Прощание с летом-12. Ура! Лето вернулось!

Сказки бабушки Варвары
Часть 4. Прощание с летом
Глава 12. Ура! Лето вернулось!

Утро в доме Кудрявцевых
Солнце заглянуло в окошко избы Кудрявцевых и легло светлым лучиком прямо на Раину подушку. Она открыла глаза и улыбнулась: будто лето, которое на прошлой неделе пряталось за дождями и тучами, вернулось, чтобы напоследок обнять деревню.
— Смотри, Александра! — прошептала Рая, натягивая сарафан. — Ни одной тучки! Только пушистые, как вата, облака.
Александра, уже успевшая повязать платок, кивнула:
— Значит, сегодня надо всё успеть. И в поле, и в лесу, и по двору. До холодов ещё далеко, а вот дни уже короче.
В избе пахло печёным хлебом и травяным чаем. Анна Арсентьевна стояла у печи, раскладывала по корзинам лепёшки и говорила:
— Сегодня в поле все идут. Иван Дмитриевич с Вячеславом — снопы вязать, я — с женщинами на картошку. А вы, бабоньки, пойдёте с бабушкой Варварой на опушку: дубовые веники надо заготовить, да и бруснику пора собирать. Только держитесь рядом, не убегайте. В конце августа змеи особенно беспокойны, так что смотрите под ноги.
Бабушка Варвара, завязывая пояс, строго посмотрела на внучек:
— И палку с собой возьмите. Не для того, чтобы кого-то ударить, а чтобы траву раздвигать. И если увидите змею — не кричите, не пугайте её, а спокойно отойдите. Лес любит тишину.
Рая взяла палку, потрогала её, будто проверяя, надёжная ли, и кивнула:
— Мы будем осторожными, бабушка. Честное слово.

Деревенская страда
На колхозном поле уже кипела работа. Женщины серпами срезали овёс, сноровисто, ровно, будто песня шла по полю вместе с лезвиями. Мужчины вязали снопы, перетягивали их жгутами, складывали в аккуратные стожки. Иван Дмитриевич, заметив девочек, кивнул:
— Вижу, вы с бабушкой. Значит, в лес. Пусть Варвара покажет, где дуб крепкий, а где — молодой. Для веника только самый лучший годится.
Вячеслав, который помогал отцу, подмигнул сёстрам:
— А вечером в лапту сыграем. Я вас обыграю!
Рая фыркнула:
— Это мы ещё посмотрим!

В лес за вениками
Бабушка повела девочек по знакомой тропинке, но не вглубь леса, а вдоль опушки, туда, где дубы стояли широко и гордо, будто сторожили границу между лесом и полем.
— Вот эти хороши, — сказала бабушка, проводя ладонью по шершавой коре. — Листья ещё зелёные, но уже плотные, осенние. Такие в бане лучше всего парят.
Они принялись аккуратно срезать ветки, стараясь не ломать лишнего. Рая старалась делать всё так, как показывала бабушка: не дёргать, не рвать, а срезать ровно, чтобы дерево не болело.
А потом бабушка сказала:
— Теперь бруснику поищем. Она любит мох, любит тень. Где мох мягкий, там и ягода прячется.
Девочки разошлись по опушке, осторожно раздвигая траву палками. Александра нашла первую полянку с брусникой и тихо позвала:
— Сюда! Тут целая россыпь!

Встреча с ёжиком
Рая подошла, присела на корточки и ахнула: красные ягоды лежали на зелёном мху, будто кто-то рассыпал по земле маленькие рубины. Она осторожно начала собирать, стараясь не мять, и вдруг заметила, как из-под куста выглянула маленькая мордочка.
Это был ёжик. Он замер, будто решал: убежать или остаться. Рая замерла тоже.
— Тихо, тихо, — прошептала она. — Я тебя не обижу.
Ёжик фыркнул, сделал шаг вперёд, понюхал воздух, потом развернулся и исчез в траве.
Александра засмеялась:
— Видела? Он будто проверял, добрая ты или нет.
Рая улыбнулась:
— Наверное, добрый. Раз не убежал сразу.
Вдруг бабушка Варвара тихо окликнула:
— Девочки, идите сюда. Тут что-то странное.

