Забытая война. Гл. 13

Глава 13. Беларусь. 1918 год

Представь себе Минск в конце февраля 1918 года: город без единой власти.

Большевики, ещё вчера здесь распоряжавшиеся, поспешно покидают его, узнав о стремительном германском наступлении. Немецкие войска ещё не вошли — но уже на подходе. И в эти несколько дней безвластия минские деятели белорусского национального движения решают: если не сейчас, то никогда.

Государство на несколько часов раньше оккупации

21 февраля 1918 года, за несколько часов до занятия Минска германскими войсками, Исполком Рады Всебелорусского съезда объявляет себя властью в крае и образует временное правительство — Народный секретариат. А в ночь с 24 на 25 марта 1918 года, уже в условиях немецкой оккупации, Рада Белорусской Народной Республики принимает Третью Уставную грамоту: Беларусь провозглашается независимым и свободным государством в этнографических границах проживания белорусов.

Признание, которого не будет

Эта независимость, впрочем, остаётся по большей части декларацией. Германия, чьи войска и составляют реальную власть на этой земле, БНР не признаёт: самостоятельное белорусское государство прямо противоречит условиям только что подписанного Брестского мира. Не признают её ни советская Россия, ни страны Антанты. Функции Рады и Народного секретариата сводятся к половинчатому представительству при германской военной администрации: своей армии, судов, финансовой системы, реальной власти на местах у БНР нет — все ключевые вопросы решает германское командование.

Оккупация, о которой пишут жалобы

Немецкая администрация на белорусских землях ведёт себя как власть завоевателя, а не союзника: реквизиции продовольствия и скота, трудовые повинности, жёсткий контроль над передвижением. В Народный секретариат идут крестьянские жалобы — из Минского, Борисовского, Вилейского уездов, из тех самых мест, где ещё год назад стоял фронт. Один из жителей Вилейщины летом 1918 года пожалуется на немецких солдат, забравших у него без счёта яиц из хозяйства, — мелочь на фоне мировой войны, но именно из таких мелочей и складывается память о том, какой на самом деле была эта оккупация.

Уход, которого никто не подписывал заранее

11 ноября 1918 года в Компьенском лесу подписано перемирие, завершающее Первую мировую войну в Западной Европе. Германия, потерпевшая поражение, обязана вывести войска со всех оккупированных территорий, включая белорусские земли. Советское правительство немедленно денонсирует Брестский мир и направляет части Красной армии вслед за отступающими немцами. К середине декабря 1918 года советские войска занимают Вилейку и Молодечно — места, где ещё недавно тянулась линия того самого фронта, — и выходят на подступы к Минску, а в первые дни нового, 1919 года входят в сам город. Рада БНР, не имевшая ни армии, ни реальной опоры, покидает Минск и продолжает существование уже в эмиграции.

Точка, поставленная не на бумаге

Так заканчивается для этой земли война, начавшаяся в июле 1914 года с мобилизации в тихой деревне Черневичи. Степан Константинович Близняк, призванный в тот год в 78-й пехотный Навагинский полк, к этому времени давно вернулся домой — живым, но не здоровым, состарившимся раньше срока за эти четыре с половиной года. Он проживёт ещё три десятилетия и умрёт в январе 1948 года, так и не увидев, как затянутся раны того окопа, в который он однажды ушёл — и который для многих солдат по обе стороны фронта стал таким же домом, как и деревня, из которой они когда-то были призваны.

Забытая война, о которой в советское время предпочитали не вспоминать, ставя её в тень революции, которую она же и породила, на этом заканчивается — как заканчивается всё, что однажды всё-таки нужно вспомнить.

Конец.