9 Мамаев. Приказано наступать. Сент. 1942 ч. 1

Размышления о ситуации и наступлениях у Мамаева кургана. Эссе-исследование.

Общая картина в пяти частях.

Часть 1. Резюме

Часть 2. Наступление 14 сентября

Часть 3. Наступление 19 сентября
          3.1. Выводы и размышления

Часть 4. Наступление 27 сентября

Часть 5. Послесловие и документы


В части «Документы» приведены и сводки Генштаба РККА с 20 по 28 сентября.

Там же есть и выдержки из сводок 6-й немецкой армии.



Часть 1  РЕЗЮМЕ

Мамаев курган можно назвать одной из главных драматических сцен театра военных действий под названием Сталинград. Он и географически был посередине. Слева -  центр, или город - как его назвал Виктор Некрасов - выросший на месте крепости времён Степана Разина, с примкнувшим к нему в районе Балканы в начале прошлого века нефтегородком Нобеля. Это слева от Мамаева кургана. Справа - промрайон с рабочими посёлками, основу которого составили два дореволюционных завода: металлургический, переименованный впоследствии в «Красный Октябрь», и артиллерийский, называемый «Баррикадами», и первый в СССР тракторный завод, в северной части перед огромным оврагом с речкой Мокрой Мечеткой. Подробно о Мамаеве кургане написано в первой главе «1 Мамаев курган. До и после».
В этом эссе, являющемся частью цикла статей, посвящённых боям за Мамаев курган, собрана информация о наших  наступлениях  в этом районе в сентябре 1942 года.
Они связаны с двумя событиями: с первым крупным немецким наступлением на Сталинград 13 – 14 сентября с прорывами к Волге и к Мамаеву кургану и с принятием 12 сентября командования 62-й армией Василием Ивановичем Чуйковым, полным энтузиазма и решимости Сталинград отстоять.
И в ответ на немецкое продвижение и угрозу прорыва в заводские районы им были предприняты попытки освободить захваченные территории и нанести врагу сокрушительный удар.
 
Два первых наших крупных наступления у Мамаева кургана 14 и 19 сентября были инициированы командующим фронтом А.И.Ерёменко. Третье наступление 27 сентября проводилось уже по инициативе Чуйкова. А не наступали мы за эти две недели - были в обороне -только один «спокойный день»: 26 сентября. И последняя попытка захватить курган была предпринята 28 сентября.
Мамаев курган для захвата вершины атаковали ещё и 15 – 16 сентября силами нескольких батальонов дивизии Родимцева: 16 сентября - успешно, 39-м полком,  но вершину-таки потеряли. Этот полк сначала был в прямом подчинении Чуйкову. И 17-го и позже остатки его ещё вели наступательные бои на южных склонах и ближе к Волге.

С 19 сентября начались и почти десять дней продолжались за обладание склонами и вершиной тяжёлые непрерывные кровопролитные, с переменным успехом, в оборонах и контратаках, сентябрьские бои.
 
Положение 62-й армии было очень тяжёлым. Истощённая в боях, она отрезанная от своих и слева, и справа – была в полублокаде.  Коммуникации были только через Волгу. Но Волга денно и нощно обстреливалась. И даже ночью освещалась ракетами и световыми бомбами на парашютах. И над ней без помех летали немецкие самолёты.
Наша авиация поддерживала 62-ю армию очень слабо. Сказывалось и отсутствие лётчиков и техники. Так 1 октября в 8-й воздушной армии Хрюкина, прикрывавшей Сталинград,   насчитывалось всего 16 истребителей.

Танки у Чуйкова исчислялись поштучно, в большинстве – были вышедшие из строя, закопанные и используемые как доты.
Танки и противотанковая оборона – это отдельная тема. (см. «Наступление 27 сентября»).

Артиллерии на фронтовом волжском берегу было очень мало, в основном сорокапятки, и 76 мм у завода «Красный Октябрь». Основная артиллерия и тяжёлые миномёты оставались на противоположном левом берегу. Привлекали к артатакам находящиеся здесь дивизионные, армейские и из резерва Главного командования и фронта - пушки, миномёты и «катюши».

Ресурсы плавсредств для переправы солдат и техники были весьма ограничены и лодки, баржи и катера гибли вместе с людьми и грузами от обстрелов и авианалётов.