Находка в лесу
Когда они подошли, бабушка стояла у старого пня и показывала на землю. Там, среди травы, лежала маленькая деревянная свистулька. Простая, грубо вырезанная, но с дырочками, будто её делали в спешке.
— Кто-то потерял, — сказала Рая, поднимая её.
Бабушка нахмурилась:
— Или оставили. В конце августа, когда лес готовится к осени, люди иногда оставляют маленькие подарки для Полевика — чтобы он берег урожай, чтобы скотина не болела.
Александра тихо спросила:
— Думаешь, это ему?
Бабушка кивнула:
— Может быть. А может, кто-то из деревенских ребятишек играл тут и забыл. Но раз нашли — надо с добром отнестись. Положим на пенёк, пусть лежит. Если хозяин вернётся — заберёт. Если нет — пусть будет знаком, что мы лес уважаем.
Рая положила свистульку на пень, поправила, чтобы не упала, и прошептала:
— Спасибо, лес, за бруснику. И за ёжика. И за то, что ты нас не пугаешь.
И тут из травы выскочил маленький рябчик, пробежал по тропинке и снова исчез. Девочки засмеялись.
— Видишь, — сказала бабушка. — Лес не злой. Он просто строгий. И любит, когда с ним по-хорошему.
К полудню корзинки наполнились брусникой, а вязанки дубовых веток стали тяжёлыми. Бабушка Варвара сказала:
— Хватит. Теперь домой, ягоды переберём, а ветки свяжем. Да и скотину пора кормить.

Детские забавы
Когда они вернулись, в деревне уже чувствовалась особая суета. Женщины перебирали картошку, мужчины чинили плетень, дети бегали по дворам, собирали васильки и ромашки делали букетики. Кто-то уже мастерил свистульки из акации, кто-то устраивал игру в чижика.
Рая, едва поставив корзинку, тут же побежала к ребятам. Ей дали палочку и маленький деревянный чижик, показали, как бить, чтобы он подлетал. Сначала у неё не получалось, но потом она раззадорилась, рассмеялась и закричала:
— Ещё раз! Я сейчас попаду!
Александра тем временем вместе с другими девочками собирала мятлик. Они ловко сворачивали стебли, делали из них фигурки: у кого получался петушок, у кого — курочка. Потом разбивались по парам: петушок — курочка, и устраивали маленькие «петушиные бои» — не злые, а весёлые, чтобы рассмешить друг друга.
Вечером, когда солнце уже садилось, а небо стало золотисто;розовым, все собрались на околице. Кто-то принёс лапту, кто-то — чижика, кто-то просто сидел на траве и плел венки из васильков.
Вячеслав крикнул:
— Ну, кто со мной в лапту? Или боитесь?
Рая тут же вскочила:
— Не боимся! Мы тебя обыграем!
И началась игра. Мяч летал над лугом, ребята кричали, смеялись, падали в траву и снова вскакивали. Даже взрослые, которые пришли посмотреть, улыбались и подбадривали:
— Бей, бей! Ещё чуть-чуть!
Когда совсем стемнело, и звёзды высыпали на небо, как рассыпанные бусины, ребята сели на траву, достали свистульки и тихонько подули. Простые, незамысловатые звуки слились в одну странную мелодию — будто сам вечер пел вместе с ними.
Дома бабушка Варвара, сидя у печки, сказала:
— Хороший был день. И в поле поработали, и в лесу побывали, и поиграли. А главное — всё с добром.
Анна Арсентьевна кивнула:
— Завтра снова в поле. Но сегодня пусть будет праздник. Пусть дети помнят, что даже в самую рабочую пору можно найти время для радости.
Рая сидела, прижавшись к бабушке, и думала, что лето и правда не ушло. Оно осталось в бруснике, в дубовых вениках, в свистульках, в смехе, в игре в лапту и в том тёплом воздухе, который ещё пах травой и солнцем.

Встреча с лебединым семейством
На следующее утро Рая проснулась раньше всех — ей хотелось успеть до работы в поле хоть немного побыть у реки, послушать, как шепчет осока и поёт ветер. Александра, увидев, что сестра уже одевается, тоже быстро накинула сарафан:
— Я с тобой. Вдруг там рябчик снова пробежит или белка на дуб вскочит.
Они тихо вышли из избы, чтобы не разбудить взрослых, и по тропинке, усыпанной жёлтыми листьями, пошли к реке. Роса ещё лежала на траве, и каждый шаг оставлял тёмные следы. Воздух был свежий, но в нём ещё чувствовалось летнее тепло — будто солнце уже грело, только пока не показывалось во всю силу.
Когда девочки вышли к берегу, река лежала перед ними тихая, будто только-только проснулась. Над водой стелился лёгкий туман, а в нём, как в дымке, виднелись белые силуэты.
— Смотри! — шёпотом сказала Рая, схватив Александру за руку. — Это же наши лебеди!
На середине реки, там, где течение было спокойнее, плавала знакомая семья: большой гордый лебедь-отец, чуть поменьше — мать, а рядом с ними — молодые лебеди. Те самые, которых Рая видела ещё весной: тогда они были серо-бурыми, неуклюжими, а теперь стали почти белыми, с длинными шеями и сильными крыльями.
— Они уже почти взрослые, — прошептала Александра. — Смотри, как гордо держат головы.

