Между долгом, счастьем и любовью...

Кино и театр второй половины 70-х остро нуждались в героине нового типа — не плакатной советской труженице, а сложной, рефлексирующей женщине. Алиса Фрейндлих заполнила этот вакуум, создав за короткий период три полярных, но внутренне связанных образа. Телеспектакль «Ковалёва из провинции» (1975), народная комедия «Служебный роман» (1977), изначально задуманная тоже, как театральная пьеса и философская притча «Сталкер» (1979) образуют уникальный актёрский треугольник. Через призму историй народной судьи, начальницы и жены проводника-блаженного актриса исследует три разные траектории женской судьбы в тисках обстоятельств.

В телеспектакле «Ковалёва из провинции» Алиса Фрейндлих играет тридцатисемилетнюю судью Елену Михайловну Ковалёву. Постановка Дворецкого номинально маскируется под советскую производственную драму, однако актриса превращает её в глубокое экзистенциальное исследование. Ковалёва бескомпромиссна, справедлива и пытается разглядеть живых людей за сухой буквой закона в абсурдном деле о перепродаже лотерейного билета. Она выдерживает натиск системы в лице прокурора, обвиняющего ее в либерализме, и одерживает юридическую победу.

Однако за профессиональным триумфом женщины, обладающая врождённым обаянием и женственностью, скрывается личная неустроенность. Её возлюбленный, хирург Мещеряков, оказывается слишком слабым, чтобы уйти из прежней семьи, где, казалось бы, его ничто не держит. Ковалёва, будучи сама в разводе, не устраивает сцен, отказываясь строить счастье на чужих руинах.  При этом больной отец её бывшего мужа остаётся глубоко привязан именно к Елене. И дел по-прежнему много. На этой фразе её история и заканчивается.

Вышедший всего два года спустя «Служебный роман» представляет собой зеркальное отражение судьбы Ковалёвой. Людмила Прокофьевна Калугина начинает свой путь там, где прежняя героиня его закончила. По признанию её самой: «Она избавилась даже от подруг». Если Ковалёва защищает людей, то Калугина сама от них защищается.

Под влиянием неловкого, но искреннего чувства Новосельцева её броня спадает. В отличие от Ковалёвой Калугиной с личным счастье везёт гораздо больше. В пространстве лирической комедии Эльдара Рязанова социальные рамки отступают перед каноном жанра. Героиня Фрейндлих «оттаивает», доказывая, что за маской директора статистического учреждения всегда скрывалась хрупкая женщина, жаждущая любви. Если Ковалёва за свою принципиальность платит одиночеством, то Калугина обретает счастье через принятие собственной уязвимости.

В «Сталкере» Андрея Тарковского Алиса Фрейндлих также предельно убедительна, хотя имеет всего несколько минут экранного времени. Её героиня, лишённая даже имени, выступает в роли классической «жены декабриста». Она связывает свою жизнь с блаженным, юродивым человеком, который постоянно рискует собой ради вылазок в Зону и уже отсидел за это срок в тюрьме. Эта роль лишена бытового лоска Калугиной или строгой элегантности Ковалёвой — Фрейндлих проживает ёё без грима, обнажая чистую человеческую эмоцию. Платой за опасную связь мужа с Зоной становится их дочь Мартышка — ребёнок-мутант, лишённый возможности ходить, но обделенный неземным даром телекинеза. Финальный кадр, где девочка двигает стаканы силой мысли, рифмуется с пронзительным монологом самой Фрейндлих, произнесённым непосредственно зрителю в камеру. Её героиня сознательно выбрала «горькое счастье». Пока мужчины — Писатель, Профессор и сам Сталкер — бьются в сомнениях и ищут чудес в Комнате желаний, Жена Сталкера сама является этим чудом.

Актёрский треугольник Алисы Фрейндлих конца 70-х – основа женских архетипов. Елена Ковалёва выбирает верность долгу. Людмила Калугина сбрасывает маску официоза ради любви и простого человеческого счастья. Жена Сталкера возвышается до религиозного самоотречения, превращая свою жизнь в манифест жертвенности. В каждой из этих ролей Фрейндлих убедительно доказывает: сила женщины заключается не в умении приспосабливаться к жестоким внешним обстоятельствам, а в способности принять свой выбор. Её героини могут плакать, смеяться или кричать от бессилия на полу, но они никогда не остаются побеждёнными, сохраняя главное — свою внутреннюю свободу.