Чантийская вечерня

      После смерти всеми  Алдама Чантийского в 1854 году чантийцы просили Шамиля назначить его преемником старшего сына — Мажи. НО,о имам, поддавшись интригам мюридов, имами прислал в Чанты  тавлинца Амзата.
       Новый наиб  устроил в итум-калинской  режим жесткого террора, поборов и грабежей. У торговцев на пятничных базарах отнимали деньги, а несогласных чантийцев морили голодом в замковой башне. Терпение горцев иссякло, и сыновья Алдама решили силой вернуть закон и справедливость на свои земли.
       Восстание началось внезапно, когда Амзат находился за оградой своего укрепленного дома в Итум-Кали. Он  был уверен, что чантийцы по-прежнему ему покорны. Братья распределили роли для молниеносного удара.
    Мажи Алдамов и  Дуга руководители штурма, возглавив атаку на замок.
Увидев ворвавшихся в аул итум-калинцев с обнаженными шашками, Амзат в панике бросил все свои богатства, прыгнул на неоседланного коня и бежал, скрывшись в пропасти под обстрелом.
   Племянник наиба,главный исполнитель казней и грабежей, попытался скрыться вместе с охраной.Но  Мажи Алдамов настиг его и, согласно историческим хроникам, «без разговоров всадил нож в грудь племянника Амзата вплоть до самой рукоятки и дважды повернул его».
    Тата, Шама и младшие братья,Алхан, Ахмадхан, Магомед и Хаджи-Мурат,  взяли на себя ликвидацию личной гвардии наиба, мюридов, рассредоточенных  по аулу Итум-Кали. Братья действовали столь стремительно, что в течение всего одного часа гарнизон Амзата был полностью уничтожен. Ни  один мюрид не избежал возмездия.
Казна Амзата, его значок, замок и пушка перешли в руки восставших. Местный кадий (судья) Сураин занял опустевшую башню, где Амзат мучил людей, и провозгласил азан. На следующий день в Итум-Кали потянулись делегации из соседних чеченских аулов, чтобы поздравить братьев Алдамовых с избавлением от тирании.
«Чантийская вечерня» фактически вывела Чантийское общество из состава Имамата Шамиля. Это позволило сыновьям Алдама позже, при содействии начальника округа Александра Ипполитова, мирно интегрировать Аргунское ущелье в новые правовые реалии без дальнейшего кровопролития.

      Реакция имама Шамиля на уничтожение его гарнизона в Итум-Кали была крайне тяжелой. Это  событие нанесло ему мощный политический, моральный и стратегический удар.
       К августу 1858 года положение Имамата и так было критическим, а восстание сыновей Алдама Чантийского окончательно разрушило контроль Шамиля над Аргунским ущельем.
      Исторические источники и хроники выделяют три ключевых аспекта его реакции.
В былые годы за подобный мятеж Шамиль незамедлительно отправил бы карательное войско под руководством своего сына Гази-Мухаммада или самых суровых наибов для жестокого подавления. Но в августе 1858 года у него просто не было на это сил.
       Российские войска под командованием генерала Николая Евдокимова стремительно продвигались по Чечне, возводя .
        Попытка Шамиля отвлечь силы и наказать чантийцев привела бы к немедленному удару русских в тыл. Шамиль был вынужден бессильно наблюдать за потерей ключевого общества.
        Чантийское общество традиционно считалось «стражем и оплотом» Имамата. Оно закрывало собой верхнее течение Чанты-Аргуна и контролировало стратегические дороги, связывающие Чечню с Дагестаном и Грузией.
      Когда сыновья Алдама захватили замок в Итум-Кали, пушку, казну Амзата и провозгласили независимость от Шамиля, имам понял, что вся система обороны нагорной Чечни рухнула. Вслед за чантийцами от Имамата начали открыто откалываться и другие соседние чеченские общества.