Молодые лебеди учатся летать
Молодые лебеди то и дело делали резкие движения крыльями, будто пробовали их на прочность. Один из них даже поднялся над водой, хлопая крыльями и скользя лапами по поверхности, но ещё не смог взлететь — снова опустился на воду, от чего по реке пошли круги.
Рая присела на траву у берега, стараясь не шуметь, и тихо сказала:
— Бабушка Варвара говорила, что в конце августа молодые лебеди начинают вставать на крыло. Они учатся летать, чтобы потом улететь туда, где зима не такая злая.
Александра села рядом:
— А ты думаешь, они нас помнят? Мы ведь весной им хлебные крошки бросали… только бабушка велела совсем по чуть-чуть, чтобы они сами учились добывать еду.
— Наверное, помнят, — так же тихо ответила Рая. — Они ведь всё видят. И знают, кто к ним с добром приходит.
В этот момент лебедь-отец медленно повернул голову, будто прислушиваясь, и посмотрел прямо туда, где сидели девочки. Рая замерла, боясь спугнуть, но не от страха, а от восторга — ей казалось, что он её узнал. Потом лебедь снова повернулся к своим птенцам и что-то тихо крикнул — не громко, а так, как говорят взрослые, когда хотят, чтобы дети послушались.
Молодые лебеди тут же подобрались, выпрямили шеи и снова начали пробовать крылья. Один из них опять поднялся над водой, дольше, чем в прошлый раз, и Рая затаила дыхание: «Ну давай, лети!» Но он всё-таки опустился, будто земля ещё держала его крепче, чем воздух.
— Ничего, — тихо сказала Рая. — У него получится. Просто нужно время. Как и нам, когда мы в лапту учимся мяч ловить. Сначала не выходит, а потом вдруг — раз, и ловишь.
Александра улыбнулась:
— Точно. Главное — не бояться пробовать.
Лебеди-родители чуть склонили головы, будто кивнули в ответ, а молодые снова взмахнули крыльями.

Лебединое пёрышко
Девочки посидели ещё немного, пока солнце не поднялось выше и туман над рекой не начал таять. Потом Рая тихо сказала:
— Пора домой. Сегодня в поле все, и мы должны помочь.
Когда они возвращались по тропинке, Рая вдруг остановилась, подняла с земли маленький белый пёрышко — лёгкое, почти невесомое.
— Смотри, — сказала она, протягивая его Александре. — Наверное, один из молодых лебедей его обронил, когда крылья пробовал.
Александра осторожно взяла пёрышко, подержала на ладони, будто проверяя, настоящее ли оно, и улыбнулась:
— Пусть будет нашим знаком. Что крылья растут. Что мы тоже учимся. И что добро никуда не исчезает.
Дома уже кипела работа. Иван Дмитриевич с Вячеславом собирались в поле, Анна Арсентьевна раздавала корзинки, а бабушка Варвара проверяла, всё ли готово.
— Ну, бабоньки, вернулись? — спросила бабушка, увидев девочек. — Видели что-нибудь интересное?
Рая протянула ей пёрышко:
— Вот. Мы у реки были. Там лебеди… и молодые уже на крыло встают.
Бабушка Варвара взяла пёрышко, посмотрела на него, потом на внучек, и в её глазах мелькнуло что-то тёплое, будто она вспомнила что-то очень хорошее.
— Хорошее знамение, — сказала она тихо. — Пусть ваши крылья тоже растут. Пусть вы будете сильными, но добрыми. Как эти лебеди.
И день пошёл своим чередом: в поле звенели серпы, снопы ложились ровными рядами, женщины перебирали картошку, а дети снова бегали по дворам, мастерили свистульки и играли в лапту. Но теперь у Раи в кармане лежало лебединое пёрышко, и она знала: даже если лето уйдёт, даже если лебеди улетят, этот день останется с ней — в памяти, в сердце и в том ощущении, что мир большой, добрый и всегда чему-то учит.