Так называемые дивизии и бригады к началу боёв на кургане - по количеству стрелков представляли собой практически батальоны, за исключением дивизии НКВД и вновь прибывших дивизий: 13-й, 95-й, 284-й, с полной численностью не менее 10 тыс. человек каждая, а стрелков реально тысяч шесть.
Боеприпасов не хватало. Связь - с частями и между берегами была проводная и очень неустойчивая.
Как правило, наши наступления в основном проводились без тщательной разведки и подготовки, а то и вовсе без них, сходу, с ограниченным количеством боеприпасов, при плохом снабжении продовольствием, а то и вовсе без еды, с большими трудностями в обеспечении водой. Зачастую занимали позиции и атаковали засветло, на виду у противника, что особенно хорошо было видно с высот.

Части собирались и переформировывались в районе посёлков завода «Красный Октябрь". Потери были большие, но и пополнения тоже были, видимо, немалые. Но прибывали плохо или почти не обученные, в их числе много сталинградцев. Опытных инициативных и смелых командиров не хватало.

Было немало сложностей и в управлении соединениями.
Комфронтом Ерёменко руководил одновременно двумя фронтами протяжённостью полтысячи километров: Сталинградским, начинавшимся у берегов Дона, за который отвечал его зам Гордов и, собственно его, Юго - Восточным, тянущимся до астраханских и калмыцких степей.
В штабе Ерёменко постоянно присутствовал Василевский, сюда был прикомандирован и Хрущёв. А на северном участке фронта между Доном и Волгой указания давал представитель Сталина Жуков - главная фигура в Сталинграде – с августовского прорыва немцев к Волге до октября – ноября. И, основные решения по Сталинграду были, конечно, его и Сталина. Некоторое время находился тут с ним и член ЦК и ГКО Маленков, ещё одно доверенное лицо Сталина.
И требовали, не смотря ни на что, срочно наступать, а за неудачи отвечали командующие фронтами, армиями и дивизиями и их штабы.  А Сталин, Жуков и прибывший туда 2 сентября Малиновский оставались в тени.

Кроме них, в разработке военных операций и подготовке частных приказов участвовали:
Г. Ф.  Захаров - начальник штаба Юго-Восточного фронта;
Н.С.Хрущёв, член Политбюро, главная фигура в Военном совете фронта, показавший себя плохим советником ещё под Киевом и в харьковской операции.
Н.И.Крылов, начальник штаба 62-й армии, до прибытия Чуйкова, до 13 сентября в течение недели ответственный за оборону центральной части Сталинграда, конечно и Мамаев курган, где был КП армии.
К.А. Гуров - член Военного совета 62-й армии.   
(Здесь рассматриваем только участок фронта близкий к Мамаеву кургану).


Осложнялось планирование и ведение боёв отсутствием единоначалия в армии.  Командирам приходилось принимать решения совместно с политработниками, которые (по мнению Ерёменко, из его дневника) по большей части были совершенно некомпетентны.
Дух и дисциплину они поддерживали, но воевать с минимальными потерями мешали – и оборона у вождя была не в почёте.

Было ещё один очень важный элемент управления – приказ «Ни шагу назад», который всех держал в напряжении и страхе и заставлял врать в донесениях.

Приказ от безысходности – приказ №227 – призывал: к защите до последней капли крови каждого метра советской земли и к жестоким карам к отступавшим с помощью  заградотрядов и через формирования штрафных подразделений и расстрелы.
Нарком обороны И.Сталин приказал «безусловно» - то есть не смотря ни на что - снимать с постов и привлекать к военному суду командующих армиями, командиров и комиссаров корпусов и дивизий, командиров и комиссаров полков и батальонов, допустивших самовольный отход войск с занимаемых позиций без приказа высшего командования; направлять виновных в штрафные части.
И устраивались профилактические показательные суды, и расстреливали без суда на месте.

А реально всё равно приходилось отступать, только такие отступления называли отходами. И бежать приходилось.  И связи для того чтобы согласовать отход с вышестоящими командирами зачастую не было. Да и не разрешили бы, услышали б в ответ: «Держаться любой ценой!»  Сами боялись расправы. А приказы-то были заведомо убойные.
И не дай бог, было попасть в список пропавших без вести. Это было равносильно предательству. Лучше было погибнуть, чем сохранить подразделения, своевременно выводя бойцов из явно гибельной ситуации, чтобы успешно обороняться дальше. Конечно, всякое бывало…

И были ещё органы НКВД, которые ещё с 30-х привыкли кругом видеть врагов. Вне сомнений, что корни наших военных поражений тянутся с той поры. Стольких поубивали, раздавили морально.
Вывели из строя самых активных, решительных, смелых, инициативных, не боящихся ответственности, выдвинувшихся из опыта войны империалистической и гражданской как талантливые самоучки, - настоящих командиров.
Только единицы старших офицеров из переживших репрессии, с поломанными рёбрами и выбитыми зубами, не потеряли человеческого достоинства и успешно воевали. Такие мужественные «счастливчики»  как К.К.Рокоссовский, К.А.Мерецков, А.В.Горбатов. А как бы пригодились преданные Родине умницы-теоретики и оборонцы из академий, училищ и Генштаба?
По фактам частных боёв на Мамаевом кургане можно судить об общем уровне управления войсками и на других фронтах и об отношении командования в тот период войны к простым солдатам и к цене их жизни.  Хотя здесь собирались лучшие военачальники и соединения. И здесь решалась судьба войны. И Сталин лично контролировал ситуацию и подключал необходимые ресурсы.