      Сам наиб Амзат (Гамзат) не погиб в Итум-Кали. В  панике бросив имущество, золото и своего племянника (которого заколол Мажи Алдамов),  бежал  по глухим тропам. По одним данным, он прорвался к Шамилю, по другим — позже сдался царским властям.
      Для Шамиля трусливое бегство его верного фанатичного мюрида, на которого он сделал ставку вопреки воле народа, стало личным позором. Хроники отмечают, что этот инцидент показал имаму, что  его назначенцы полностью утратили авторитет, держались только на страхе и грабежах, а в момент реальной опасности оказались неспособны держать удар.
       «Чантийская вечерня» фактически поставила точку в его правлении в этом регионе. Уже через несколько дней после восстания чантийцы пошли на диалог с царской администрацией.
       Когда в Аргунский округ прибыл полковник Александр Ипполитов, ему не пришлось завоевывать Чанты силой. Благодаря действиям сыновей Алдама, ущелье было уже свободно от власти Имамата. Это  позволило Ипполитову и Мажи Алдамову выстроить мирные отношения.
       Царское правительство под руководством главнокомандующего на Кавказе князя А. И. Барятинского и командующего войсками Чеченского отряда генерала Н. И. Евдокимова воспользовалось результатами «Чантийской вечерни» с
максимальной стратегической и политической выгодой.
       Сыновья Алдама Чантийского  открыли русским войскам «ворота» в нагорную Чечню, избавив империю от необходимости вести тяжелые кровопролитные бои в узком и неприступном Аргунском ущелье.
    До восстания Аргунское ущелье считалось природной крепостью, штурм которой лоб в лоб стоил бы русской армии тысяч жизней. Получив известие о том, что чантийцы перебили мюридов и изгнали наиба Амзата, генерал Евдокимов немедленно двинул войска вглубь ущелья.
    Русские отряды не встретили сопротивление.
      Сыновья Алдама добровольно пошли на переговоры. В результате царские войска без единого выстрела заняли Итум-Кали, закрепив за собой контроль над ключевой транспортной артерией, связывавшей Чечню с Грузией (через Панкисское ущелье) и Дагестаном.
        Правительство сразу же зафиксировало военный успех, приказав  заложить мощный форпост.
       Новая русская крепость получила название Евдокимовское укрепление (позже — крепость Итум-Кали). Наличие постоянного крупного гарнизона и артиллерии в самом сердце нагорной Чечни лишило Шамиля даже теоретического шанса вернуть контроль над этими землями.
        Царская администрация понимала, что удерживать горы исключительно штыками невозможно, поэтому сделала ставку на интеграцию восставших лидеров. Вместо введения жесткого прямого военного диктата, правительство легитимизировало власть сыновей Алдама.  Начальник  округа Александр Ипполитов сделал Мажи Алдамова официальным соправителем края и привлек его к работе в Горском словесном суде.
         Семья Алдамовых получила официальное признание своего авторитета, офицерские чины Российской армии, денежное жалование и земельные наделы. Горская знать превратилась в надежную опору царской администрации.
       Уничтожение наибства в Итум-Кали показало всей Чечне, что власть Шамиля больше не является монолитной и неотвратимой. Царское правительство широко растиражировало новость о «Чантийской вечерне» среди других обществ.
Это спровоцировало «парад капитуляций». Соседние чеченские общества (шатоевцы, химойцы, чеберлоевцы, уставшие от затяжной войны и жестких поборов имамата, начали одно за другим выходить из подчинения Шамилю и отправлять депутации к генералу Евдокимову с просьбой о мире.
     Используя плоды восстания братьев Алдамовых, царское правительство за несколько месяцев завершило покорение Чечни с минимальными потерями. Уже к началу 1859 года Шамиль потерял всю чеченскую территорию. Он был зажат в дагестанском ауле Гуниб, где вскоре и сдался в плен, что ознаменовало окончание Кавказской войны.