Матвей Ненастный
Солнце садилось за лес, и длинные тени ложились на дворы, на плетни, на крыши изб. В Жеребилово день подходил к концу, но в избе Кудрявцевых ещё не гасили лучину: работы было много, да и сидеть в темноте не хотелось — слишком уж тихо становилось, будто сама осень подкрадывалась к порогу.
Иван Дмитриевич снял сапоги и тихо сказал:
— Сегодня Матвей Ненастный. Скотину на пастбище не выгоняли.
Вячеслав нахмурился:
— А почему так? Ведь трава ещё есть…
Бабушка Варвара, которая раскладывала по полкам сухие травы, подняла голову и строго посмотрела на внука:
— Потому что в день Матвея  змеи особенно беспокойны. Старики говорили: они ищут, где укрыться от первых холодов, и могут прицепиться к вымени коровы, чтобы высосать молоко. Не от злости, а от нужды, но для скотины это беда.
Рая вздрогнула и прижалась к Александре:
— Правда?
Бабушка кивнула:
— Вот потому и доят коров в одиночестве, тихо, чтобы не тревожить ни зверя, ни птицу. И двор держат закрытым. Лес в этот день строгий, не любит суеты.
Анна Арсентьевна тихо вздохнула:
— Я сегодня доила Зорьку одна, в полутьме. И всё время прислушивалась: не шевельнётся ли трава у порога. А потом подумала: лучше уж так, чем рисковать.
— А если змея всё-таки заползёт во двор? — робко спросила Рая.
— Тогда её не гонят криком и палкой, — спокойно сказала бабушка. — Старики учили: если встретишь змею, не пугайся, не кричи. Она сама боится человека больше, чем мы её. Просто отойди, дай ей уйти. И никогда не обижай её без нужды: змея — хранительница земли, она зиму сторожит.

Сказки бабушки Варвары
В избе стало тихо. Даже угли в печи будто потрескивали тише, чтобы не мешать этому разговору.
А потом бабушка Варвара села на лавку, подтянула к себе тёплый платок и сказала:
— Хотите, расскажу вам легенду про Матвея Ненастного? Не страшную, а такую, чтобы вы поняли: в каждом поверье есть своя правда.
Девочки тут же подобрались, сели поближе. Вячеслав тоже придвинулся, будто стеснялся, что ему интересно, но не хотел уходить. Иван Дмитриевич сел у стола, положил руки на колени и кивнул:
— Рассказывай, мама. Давно я эту легенду не слышал.
И бабушка начала:
— Жил когда-то в наших краях человек по имени Матвей. Тихий, работящий, никого не обижал. Но случилась беда: в одну осень ударили ранние холода, трава пожухла, скотина голодала, а в лесу будто сама тьма поселилась. Люди стали говорить: «Матвей Ненастный пришёл». Не потому что он злой был, а потому что с ним всегда приходила непогода.
Однажды Матвей пошёл в лес за дровами и услышал тихий плач. Он пошёл на звук и увидел: на поваленном дереве свернулась кольцами большая змея, а рядом лежали её детёныши — маленькие, беспомощные. Змея плакала не от боли, а от страха: она знала, что скоро ударят морозы, а у неё нет сил увести детей в тёплое место.
Матвей не убежал, не ударил её палкой. Он снял свой тёплый кафтан, расстелил его рядом и тихо сказал: «Полезайте сюда. Пусть будет хоть немного тепла». И змея, хоть и была дикой, поняла его доброту. Она свернулась вокруг детёнышей, укрылась кафтаном и прошептала Матвею: «Спасибо. Ты не прогнал нас, когда все боялись. За это я скажу тебе правду: в этот день змеи ищут укрытия, и если человек будет злым или шумным, они защищаются. Но если он спокоен и добр — они пройдут мимо».
С тех пор и стали говорить: в день Матвея Ненастного надо быть особенно тихим, не тревожить лес, беречь скотину, не шуметь у воды и не пугать тех, кто ищет, где спрятаться от холода. 

Уроки бабушки Варвары
Когда бабушка замолчала, в избе снова стало тихо, но теперь эта тишина была не тревожной, а спокойной — будто все вдруг поняли что-то важное.
Рая тихо сказала:
— Значит, главное — не бояться, а быть добрым. И не шуметь, чтобы никто не пугался.
Бабушка улыбнулась и погладила её по голове:
— Вот именно. Страх делает нас резкими, а доброта — мудрыми.
Александра осторожно достала из кармана лебединое пёрышко и положила его на стол:
— Пусть оно напоминает нам: и лебеди учатся летать, и змеи ищут, где перезимовать, и мы должны всё это понимать.
Иван Дмитриевич тихо сказал:
— Завтра снова в поле. Но сегодня пусть будет тихо. Пусть скотина спокойно стоит во дворе, пусть в избе горит лучина, а мы посидим вместе.
Анна Арсентьевна принесла миску с тёплым молоком и поставила на стол:
— Пейте. Сегодня день непростой, но мы его прожили правильно.
Рая взяла кружку, прижала её к себе, чувствуя тепло, и подумала, что даже в самый ненастный день можно найти свет — в голосе бабушки, в добрых словах отца, в заботе матери и в том, как сестра сидит рядом и держит её за руку.
А ночью, когда в избе погасили лучину и только звёзды смотрели в окно, Рая прошептала в темноту:
— Спи, лето. Мы будем беречь всех, кто рядом.

Продолжение следует