Но, к сожалению, действия наших войск успешными под Сталинградом до ноября- января не были, и уж никак не по вине наших героических солдат.

Если бы по обороне Сталинграда проводились какие-то выдающиеся успешные военные частные операции, то это было широко освещено историками, литераторами и кинодеятелями. И конечно, об этом много и громко рассказывали бы Жуков, Василевский, Ерёменко, Чуйков и др. И о Мамаевом кургане тишина. А так - всё держалось на матушке-пехоте, на наших солдатиках, на их исключительной терпеливости, стойкости и самопожертвовании.   

Внимательно читая приказы о наступлениях 14, 19, 27 сентября в них не обнаружишь строчек: об ответственности командиров за обеспечение бойцов продовольствием, боеприпасами, медикаментами, за эвакуацию раненых за Волгу; об обеспечении плавсредствами, тёплыми блиндажами и пр.
Так, Родимцев и Батюк пользовались своими лодками, которые на день зарывали в песок. Но что десяток – два лодок для связи дивизии с тылом.
Нет и донесений о решениях этих важнейших для солдат проблем, как и контроля.
Читая документы Юго-Восточного фронта и 62-й армии за сентябрь, заботы о человеке не увидишь.
Официальных данных о наших потерях в этих наступлениях практически нет. А кто признается? И до сих пор не открывают. А может, и не разобраться вовсе из-за сомнительной достоверности и отсутствия доступных документов. Остаётся судить косвенно.

По самой скромной прикидке наступления в районе кургана в сентябре стоили нам убитыми, ранеными, без вести пропавшими не менее пятнадцати тысяч человек - непрерывно велись неподготовленные «контратаки и контрнаступления» - популярные тогда слова – а фактически просто локальные наступления, слабо поддерживаемые артиллерией и авиацией. И вообще – известный факт - потери при наступлениях в несколько раз больше, чем при обороне, особенно в хорошо подготовленных укрытиях. Плюс потери на левом берегу и в дороге. И ещё - на переправах. Назывались цифры потерь на Волге до 20 – 50 %.

Из регулярных воинских соединений, участвующих в этих наступлениях, практически были почти полностью потеряны: 39-й полк 13-й гв.дивизии; 269-й и бОльшая часть 272-го полка с батальоном 270-го полка 10-й дивизии НКВД; сводный полк 399-й дивизии; 23-й танковый корпус, включающий 137-ю таковую бригаду, 6-ю тбр, 27-ю тбр, 9-ю мсбр, 38-ю мсбр; усиленно пополняемая 112-я сд;  95-я стрелковая дивизия и не менее трёх четвертей первоначального состава 284-й.

Говорят, что жизнь солдата в Сталинграде была не более трёх дней. А сколько их осталось безымянных, чьи трупы вместе с немецкими по окончанию битвы по весне стаскивали баграми в общие могилы - воронки и овраги.
Но мы не имеем права жёстко судить командиров, счастливо избежавших несправедливых казней в тридцатых и сороковых. Они сами становились винтиками и колёсиками той безжалостной системы, работавшей на пределе человеческих возможностей.

Хоть немцев по численности было на кургане не больше, но они успели с самого начала занять ключевые позиции, выигрышно расположили артиллерию, миномёты и пулемёты и оборудовали надёжные блиндажи и доты.
При мощном использовании авиации в налётах и в разведке и артиллерии с миномётами они не пропускали наши части, не смотря на героизм и самоотверженность красноармейцев.
 К тому же они и сами контратаковали.
 Но не смотря на применение огнеметов, сосредоточенных подрывных зарядов, поддержку штурмовых орудий и саперов, прорвать уже ослабленной пехотой рубеж нашей обороны немцы не могли и запрашивали тяжёлую артиллерию и большие фугасные бомбы.

Тяжёлые наступательные бои в районе кургана и на его вершине происходили почти непрерывно с 14 по 28 сентября. Информация о них представлена ниже.