Твоя и моя пустота

Локти упираются в плоскую подушку достаточно потёртой ткани, я придерживаю щёки сжатыми ладонями, из телефона, что лежит рядом с границей кровати, слышен твой голос. Такой порой мягкий, уставший и прерывистый. Мне нравится интонация, как он похож на песни, что заслушиваешь всю жизнь, но прелесть которых не могут понять и оценить другие. Твой смех особенно резок и заставляет меня улыбаться так сильно, что придерживать руками лицо становится трудно. Я говорю много глупостей, выдавливаю порой так странно что-то, лишь бы тебя заинтересовать. Говорю об остатках и страхах, доверяя тебе каждую частичку моего лица: сжатые брови и острые уголки губ, сжатые ладони и запутанные золотые локоны, обтекающие мои плечи. Я готова перешагивать, делать большие отступы от собственных правил, лишь бы слышать твоё дыхание из громкого динамика. Говоришь со мной шёпотом, и я чувствую жжение внутри себя, будто ты поселил огненный цветок внутри и поливаешь его моментами. Он учит меня не слушаться себя, испытывать множество всего одновременно, разрушая всё вокруг. Ты поселил в меня свой цветок. Как жаль, что я осознала это слишком поздно.

Не могу вспомнить твой голос.

Я гляжу в холодный, тёмный потолок, в голове остатки твоих слов, что меня жгли, радовали и вызывали грусть. Ты так много вызывал во мне, заставляя забыть свою тишину.
Пустота.
Я наконец чувствую пустоту, не ту, что волнует меня, бросает, словно я нахожусь на тонущем корабле, — внутри меня твоя пустота. И она родная, приласканная, тихая. Твоя пустота любит грусть.

3 ночи.
Я наслаждаюсь твоей пустотой. Не могу уснуть, пытаясь представить твои закрытые глаза, дыхание. Я не могу забыть тебя. Как бы я ни старалась. Я не могу забыть тебя.
Почему ты так легко забыл и отпустил меня? Неужели ты не хочешь услышать мой смех, увидеть мои почти чёрные, как ночь, глаза? Не хочешь услышать что-то глупое и шепелявое. Неужели ты так быстро меня забыл?

Я слишком открываюсь тебе. Говорю, что мне нравится и не нравится, говорю, как я вижу мир. И не понимаю в этот момент, что обманываю себя. Мир мне был абсолютно непонятен, и особенно я не была согласна с тем, о чём так просто, но яростно внутри себя утверждала. Поначалу ты верил мне, как и я. Но после во мне поселилась маленькая ящерица, что будто прожигала каждую мою ложь обо мне, она обволакивала огнём моё горло и вызывала беспричинные горячие слёзы, съедающее чувство ревности и собственной неуверенности.
Но, болтаясь в этих состояниях, говоря о самой себе неправду, излишне открываясь тебе, я после чувствовала пустоту. Твою пустоту. И она была мне по вкусу. Моя тревожная, волнующаяся за всех и будущее, обречённая навеки пустота уходила, и оставалась твоя. Нежная, медленная, грустная, ничего не доказывающая, такая родная.

Я любила твою пустоту. Подкармливая огненную ящерицу, я находила её. Другой способ был мне неизвестен. Я пыталась его искать, но чем больше слышала твой голос, тем больше тонула в своей безрассудности.

Всё могло быть не так, если бы ты полюбил мою пустоту. Она бы растаяла, превратилась из завязанных синими нитками снежинок в белоснежную воду. И в конечном счёте я бы со стороны посмотрела на твою, не стоя к ней лицом к лицу, пытаясь нежно до неё дотронуться, увидела бы, что её можно схватить обеими руками без внутреннего жжения.
Достаточно набрать в лёгкие побольше воздуха, побыть в полной тишине и ощутить, как жизнь течёт в твоём теле.

Но ты не полюбил мою пустоту.

Опасаясь её силы, того, что она способна разрушить твою, ты не мог её полюбить. Ты тщательно избегал её, придумывал отговорки, продлевал время, пытался стать тем, кто сможет выдержать силу моей пустоты.
Ты себя обманывал. Ложился на спину, закрывая глаза, ощущая её присутствие рядом, тебя это пугало. Но и не представлять её ты не мог. Вытянув ладонь на место рядом, ты будто ощущал её, она согревала твои уставшие пальцы, передавала твоему телу всё светлое, что могла выдавить из себя.
Ты засыпал, забывая о ней, постепенно растапливая своё выдуманное тепло во лжи.

Прошло много месяцев.

Твой голос почти забылся. Небольшая хрипотца, прерывистая речь, резкий смех — вот и всё, что я помню. Отдалённо, будто я нашла старые фотографии несколько лет назад и рассматриваю их с удивлением: это ведь, казалось, было только вчера, но детали не помнятся.
Ты давно позабыл мою пустоту, не касаясь её пальцами по-настоящему, ты легко её отпустил. Моя сгорающая от светлых чувств, желания правды и ответственности пустота была тебе не по вкусу настоящей.

Ты брал от неё самое тёплое, согревая свою пустоту, отчего она превращалась в нежный и тихий цветок на рассвете. На нескольких лепестках — капли грусти, остальные отражают лучи, переливаясь, тихо подстраиваясь под такт ветра.
Ты легко её отпустил.

В конечном счёте я подружилась со своей пустотой. Давая ей достаточно тишины и нежных рассветов, она расцветала. Забирала тусклые слёзы и превращала их в чистые ручьи. Она больше не жгла меня, не оставляла огненных шрамов.
Поняв структуру твоей пустоты, я соединила их. Добавила честности с самой собой, больше закрытости с теми, кто не дал понять поступками ценность моей искренности, больше одиночества и спокойного дыхания.
Я больше не бежала так яростно, стараясь доказать себе что-то, прячась от других, скрывая злость и слёзы. Я позволила себе быть тихой. И от этого моя пустота стала самой собой, настоящей. И больше не окунала меня в сожаления, яркую ревность и неуверенность.
Я приняла её такой, какая она была и есть, и полюбила. Я не любила её, оттого искала замену, пыталась раскрасить в яркие цвета, а нужно было лишь услышать её тишину, принять все её варианты и оставить.

Нужно было всего лишь её полюбить и отпустить.

06.2026