9 Мамаев. Приказано наступать. Сент. 1942 ч. 4

Часть 4 НАСТУПЛЕНИЕ 27 СЕНТЯБРЯ

В связи с получением сведений о сосредоточении противника в районе Разгуляевка – Городище Чуйков решил для укрепления боевых порядков на северо-западе от кургана произвести перегруппировку и подписал «Боевой приказ №164 ШТАРМ 62-й. 25.9.42 – 23.00ч.». Вот основные выдержки из него. (Полностью – в части 5. Документы).

«112-й дивизии с двумя приданными миномётными ротами при поддержке 1186-го иптап (истребительно-противотанковый артиллерийский полк, А.Т.) к 4.00 часам 26.9.42 занять и удерживать вторую полосу обороны на рубеже балка Вишнёвая (длинный овраг вдоль Волги напротив посёлков и заводов «Красный Октябрь» и «Баррикады », А.Т.).
Задача:
а) не допустить выхода противника в район посёлка Баррикады и посёлка Красный Октябрь;
284 –й дивизии принять от 112-й дивизии оборонительный участок по северному берегу оврага Долгий и подготовить его как противотанковый рубеж. (Неверная оценка возможного направления танкового удара, А.Т.) … Прочно закрепиться на рубеже улиц Совнаркомовская, Хопёрская и далее- овраг Крутой до Волги.
95-й дивизии прочно закрепиться по южной опушке рощи (по улице Колодезная) и подготовить опорный пункт с круговой обороной непосредственно на скатах высоты 102,0 с гарнизоном на один стрелковый батальон.
Всем войскам армии к рассвету 26.9.42 быть готовым к отражению возможных атак противника.

А буквально через день, Чуйков, сильно обеспокоенный данными разведки о концентрации немцев в районе кургана, Городище, Разгуляевка (из имеющегося в доступе донесения 9-й мсбр: замечено «сосредоточение крупных сил танков и пехоты в балках севернее выс.126,3, авиагородок, сарай»), верный своему принципу «обороняясь – наступай», намереваясь «сорвать, планомерную подготовку наступления противника», подписал 26 сентября уже новый приказ о контрнаступлении за №166.

Вот его основные задачи:
1. 137-й тбр левым флангом наступать к Аэродромному посёлку - Историческому валу.
2. 95-й дивизии Горишного овладеть южным отрогом оврага Долгий и наступать дальше к городскому саду (между Царицей и вокзалом, А.Т.).
3. 284-й дивизии Батюка овладеть рубежом овраг Крутой и потом вокзалом.
4. Задачи левобережной артиллерии и полкам РС: армии и подчиняющейся командованию фронта и РГК, по поддержке наступления.
5. Наступление организовать преимущественно мелкими группами, не допускать действия целыми подразделениями, как рота и батальон. Полковую и батальонную артиллерию использовать поорудийно для прикрытия блокирующих групп.
       6.    Начало артнаступления 5.00 часов 27.9.42.
              Начало атаки пехоты 6.00 часов 27.9.42

А войск-то оставалась уже горстка. Крупными силами до подхода к немцам двух дополнительных дивизий не смогли пробиться – а тут «блокирующими группами»!
По мнению Крылова, начавшееся наступление в течение двух часов имело определённый успех и задержало наступление противника.
«Но в 8 часов, - из рассказа Чуйкова, - на наши боевые порядки обрушились сотни пикирующих бомбардировщиков. Атакующие подразделения залегли.
В 10 часов 30 минут противник перешел в наступление. Его свежая 100-я легкопехотная и пополнившаяся 389-я пехотная дивизии, усиленные 24-й танковой, бросились в атаку, чтобы овладеть поселком Красный Октябрь и Мамаевым курганом».

