Пепел Надежд

О, Слова! Вы — парящие мошки,
Что сгорают в огне тишины.
Ваша суть — лишь пустые лепёшки,
Что для сытости духа больны.
Сколько раз вы в устах застревали,
Обещая лазурь и покой,
Но, как утром туманы, спадали,
Обнажая утёс ледяной!

Вот опять — эта горечь, как ртуть,
Подкатила к сухому гортани.
Я устал прокладывать путь
По начертанным вами саваннам.
Верить вам? Но ведь вы — только пыль,
Золотая в лучах заката,
Что развеет любой ураган,
И останется только расплата
За доверие, словно обман.

Человек… О, какое величье
В этой букве, что пишется с кровью!
Но, познав ваше, Слова, обличье,
Я познал и людскую любовь.
Она — с вами до первого камня,
Что подбросит капризная жизнь.
До трещины, до первой царапины,
До вопроса: «Останься, держись?»
Она тает, как воск на свече,
Если ветер подул слишком резко.
И на том же проклятом крыльце
Ты стоишь, как прохожий, с опаской,
Потому что тебя заменили
На удобный, безликий комфорт,
И те клятвы, что вечность сулили,
Превратил в ледяной эскорт.

Ты была — моя крепкая гавань,
Моя пристань, мой свет в темень-ночь.
Ты клялась, что спасёшь от удавок,
Что прогонишь печали прочь.
Ты дарила мне слово «навечно»,
Словно райскую птицу в силках.
Но на деле всё вышло беспечно —
Ты исчезла в мирских облаках.
И от той, что была мне сестрою,
Что дышала со мною в такт,
Остаётся лишь тень за спиною
И обещаний сладкий, но гнилой экстракт.

Я смотрю на портрет твой размытый
В своей памяти, полной огня.
Где та девочка с чистой молитвой,
Что смеялась, в ладони звеня?
Где та искренность, что согревала
В ледяные, беззвёздные дни?
Ты ушла, лишь проблема вставала,
Лишь спросили: «Рискнёшь, сохрани?»
Ты ушла, будто не было слова,
Будто я — лишь пустой манекен.
И теперь я не верю ни в кого,
Кроме ветра и каменных стен.

Но, о Слова! Вы — жалкие маски,
Что носили святые в раю.
Вы — всего лишь ребяческие сказки
Для того, кто не знает краю
Своей боли, что рвёт изнутри,
Превращая в руины надежды.
Посмотрите — на том алтаре,
Где вы жгли мои юные вежды,
Теперь пепел. И в этом пепле
Золотится зерно новой силы.
Я не верю ни словам, ни земле,
Что так щедро меня растила.

И я знаю: есть люди как стены —
Нерушимы, хоть бей их таран.
Но они — одинокие пленники
Среди масок и глупых драм.
Есть другие — как пыль под ногами,
Их сметают, когда пройдут.
А есть третьи — с пустыми глазами,
Что устало и лживо поют.
Ты была из последней породы.
Ты звучала, как дивный хорал,
Но когда приутихли погоды,
Ты свой голос, как факел, порвала.

И теперь я один на просторе,
Где бушуют чужие ветра.
Слово «вечность» — всего лишь укор мне,
Потому что оно — до утра.
До утра, когда снова проснутся
Все иллюзии в лживом венце.
Я не дам им опять обмануться,
Я прижгу свою душу к свинцу.

Пусть же будет тоской моей правда,
Что слова — лишь пустая игра.
Человек — это сложная гамма,
Где есть ноты и вверх, и вниз, и с утра.
Он с тобой, пока солнце сияет,
И пока не нахмурился гром.
Но когда тишина наступает,
Он становится призраком, злом.

Ты — мой призрак. Ты — тень обещанья.
Ты — улыбка, что стёрлась с лица.
Ты — моё роковое молчанье
На обломках былого крыльца.
Я не плачу, я просто смеюсь
Над тобою и над твоей ложью.
Я из пепла и боли творюсь,
И я больше не тронут тревожью.

Слова — пыль. Человек — это миг.
Это вспышка на тёмном экране.
И пока я ещё не поник,
Я порву эти лживые сани.
Я пойду по камням босиком,
Пусть до крови, пусть с хрустом и стоном.
Я запомню себя дураком,
Но с душою, что стала как кремень.

Ты ушла. И спасибо за это.
Ты мне дала великий урок.
В этом мире из света и света
Есть лишь тот, кто дойти бы до смог
До конца, не прося о пощаде,
Не роняя обидных слёз.
Ты ушла — и теперь я в награде
Вижу небо без глупых угроз.

