Твоя рубашка от Prada?

      Гуляя по интернету и наобум посматривая видеоролики обо всем на свете, я частенько встречаю этого дяденьку. Того, что на фотографии.

      Дяденька живёт в Нижнем Новгороде и занимается продажами одежды. Всякой разной. Как повседневной, так и винтажной, и коллекционной, и какой хотите. И он знает об одежде абсолютно всё. Кто, где, когда и что носил. Что, где и когда считалось модным, и что считается модным сегодня.

     У дяденьки шикарный дикторский голос, очень приятная манера изложения, и рассказывает он, как правило, очень интересные и далеко не всем известные вещи.

     А я вот смотрю на него прямо сейчас и вспоминаю недавнюю встречу с друзьями детства. С теми, с кем когда-то по одним ленинградским дворам бегал. С кем вместе сдавал молочные бутылки и на вырученные капиталы шёл кутить в ДК имени Карла Маркса или в кинотеатр «Космонавт» (так-то мы и в другие ходили, но в эти – чаще всего). Мороженое, пирожные, газировка, соевый шоколад «Привет» по  20 копеек за плитку…

     Это тогда. А нынче два моих закадычных приятеля, которые не виделись почти три пятилетки, старательно ощупывают одёжку друг друга и причитают:
     – О, у тебя рубашечка-то — настоящий Eton. А галстучек… неужто Brioni?

     А второй вертится, чтобы его удобнее было щупать, и прям счастлив. И сам торопится ухватить друга за пиджак.
     – О! Пиджачок-то, смотрю, Canali…?

     – Canali, Canali! – И второй тоже начинает радостно вертеться и излучать счастье.

     Я их спрашиваю:
– Отцы, вы, что ли, надо мной прикалываетесь? Скрытая камера, или что?

     Они перестают вертеться, торопливо обнимают меня… и начинают щупать.

     – О, галстучек Kiton? Где брал – у нас или в Италии?

     – О, а что за костюмчик? Тоже Италия? Isaia? Barbera? Smalto?

     И вот я думаю – когда и почему такие вещи стали интересовать  мальчиков и мужчин, когда и как это сделалось для них (для нас) очень важным.  Я, признаться, этот момент упустил.

     Я 1966 года выпуска, и в моём детстве про фирмы, лейблы, коллекционную ценность одежды и т. п. никто из ровесников просто не задумывался. Вот не помню, чтобы кто-то из мальчишек мерился шмотками или вообще обращал на них какое-то более-менее пристальное внимание. Как говорится, открыл шкаф, что вывалилось, то и надел.

       А девочки, если ничего не путаю, больше гордились собственным рукоделием – шитьём, вязанием… – чем ярлычками на одежде.

       Потом да, потом до нас докатилась мода на джинсы. И тут все – и мальчики, и девочки – стали разбираться в фирмах-производителях, строчках-шовчиках, клёпках, названиях разных тканей и их характеристиках. Хотя бы на базовом уровне.

      Когда мой старший сын ходил в школу, он и его одноклассники разбирались в одежде на уровне, который в начале 70-х мог бы, наверное, считаться экспертным.

      Когда училась младшая дочь, уровень детишек вполне соответствовал уже современному для них экспертному. Страна происхождения, фирма-производитель и основные характеристики практически любой шмотки определялись с первого взгляда, навскидку. В том числе и мальчиками. Этот кекс, понимаешь, закон Ома понять и запомнить не может, но определённо знает, что вот та, к примеру, затрапезная говнорубашка на полупокере с подкрашенными глазами и вялыми ручками – от Harvie & Hudson, и стоит две сотни британских фунтов.

      Про познания в моде моего 14-летнего племянника я даже думать боюсь. Но они таки есть, и они таки очень серьёзные. Зачем-то.

      Я, повторюсь, до понимания этого так и не дорос. Как и до понимания Алексан Сергеича с этим его «быть можно дельным человеком и думать о красе ногтей». Не можно! Жизнь, она, сука, короткая. Просто тупо не хватает времени на всё. И часто получается так, что либо закон Ома (к примеру), либо доскональное знание цен на портки от Brioni.

      А за дяденьку передо мной заступаться не надо. Про дяденьку всё понятно. Дяденька профессионал, и это его работа, его дело. Честь ему и хвала. И за высокий профессиональный уровень, и за широкую эрудицию, и за умение излагать.

     А я ж вообще…