Белый платок горянки

       В  кавказском этикете и обычном праве чеченцев (адат), которые исследовал Александр Ипполитов, женщина обладала абсолютным сакральным иммунитетом. Кульминационным проявлением этой силы был обычай бросания белого платка, способный мгновенно остановить любое кровопролитие.
  Если мужчины сходились в ожесточенной схватке или кровники выхватывали кинжалы, женщина могла вбежать в самый центр конфликта и сорвать с головы свой платок (коврта), бросив его между врагами.
   В ту же секунду мужчины были обязаны опустить оружие и разойтись. Продолжить драку или нанести удар после того, как платок коснулся земли, считалось несмываемым позором (эхь), который клеймил мужчину и весь его род на поколения вперед. Осквернить жест женщины приравнивалось к трусости и святотатству.
Почему именно белый платок?  Белый цвет традиционно символизировал чистые помыслы, мир и неприкосновенность.
   Голова чеченской женщины всегда должна была быть покрыта. Обнажить голову на людях для нее было огромной жертвой. Своим действием женщина как бы говорила: «Я отдаю свою гордость и честь, чтобы сохранить ваши жизни». Мужчины не имели морального права проигнорировать этот шаг.
    Помимо экстренной остановки насилия, женщины играли важную роль и в долгом процессе примирения, который описывал Ипполитов: "Мать, сестры или жена убитого часто становились «последним рубежом» переговоров. Старейшины знали: если мужчины из рода погибшего упрямствуют из гордости, нужно просить авторитетных пожилых женщин (бабушек, матерей) повлиять на них внутри дома.
  Если престарелая мать убитого публично заявляла, что она прощает убийцу ради Аллаха и мира, мужчины рода уже не могли пойти против ее воли — это считалось бы нарушением сыновьего долга и уважения к старшим.Несмотря на суровый патриархальный уклад горского общества, именно женщина выступала главным хранителем жизни и верховным судьей в вопросах прекращения кровной вражды. Мужчина, который проигнорировал брошенный женщиной платок и продолжил насилие, подвергался полному общественному остракизму (изгнанию). Физического наказания или смертной казни в обычном праве за это не предусматривалось, но моральные и социальные последствия были страшнее смерти, так как позор ложился на весь его род.
     Нарушителя этого сакрального табу ждали  последствия
 Общественное презрение (ЦIе йожар — «Падение имени»)
Человек, переступивший через платок, мгновенно признавался «ягIа стаг» (недостойным, трусливым, потерявшим честь). С ним происходило следующее:
С ним переставали здороваться и подавать руку.
   Его не приглашали на общественные сходы (кхеташонаш), свадьбы и похороны.
   Его слово больше не имело юридической силы на суде старейшин (он не мог быть свидетелем или поручителем).
  Ему публично могли отказать в гостеприимстве, что для Кавказа было высшей формой унижения.
 Клеймо на весь род (тайп)
На Кавказе позор одного человека никогда не оставался его личным делом. Из-за его поступка страдала вся семья:
   Ни один уважающий себя тайп больше не выдавал свою дочь за представителей этой семьи и не брал невест из их дома. Считалось, что в этом роду «испортилась кровь» и мужчины лишены кавказского благородства (эздел).
  В случае других конфликтов тайп мог официально отказаться защищать такого родственника, оставив его один на один с врагами.
    Если мужчина переступал через платок и убивал своего врага, статус этого конфликта кардинально менялся.  Обычная кровная месть велась по строгим правилам (адатам). Но после осквернения женского жеста сторона убитого получала моральное право мстить без ограничений. Общество больше не сочувствовало нарушителю. Его могли убить в спину, в собственном доме или в присутствии семьи — действия его врагов уже никто не осуждал, так как он сам поставил себя вне закона и человеческой морали.
      По рассказам исследователей, случаи, когда мужчины переступали через платок, были единичными за всю историю. Сама мысль о том, что человек может проявить такое неуважение к женщине и матери, была немыслима для горского менталитета.