Здесь не будет ни клятв, ни обетов,
Ни фальшивых, как воск, лепестков.
Здесь лишь я — и поэзия где-то
Между строк и разбитых оков.
Я освобождён от обещаний,
От твоих полуночных измен.
Я — хозяин своих же страданий
И создатель новых перемен.

И когда ты, быть может, вернёшься,
Постучишь в мою крепкую дверь,
Ты в лицо мне своё улыбнёшься,
Но поверь мне — я больше не зверь.
Я — скала, что не знает погоды,
Я — безмолвие горных высот.
Я убил все былые невзгоды,
И мой дух теперь вечно поёт.

Он поёт о паденьях и взлётах,
О разбитых, но честных сердцах,
О пустых и продажных щекотах,
О застывших в обмане устах.
Он поёт о тебе, моя тень,
Что была мне подругой и светом.
Но проходит и день, и полдень,
Оставляя лишь это.

А что это? Это — истина.
Голая, как провода.
Это — выжженная равнина,
Где не врут никогда.
Это — знание, что за красивым
Фасадом из мёртвых фраз
Стоит пропасть, где бродят красиво
Только призраки прошлых глаз.

Я не верю словам. Никогда.
Даже если их скажет Вселенная.
Потому что вода — это вода,
А мечта — это тлен, несомненно.
Человек у зеркал — лишь актёр,
Что меняет маски в антракте.
И не важно, как звонок аккорд,
Если в нём есть фальшивая такта.

Оставайся же тенью, моя дорогая,
Оставайся пустым миражим.
Я иду, никого не ругая,
Лишь с собой всё сильнее дружим.
Потому что слова — это пепел,
Что оседает на сердце горой.
Человек же — это стебель,
Что пробился сквозь каменный слой.

Он пробился сквозь толщу обмана,
Сквозь предательство, ложь и тиши.
И теперь ему нету изъяна,
Он — король своей грустной души.
Я прощаю тебя, моя бывшая.
Я прощаю тот сладкий угар.
Но отныне, о Слова, услышьте —
Я ваш враг, я ваш вечный пожар.

Я сожгу все папирусы лжи,
Я порву все витиеватости.
Нам не нужны уже миражи,
Нам нужны только честные слабости.
Но их нет в этом мире кривом,
Где клянутся на каждом пороге.
Мы идём лишь своим путём,
Словно по лезвию.

И вот финал. Я здесь, я стою
На руинах твоих обещаний.
Я не плачу, я просто пою
Гимн обманутых струн и страданий.
Ты была — я забыл. Ты ушла — я простил.
Словно ветер, что дует и гаснет.
Человек умирает, пока жив,
И живёт, только когда он несчастен.

Но я счастлив своею бедой,
Своей горечью, ставшей бронею.
Я накрыт этой вечной зимой,
Но я греюсь одною струною.
Она рвётся — но издаёт звук
Чище ангельских, райских мелодий.
Я один. Но не ведаю мук,
Потому что я вышел из моды
На твои лепестки и слова,
На манящие, нежные сети.
Голова моя снова здорова,
И я вижу всё ясно на свете.

Слова — пыль. Человек — это всё.
Но лишь тот, кто не предал однажды.
Остальное — пустое, как вчера,
Как твой голос, что стал мне однажды
Чужим и холодным, как лёд.
Вот опять… Но не будет печали.
Я ушел в свой последний поход,
Где слова никогда не венчали
Ничего, кроме лживых могил.

Оставайся же тенью, подруга,
На страницах забытых книг.
Я не тот, кто любил так упруго,
Я — другой. Я — свободы двойник.
Я — тот самый, кто верит лишь камням,
Что молчат и не просят награды.
Я — тот самый, кто стал своим знаменам
И не верит в пустые услады.

Прощай, Слово. Прощай, Человек.
Мы расстались навечно, как море и суша.
Я рождаюсь заново в этот век
С единственной правдой на суше:
Никогда не верь тому, что говорят.
Верь лишь тому, что с тобой до конца.
А если ушли — то пускай летят
Осколки разбитого сердца.

Я смотрю им вослед, этим призракам лжи,
И я знаю, что больше не дрогну.
Ты была лишь путём, но с других этажей,
Я спускаюсь к истокам, к истокам.
И там, где нет слов, там рождается свет,
Там, где нет обещаний, там — вечность.
Человек — это тот, кто не дал тебе «нет»,
А тот, кто ушёл в бесконечность…
С тобой.

Но ты ушла. И это — твой выбор.
А мой выбор — не верить словам.
И отныне я буду лишь слышать
Тишину по ночам.