Из книги С.А.Лагодского «Сталинград» о бое 269-го полка НКВД: «В 6.00 27-го по приказу штарма-62 после часовой артподготовки при поддержке 137-й отдельной танковой бригады поднялись в атаку, имея боевой задачей отбить у врага Исторический вал и Авиагородок. При этом главный удар наносился силами штурмовой группы (ее костяк – личный состав 4-й роты) 2-го стрелкового батальона. Она двигалась в центре вслед за танками. Справа ее поддерживал 1-й стрелковый батальон, а слева, ведя наступление по южному скату высоты Безымянная на Авиагородок, – осколки 3-го батальона, костяк которых составляла 7-я рота. Всего в бой полком было брошено 340 штыков.
(С 26 сентября 269-й сп был в оперативном подчинении 137-й тбр. Бойцов почти не осталось, а пополнения были, как правило, из плохо обученных и не необстрелянных. И шли в атаку практически без предварительных наступательных артударов и налётов авиации – пушки в ударных группах приказали использовать по штучно,  а их и было-то раз-два, и левобережная артиллерия поддерживала не атаки, а заранее стреляла по площадям, А.Т.).
Поначалу опешивший противник сопротивления не оказывал, но едва наши атакующие цепи приблизились до ста метров к Историческому валу и на двести-триста метров к Авиагородку, срочно задействовал массированные силы авиации и артиллерии. Одновременно с трех сторон (и практически в упор! - А.Т.) – с Исторического вала, Мамаева кургана и руин зданий Авиагородка – по атакующим заработали хорошо укрепленные пулеметные точки и минометные батареи. Это вынудило «васильковые фуражки», споткнувшись о встречную лавину свинца, залечь. Но должным образом окопаться им не дали тотчас начавшие контратаку немецкие танки: в лоб на 1-й и 2-й батальоны мчалось двадцать машин, а с левого фланга на них же – еще одиннадцать. В результате еще несколько минут назад атакующие цепи спешно откатились на исходные рубежи, где на сей раз уже продолжали оборонительный бой, затянувшийся до 14.00. И последний, увы, закончился прорывом фашистов к железной дороге, поселку Северный и роще, окаймляющей аэродром.

Всего в тот день удалось уничтожить шесть немецких танков и до батальона пехоты, но и наши потери оказались тяжелыми: из той мясорубки живыми в расположение своих войск в одиночку и мелкими группами вышли всего семьдесят бойцов и командиров, а сам удерживаемый полком участок сузился до пятачка. Последний пролег у оврага Банный, где раньше располагались КП и тыловые службы части (километра за три от Исторического вала, А.Т.).
В результате описанной выше неудачной наступательной операции многие из «васильковых фуражек» оказались в плену».

Выше изложенное о немецком прорыве дополняют записи в жбд 9-й мсбр за 27 сентября.
В ответ на нашу атаку - после артминобстрела и бомбардировки около 8.00 до 60 танков прорвали оборону 38-й мсбр, она была правым соседом 9-й мсбр. В предыдущий день на участке 137-й тбр (это к северо-западу от кургана) противник вёл интенсивный артминогонь, и особенно на участке 9-й мсбр (на 25 сентября в ней числилось 705 чел.)
20 танков, минуя минное поле, повернули через Овражную рощу на юг. Отрезали стрелковые роты 9-й бригады и подавили миномётные батареи и пушку 45-мм. Другая группа танков (до 15 ед.) из Авиагородка подавила огневые средства и часть живой силы. К 12.00 танки были на важных подступах к пос. Красный Октябрь.
После продолжившихся минобстрела и бомбардировок остатки 9-й мсбр, 137-й тбр, 269-го сп отошли к пос. Красный октябрь. В этот день 9-я мотострелковая бригада потеряла 4 пушки 76 мм, 1-й мотострелковый батальон - до 450 человек.
Её передовые роты были отрезаны и из их числа никто не вернулся. «Оставшиеся люди в общей сложности 106 человек» отошли к юго-западной окраине пос.Красный Октябрь.

А оставшиеся в живых из 269-го сп НКВД (наверняка,  управление) на следующий день были выведены за Волгу.  Имущество перешло к полковнику Бурмакову, командиру 38-й мсбр. (А её управление к 1 октября тоже отправили за Волгу).
Удручающая картина.
Но к «Красному Октябрю» и «Баррикадам» уже переправлялись наши новые дивизии.


Вот некоторые подробности о боях 27 сентября из немецких источников.

***  В 6.30 LI армейский корпус силами 100-й егерской, 24-й танковой и 389-й пехотной дивизий перешёл в наступление в северо-восточном направлении. Русские обороняются в хорошо укрепленных позициях, с установленными минными полями и поддержкой артиллерии всех калибров, исключительно упорно. 100-я егерская дивизия захватила западный край большой железнодорожной петли, 24-я танковая дивизия в 11.00 господствующую высоту 107,5 и укрепленный квартал домов северо-восточнее. 389-я пехотная дивизия зачищала тянущийся севернее пос.Красный Октябрь на восток-северо-восток овраг и вела бой за высоту вместе с 24-й танковой дивизией юго-восточнее Городища.
100-я егерская дивизия в 8.30 преодолела вражескую оборону на высоте 102 и к 9.00 прорвалась западнее железнодорожной петли, где встретила очень сильные вражеские укрепления. Левый фланг дивизии достиг железной дороги северо-западнее высоты 102.
После перегруппировки, в 14.20 началась новая атака вражеских укреплений северо-восточнее высоты 102. Противник оказывает эффективное противодействие огнем многочисленных батарей всех калибров и залповых установок.

