Моё больное имя

В один чудеснейший посёлок, поселился народный целитель, который всю жизнь сначала водителем, затем строителем рассекал просторы нашей Отчизны. Он и раньше понимал, что у него есть некий дар божий, а с выходом на пенсию решил целиком себя отдать служению такому благому делу. Конечно, чтоб излечит людей не стал он использовать лишь одни волшебные свои дарования: и иглой укалывал, да и массажем не брезговал, между делом читал молитвы, даже гипнозом пытался залезть в душу человека.

О таких товарищах сарафанное радио быстро доносит до людских ушей. Как и к тысячам других по стране, к этим целителям шли не только безнадежные больные, которые уже перестали доверять к медицине обычной традиционной. Тут если стояла символическая плата за приём, то и сотни любознательных не прочь были послушать их заклинания, да  и прочие действа. В этой округе теперь и Фердинанта знали многие, довольных клиентов было достаточно. Со временем начали поговаривать, что он в самом деле творит настоящие чудеса. Некоторые его фанаты запустили даже однажды слушок, что якобы он всю жизнь прослужил врачом, если бы только врачом, а врачом военным.

Латиф, что с юных лет работал на тракторе и на других тяжелых профессиях горбатился в колхозе, уже несколько лет жаловался на боли в суставах. Конечно, он слышал из уст родни, что в том посёлке живёт некий знахарь Фердинант. И знакомые говорили, что нужно записаться по телефону и заранее договориться. Сначала Латиф не верил всем этим чудесным исцелениям, но со временем некая невидимая, да неведомая сила сама начала тянуть его в объятие того самого целителя.

В следующее воскресенье Латиф купил шесть килограммов соли и поехал за сто двадцать вёрст в тот самый посёлок. На новой машине с ним ехали любимая жена и сосед Ансаф.   

Сеанс лечения, который шёл около часа, казалось, не прошёл без пользы. Восемь иголок, вколотых по всяким местам вокруг лба и виска Латифа, должны были гарантировать, чтоб голова как никогда хорошо заработала. Его жене особенно понравился живительный массаж, а сосед вовсе после гипноза поклялся не пить по крайней мере лет сто точно. Самого Латифа ещё ждала не совсем и приятная, однако неплохая новость.
    – Имя тебе бабка дала, нужно позвать муллу, но только из мужчин, и огласить имя по новой , – сказал тот Латифу.

В пятницу Латиф пригласил муллу, разумеется мужчину, накрыл стол и провёл большое торжество по этому случаю. Когда уже нарекли имя, он несмотря на свои пятьдесят шесть, тут же почувствовал себя младенцем. Даже память лучше начал работать. Вспомнил резко он и слова покойной матери, которая говорила, что сам Салях мулла Латифу при рождении давал имя. С того дня дела у него вроде пошли получше. Любимая жена теперь просит его каждый день делать массаж. У Ансафа жизнь наладилась, правда сразу после сеанса он сжёг свой желудок, перенёс операцию, теперь уже месяц как не пьет. Только суставы у Латифа побаливают малость, не проходят полностью сразу, тут уж ничего не поделаешь. “Съездить ещё раз что ли?!” – подумывает он теперь...
 
   – Тот раз имя твое не спросил! Вина моя! Неправильное у тебя имя, там есть слово “тиф”! – напугал тот, когда ещё раз приехал к нему. По телу Латифа побежал холод, что-то встало поперёк горла.

 “Сегодня же мулле сказать надо и имя поменять! Пожить ещё охота!” – подумал он.

На улице и другие люди ждали свою очередь. Среди толпы стоял и Якуп из соседнего села...
   – Имя у тебя неправильное! Название животного есть в том слове! Срочно поменять!  – Эти слова, адресованные уже Якупу, Латиф теперь не слышал. Он уже на полпути ехал в сторону своего дома.

Через несколько дней В селе Калинном Латиф стал Якупом, а в Малинном – Якуп Латифом. Скажите тут ещё, что чудес на свете не бывает!