Дорогая Муза!

Заметки о заблуждении и толковании, об ошибках и непонимании ситуаций
Олег Яненагорский. Литературный дневник 22 августа 2026 г.

Третий день слушаю аудиокнигу Стефана Цвейга «Вчерашний мир». Меня всегда привлекала мемуарная литературы — дневники, воспоминания, заметки, тем более если это касалось литераторов и художников. Часто чужие слова и тексты служили «спичками и дровами» для воображения и своих воспоминаний. Может быть, отсюда интерес к герменевтике? Ведь часто ошибки в понимании возникают из неправильной интерпретации тексов, поступков или обстоятельств.
Вспомнилось несколько забавных случаев разных лет.

Давнее.
2004 или начало 2005 год. Точно уже не помню. Вместе с доктором философских наук, профессором Владимиром Дмитриевичем Жукоцким я из Нижневартовска поехал в Сургут на научную конференцию.
Приехали рано — до начала конференции, как мне помнится, была еще пара часов. Но кто-то из организаторов уже был у столов регистрации, и одна женщина подошла к нам. Она поздоровалась с профессором, предложила ему чай или кофе, и повернулась ко мне.
— Вы голодный? — услышал я вопрос и удивился.
— Нет, спасибо!
Женщина посмотрела на меня странным взглядом и обернулась к профессору Жукоцкому. Он не торопился к чайно-кофейному столику и что-то разглядывал на книжном стенде с изданиями Сургутского государственного университета.
— Так вы не голодный? — снова спросила женщина.
Я снова заверил ее, что я не голодный. И снова женщина странно взглянула на меня. Она отошла, что-то посмотрела в каких-то бумагах. Я присоединился к профессору.
Видимо, что-то уточнив в списках участников конференции, женщина снова подошла ко мне и вновь спросила:
— Вы точно не голодный?
— Нет, — ответил я, уже находясь в состоянии крайнего удивления. И подумал, что, наверное, выгляжу очень изможденным.
— А как ваша фамилия? — уточнила дама
Фамилию я назвал, потому что скрывать ее не было никакой необходимости. Я был официально зарегистрирован как участник конференции и заведующий кафедрой юриспруденции филиала Южно-Уральского госуниверситета в г. Нижневартовске.
— А-а-а, так вы точно не Голодный, — обрадовалась женщина, и пока я соображал, что же все-таким происходит добавила, — Я вас спутала с Голодным. Вы так похожи.
Был ли я действительно похож на участника конференции с фамилией Голодный я так никогда и не узнал. Впрочем, заблуждение рассеялось достаточно быстро.

Несколько лет назад.
Алла Иштимирова-Посохова пригласила меня на встречу с читателями в городскую библиотеку Ханты-Мансийска.
Входя в зал, я услышал ее приветствен и вопрос:
— А где же ваша Муза?
— Полный абзац и окончательная победа старческого слабоумия, — подумал я, ибо совершенно не помнил, когда, где и почему обещал притащить на встречу с читателями кошку Музу. Я зову ее «Дорогая Муза», потому, что она дорого мне обходится…
Видимо смятение от этих мыслей отразилось на моем лице. Алла взглянула за мою спину и поспешно добавила:
— Вижу, вижу, Ольга Эдуардовна тоже подошла!
— Нет! Есть еще порох в пороховницах! Есть еще ягоды в ягодицах! — бодро подумал я, — Мы еще поборемся и с деменцией и прочими старческими напастями! Ибо не обещал я принести кошку Музу на встречу с читателями в городскую библиотеку!

Из недавнего.
Ольга уехала в храм на утреннюю службу. Закрыв за ней гараж, я, зевая, вернулся в дом и решил еще чуть подремать.
Вернувшись домой, за утренним чаем Ольга сказала:
— Я сегодня вырвала пистолет…
Мое удивленное воображение мгновенно нарисовало картинку — Ольга, на глазах удивленных прихожан, посреди храма у кого-то вырывает пистолет. Священник замер, кадило замерло в руке…
— А мужиков в храме не было? — с недоумением спросил я, — Некому больше пистолет вырвать?
Теперь недоумение отразилось на лице Ольги. Чуть помолчав, она сказала:
— Я вырвала пистолет на автозаправочной станции, забыла его вынуть из бензобака после заправки…
Такой вот пример ограничительного толкования в условиях неполной информации — про храм я помнил, про заезд на АЗС не знал. Для меня пистолет в первую очередь — это оружие, а не приспособление для заправки бензином.
Можно ли квалифицировать ситуацию как неадекватное толкование? Вопрос не простой…
«А напоследок вам скажу»…
Сначала о серьезном. Неадекватное толкование ситуации может привести к трагическим последствиям.
Случай из следственно-судебной практики. Муж, возвращаясь с работы, по просьбе жены купил чугунную сковородку. Придя домой, он услышал какие-то звуку в супружеской спальне. Открыв дверь, он увидел мужчину, лежавшего на женщине. Оба тела были укрыты одеялом, но сомнений в том, что происходит сексуальный акт, не было…
Муж нанес сильный удар чугунной сковородкой по мужской голове и уже собирался вытащить жену из постели, когда услышал ее голос позади себя:
— Что ты делаешь? — кричала жена, стоя в дверях спальни.
Как выяснилось позднее, в гости приехала сестра жены со своим мужем, и они просто воспользовались чужой спальней…
Теперь о не несерьезном. Старый анекдот.
Ночь. Стук в окно. Мужской голос:
— Хозяева, вам дрова нужны?
— Нет, не нужны, — отвечают хозяева.
Утром встали хозяева, вышли во двор, а дров-то нет…
Довольно долго после нашего знакомства, Ольга, на вопрос «Кофе будешь»? отвечала «Конечно».
Теперь она отвечает: «Да! Конечно, буду». Иногда ограничительное толковании полезно…
Молодым читателям рекомендую познакомится с понятиями герменевтический круг и герменевтическим квадрат. Или прочитать мой герменевтический детектив «Остров неясных смертей». Там есть простор для толкования…
Фото сделано автором на телефон и подлежит адекватному