***  В  6.20 24-я танковая дивизия прорвалась через железную дорогу северо-восточнее летного поля. Преодолев ожесточенное сопротивление, правой ударной группе удалось в 11.00 прорвать вражескую оборону и преодолеть железную дорогу на северо-восток. Танковая ударная группа подавили вражеские танки на северном краю летного поля, уничтожила опорный пункт и, преодолев минное поле, в 10.10 пересела железную дорогу у пункта 735. После танкового боя в Овражной, передовые танки вышли к высоте 107,5. Ведя бой фронтом на восток, север и запад, в 16.55 была достигнута северная часть поселка Красный Октябрь и 24-я тд захватила выс.107,5 и квартал домов сев-восточнее.

***  Из мемуаров командира 24-й танковой дивизии:
«24-я танковая дивизия имела своей задачей обеспечить прикрытие северного фланга 100-й егерской дивизии и предпринять попытку обойти Мамаев курган с севера. Однако, воздушная разведка показала, что от обоих водохранилищ (баков, А.Т.) на высоте 102,0 тянется длинный противотанковый ров в северо-западном направлении (это был тир, А.Т.), который доходит почти до большой балки, простирающейся с северо-востока на юго-запад (видимо имелась в виду Зелёная балка, А.Т.). Таким образом, наступление танков могло происходить лишь по узкой полосе, которая находилась между вышеназванной балкой и балкой, проходившей около 1000 м южнее с востока на запад (Долгий овраг, А.Т.).
Кроме того, аэродром, через который должны были проходить танки, был виден как на ладони с высоты 102,0.
Командный пункт дивизии находился на 2-м этаже самого крайнего северо-восточного здания бывшей школы летчиков.
После 2-х часовой артиллерийской и минометной подготовки 51-го армейского корпуса и при мощной поддержке авиации (пикирующих бомбардировщиков) пехота начала наступление. Танкам, выступившим с исходных позиций, расположенных к западу от Татарского вала (Исторический вал, А.Т.), удалось под прикрытием дымовой завесы без потерь пройти через аэродром.
Потери появились лишь, когда танки натолкнулись на восточной окраине аэродрома на минное поле. В минном поле был сделан проход. Отдельным танкам удалось пробиться через него и прорвать с запада и северо-запада оборону Мамаева кургана. Потеряв около 20% введенных в бой танков, 100-й егерской дивизии удалось во второй половине дня после ожесточенных боев овладеть высотой 102,0».

У Крылова и особенно у Чуйкова подробностей о нашем наступлении и о встречном контрнаступлении немцев нет. Только кратко о результатах.
Н.И.Крылов: «Наша контратака, начавшаяся в шесть утра, в течение двух часов имела определенный успех и задержала наступление противника. Затем инициативу стал перехватывать он. Сосредоточенные гитлеровцами силы превосходили наши, а главное — прямо-таки неистовствовала фашистская авиация.
Своим ударом на новом направлении противник не достиг поставленной цели — через заводы или между ними сходу к Волге не прорвался. Однако местами он продвинулся на два — два с половиной километра. Сделать такой рывок где-либо в полосе нашей армии немцам не удавалось уже давно. Линия фронта, проходившая, по сталинградским меркам, относительно далеко от «Красного Октября» и «Баррикад», за один день резко к ним приблизилась. И глубина нашей обороны, измеряемая расстоянием от передовой до Волги, здесь угрожающе сократилась».

Повторилось то же самое, но в худшем варианте, чем 14 сентября. Мы атакуем. Подготовившийся противник контратакует и на плечах наших отступающих солдат прорывается через оставленные бойцами укрепления. А ещё - потери при наступлении всегда выше чем в обороне, не менее, чем в 3 – 4 раза. И сил для обороны не осталось.

Но вернёмся к приказу о контрнаступлении 27 сентября и попробуем осмыслить поставленные задачи.

«Танковому соединению», там танков-то практически не было (по немецким разведданным на 27.0 – всего два), приказано пробиться в район авиагородка, где был штаб 24-й немецкой танковой дивизии, перерезать главную дорогу в центр по Историческому валу (а укрепления там мы не смогли преодолеть в атаке 19 сентября) и выйти к высоте 112,5. Этот наш переход от Долгого оврага - около трёх километров - по пересечённой местности и через городские улицы был бы для немецкой авиации – удачей! Не говоря о пехоте, артиллерии – их огневые точки были и в Авиагородке, и на Мамаевом кургане - и о танках, даже при использовании их из района Авиагородка, где они сконцентрировались, как артиллерии.

Танки в районе кургана вообще применялись обеими сторонами немного: овраги, каменные строения, насыпи железных дорог - не для них. В 62-й армии их было очень мало. А немцы их использовали в подходящих для бронетехники местах: за Царицей, где в основном был глинобитный и деревянный частный сектор и за Мамаевым курганом на территориях, по рельефу и застройке схожих с зацарицынскими, и главным образом, вместо танков - самоходные орудия. А их всего на три дивизии было: в двух дивизионах около сорока. Подбитые танки и самоходки они не бросали и не зарывали, как это делали мы, используя в качестве неподвижной огневой точки. Это было чрезвычайно неэффективно! Они их постоянно ремонтировали.

