глазах, хруст чипсов в чьих-то грязных ртах,
внутриутробный звук, но Эхо без младенца, лишь солнце вышито на полотенце,
чтобы «три капли новенького пота» вытирать…


И та картина «Злого Миража» возникла из причудливых мазков,
Чтоб воплощать зеркальное пространство прозрачных и высоких потолков
с заходом в сейфы одиноких душ, которые пришли смотреть картину
не понимая, что картина смотрит не на них, а смотрит прямо в сгорбленную спину
Синдром Стендаля у дверей в музей и крики для богатых и глухих,
которые никто не слышит, а только равномерно дышит, чтоб продолжать
копаться и искать свои «три капли новенького пота»