распространённое мнение

«Распространённое мнение, что во Франции живут просто. Или наоборот - «все из себя». Ошибочны. Во Франции живут «как получается». Только над этим «получается» не заморачиваются.

Это даёт известную лёгкость. И как раз те самые мнения..

Необременительный климат позволяет расширить границы не заморачиваемого. И увести горизонты лёгкости. Потому они - издали - кажутся кузнечиками своего выпендрёжного счастья. Всё-то у них не так! Духи, мода, кафешки, шик, любовь. Да, любовь..

«Это как-то.. ну, очень по-французски!» - сказано было в одном фильме, в укор. А что укорять - как есть..

Когда она приехала в местечко была глубокая осень. Какая случается в Москве и осень октябрьская. Но уже со стужами по ночам и затяжными дождями с утра до вечера. Резкий ветер, низкая облачность. Серое, тоскливое небо. Голые почти дерева и кустарники. Столица погружается в сплин и раздражение. Мокрые люди в общественном транспорте шипят друг другу в спины. И тут же засыпают..

Она любила Москву. Со всей её неказистостью и понтами, глухими задворками и блескучим центром. С улицами, пока не дождавшимися переустройств. С райончиками прежней застройки - а значит, и немножко прежней жизни..

А в местечке было всё то же, но к концу ноября..

Её апартаменты не были шикарными, но сносными вполне. Она облагородила их с помощью местного декоратора. И пары-тройки блошиных магазинчиков. Повесила новые шторы, убрала цветами в глиняных горшочках подоконники. Пусть будет вечное лето!.

Прикупила мебели - свежей и помпезной, в дополнение к имеющейся ретро. Пристрастие к «Belle ;poque» выдавало в ней изысканный вкус. И привычку к роскоши.

И водрузив - не без услуг крепкого и внимательного соседа, лет сорока - величественную хрустальную, с позолотой люстру в главной зале. Она ничуть не смутилась - «ах, как у вас музейно-дворцово.. теперь так не носят..» Напротив, отойдя в сторону, к балкону с витыми ограждениями - как раз в стиль «прекрасной эпохи». Любовалась, цокала языком. Прищуривалась кокетливо и шептала что-то по-французски..

Соседу - за соучастие - вручила бутылку хорошего марочного вина. Из Крыма..

Снег шёл по ночам в горных районах. И люди, спускающиеся из своих деревень в долины. По делам, навестить, прошвырнуться по магазинам. Выглядели по-зимнему. Усталые, замёрзшие. Они привыкли греться у каминов. Печь блины с сытной начинкой. Таскать в жилое охапки сухих дров. То есть, невнятный без пользы досуг в их простуженные будни не вписывался.

Но оказавшись внизу, где ещё не наступили холода. Они расслаблялись и предавались обычной французской неге.

Застряв у прилавка - бара, паба, булошной; бакалейной, скорняжной, скобяной или портновской лавки - они затевали длинные разговоры. Уперев бока в края столешницы, развалившись локтями поверх. Принимали выражение лиц глубокомысленные. И поведывали людям зряшным, живущим мелкими заботами о заботах собственных. Порядком тяжелее..

Опустошив кошельки и словарный запас. Затарившись провизией на несколько недель вперёд. Отпускали грехи не слушавшим, кивали сопережившим. И отправлялись в обратный путь..

Там их ждало хозяйство. Большой, уютный дом. Сараи, овины, подклети с разнообразными живностями и урожаями. Наделы земли. Налаженный быт, любимые общие праздники. И за все блага цивилизации не променяли бы они своё на - пусть и модное и зачётное - чужое..

Она слушала в пол-уха эти долгие беседы - часто, «в один голос». Усмехалась про себя - «ну и докучливая публика.. всё-то им уесть ближнего!.» Допивала свой кофе, доедала рогалик. И покидала заведение..

Но за единственное уважала - и гостей, и местных. Они никогда не говорили о любви.

А что о ней говорить! Она у всех одинаковая - по-французски..

Она приехала сюда лечить лёгкие и забыть прошлую жизнь..»