Остатки дивизии Батюка посылали на вокзал, который гвардейцы Родимцева вместе с посланным им на помощь с задачей очистить город от Волги до железной дороги полком 193-й дивизии численностью в 2000 чел. не могли ни удержать после десантирования 15 сентября, ни отбить.

А с остатками войск Горишного ещё сложнее. Задача была поставлена фантастичная – дойти через заполотняный район (за вокзалом и полотном железной дороги) почти до реки Царица и потом, повернув налево и перейдя железную дорогу, войти в центр, в район городского сада, – это рядом с вокзалом, «партийным кварталом» и универмагом.  Подобный манёвр был по силам только немцам, входящим в опустевший город при наступлении 14 сентября.

Как 95-я стрелковая дивизия могла успешно контратаковать? В оперативном донесении №9 даже на 26.9.1942 года потери дивизии убитыми, ранеными, пропавшими без вести составляли 5099 человек (это практически все активные штыки по штату стрелковой дивизии, А.Т.).
А в сводке дивизии по результатам нашего убийственного наступления 27 сентября осталась запись: «На 24.00 28 сентября 1942 года боевых штыков осталось 230. Части дивизии требуют пополнения личным составом».   Подробнее по 95-й дивизии в отдельной главе
«6 Мамаев курган. Врага уничтожить. 95-я Горишного».
И всё это собирались проделать маленькими штурмовыми группами – а об их обеспечении боеприпасами, питанием, водой и пр., об организации связи между наступающими потоками соединений, не говоря о проработке вопроса связи с артиллерией за Волгой – в приказе ничего нет!

В более поздних воспоминаниях говорится только, что «приказ о контратаке был отдан в 19 часов 40 минут 26 сентября, но предварительное распоряжение войска получили за сутки раньше». И не рассказывается о ходе контрнаступления.

Надо быть отчаянным человеком, чтобы выпустить в то энкавэдэшное время такой авантюристический приказ, прекрасно зная обстановку, итоги прошлых боёв, имеющиеся ресурсы, расстояния и рельеф местности - разве что для демонстрации наступательной активности и командирских талантов Главнокомандующему, выполняя его задание или команду Жукова. К тому же в нём даются приказания артиллерийским частям, находящимся в ведении не армии, а фронта и Резерва главного командования.
Можно предположить, в оправдание Чуйкова, что приказ  №166 о наступлении 27.9, текст которого опубликован в его книге «Начало пути» изд. 1967 г., существовал  как черновик и окончательно был подписан в сокращенном правленом варианте. Но так или иначе, наступление 27 сентября состоялось, и опять по нашим спинам фашисты прорвались далеко вперёд, на небывалую за последнее время боёв глубину. Но это ещё не всё. Беды этим для солдат двух дивизий на кургане не закончились.

Судя по воспоминаниям Чуйкова, было ещё одно последнее отчаянное наступление на вершину кургана: «В час самого большого налёта нашей авиации была организована контратака полка дивизии Горишного с двумя батальонами дивизии Батюка (сведений о факте штурма вершины частями дивизии Батюка в опубликованном журнале её боевых действий нет, А.Т.). Решительным броском они захватили тригонометрический пункт на Мамаевом кургане (это слева от баков, А.Т.). Однако выйти на самую вершину, к водонапорным бакам не удалось… Южные и западные склоны занимал противник. На 28 сентября танковое соединение потеряло убитыми и ранеными 626 человек, дивизия Батюка – около 300 человек. В дивизии Горишного осталось совсем мало людей (от 230 бойцов по итогам 27.9, значит – никого, А.Т.)».
Это произошло 28 сентября, когда немцы были уже далеко в посёлках. Курган окончательно потеряли. И немцы двигались на Орловку – пробиться к «пальцу Виттерсгейма» - соединиться с 16 –м танковым корпусом, вышедшим в августе к Волге, - и наконец захватить тракторный. Наши части уже отходили к заводам «Силикат» и «Баррикады».

28 сентября 284-я дивизия «в 19.30 получает приказ штаб армии № 171 о переходе к обороне на занимаемом участке, имея границу справа овраг Банный, слева по улице Некрасовская с задачей не допустить противника в район улица Химическая (в ж/д петле, А.Т.) и к берегу реки Волга в районе врага Долгий». – Из жбд 284-й дивизии.  И остаётся оборонять северо-восточные склоны Мамаева кургана по январь 1943 года.
(Дополнительная информация о приказу №171 – в части 5 Документы).